Сумерки хищников - Марк Леви

Возвращайся в Киев.

Диего позвонил Вите, но тот не ответил. Тогда он связался с сестрой.

– Ты тоже возвращаешься в особняк? – спросил он.

– Не имею ничего против этой идеи, но меня не приглашали. И к тому же, если я уеду сразу после взлома «Дейли тайм», начальство будет волноваться.

– Наверное, поэтому Витя тебя и не позвал.

– Наверное, – вздохнула Корделия. – Или не поэтому.

– Не знаешь, зачем я ему понадобился?

– Может, ему не терпится поговорить с тобой обо мне, что меня вполне устраивает, тебе ведь нечего рассказать, кроме хорошего.

– Корделия, слушать твой сентиментальный бред очень весело, но…

– Кто сказал тебе, что это бред?

– Могу я спросить, что ты в нем нашла?

– Помимо выдающегося ума, непробиваемого панциря, под которым прячется раненая птица, обаяния и юмора… Даже и не знаю.

– Ну ладно, я выскажу ему все хорошее, что о тебе думаю. Где ты ночуешь?

– Не у себя, я же тебе обещала. Нашла какой-то простенький отельчик, – нагло соврала она.

– Видела бы ты, в какой дыре остановился я… Ну давай, позвоню тебе из особняка. Береги себя.

– Только этим и занимаюсь. Не прислоняйся к иллюминатору.

Диего с задумчивым видом повесил трубку.

День девятый, Джерси

Напарники сидели в номере Дженис, ожидая сигнала. Операция, спланированная Матео, состояла из двух этапов. Как только Уилсон вернется на работу, его смартфон поймает сеть, которой пользуются сотрудники банка, и Матео, взломавший его, тут же об этом узнает. Наконец на экране появился соответствующий значок, и хакер принялся просматривать IP-адреса всех устройств, подключенных к вай-фаю JSBC. Камеры, считыватели пропусков на дверях, компьютеры и принтеры, которые интересовали его больше всего. Принтеры редко меняют, и к тому же производители и пользователи часто забывают обновлять программы, что создает бреши в системе защиты, о которых мечтают все хакеры.

Матео быстро нашел подходящий аппарат – старый лазерный принтер с эзернет-подключением, благодаря которому Витин руткит проник в систему. Через две минуты он распространился по всем компьютерам и добрался до центрального сервера. JSBC попал в ловушку. Дженис сообщила Вите об успешном завершении операции.

Матео съехал из отеля первым, Дженис – часом позже. В аэропорту Джерси они не подходили друг к другу, делая вид, что незнакомы, заняли свои места в разных концах салона маленького самолета и полетели в Лондон.

В Хитроу их пути разошлись. Попрощаться они не рискнули – из-за камер наблюдения. Дженис села в такси и поехала в центр города, а Матео перешел в другой терминал, откуда должен был вылететь в Рим. Из зала ожидания он позвонил Екатерине и с радостью понял по ее голосу, что у нее хорошее настроение. Она сообщила ему, что Кич в городе и собирается встретиться с Натаном Кельнером.

– С мужем Барби? – ошарашенно спросил Матео.

– Ну да, с зятем пергидрольного селезня, как тебе больше нравится.

– И зачем же?

– Сейчас я до этого дойду, – ответила Екатерина возбужденно.

Она рассказала ему, что полдня просидела в засаде у отеля.

– Никогда еще не глазела на витрины так много, – продолжала она. – Ты первый, кому я говорю, что узнала, остальным сообщу потом. И на сей раз в твоих же интересах меня поздравить, ну и признать мою скромность, конечно. Это просто невероятно.

Екатерина знала, что Матео наверняка переживает, не слишком ли она рисковала, и с некоторым злорадством заставляла его помучиться, но долго тянуть не смогла.

– Выдыхай, я даже не пыталась подобраться к ним поближе. Конечно, такая мысль приходила мне в голову, но ничего не вышло бы. У Кельнера впечатляющий эскорт, да и охрану отеля усилили, насколько это возможно. Вход перекрыт, копы в форме на перекрестке, копы в гражданском – в закамуфлированных машинах, спереди и сзади – четыре спецагента. Телохранитель Барона рядом с ними смотрелся невзрачно. Такое зрелище привлекло кучу зевак, они столпились за оцеплением – надеялись увидеть какую-нибудь звезду шоу-бизнеса. Меня это очень порадовало, я тихонько присоединилась к ним. Кельнер приехал вскоре после Кича. До чего же он мерзкий, этот тип. И тут – держись покрепче – проходит десять минут, и из отеля вылетает разъяренный Барон, еще краснее обычного. Бросается к своему «мерседесу» – никогда не слышала, чтобы дверь машины хлопала так громко. Встреча в отеле продлилась где-то полчаса, после чего Кельнер отбыл с сиренами и мигалками. Оцепление сняли, разочарованные зрители разошлись, а потом удалился и Кич – куда незаметнее, с водителем, но без охраны. В тот момент я тоже была разочарована, как ты догадываешься.

– Я сейчас опоздаю на рейс.

– Скажи еще, что я разболталась.

– Нет, просто посадку только что объявили.

– Продолжение стоит того, чтобы опоздать на самолет. Хотя нет, мне ужасно хочется тебя увидеть.

– Правда?

– Да, так что беги к гейту, а я пока дорасскажу. В общем, я подумала, что проторчала столько времени только ради того, чтобы увидеть тройной подбородок Кича и химическую завивку Кельнера. И тут… возвращается Барон. Решительный, но совершенно спокойный. Я жду, подключаюсь к его смартфону и скачиваю все, что в нем есть, с помощью твоего шпиона. Кстати, я тоже должна тебя поздравить – я ничего этого не узнала бы, если бы ты мне не скинул регистрационный номер самолета. Мог бы выразиться пояснее, я сэкономила бы время. Как только данные скачались, я вернулась к тебе и взялась за расшифровку. И обнаружила свеженькую запись. Включу ее тебе сегодня вечером, но, если коротко, там слышно, как Барон встречает Кельнера и Кича, представляет их друг другу, они обмениваются вежливыми фразами, а потом Кич просит его оставить их. «Наш разговор касается только нас двоих», – поясняет он. Барон возмущается, напоминает, что эта встреча состоялась благодаря ему, но Кельнер ставит его на место и просит удалиться.