Бехеровка на аперитив - Данил Корецкий

Конечно, спецовочка дороговата, но не в сравнении с тремястами миллионов долларов, которые я должен отыскать с ее помощью. И с помощью тридцати тысяч долларов, тоже выделенных консорциумом. А главное – с помощью своего мастерства, ума, красоты и скромности. Шучу! Насчёт скромности, конечно…

А ум и вкус никуда не денешь, поэтому, когда в самолете изрядно подпивший сосед попытался завести интеллектуальную беседу и для начала спросил: «Слушай, братан, а что на тебе за туфли?» – я ответил просто, естественно и достойно: «Хер его знает – я ведь не сапожник!» Земляк изумленно икнул и отвял, а я понял, что допустил ошибку: в капище идолопоклонников нельзя пренебрегать их идолами!

Теперь я эту ошибку исправляю и веду себя как манекенщик на подиуме: неторопливо шагаю по гладкому асфальту, уверенно ставя ногу на всю ступню, спину выпрямил, плечи развернул, живот втянул… Шляпа залихватски сдвинута на затылок, солнце бликует в стеклах очков, пиджак небрежно распахнут, левая рука зацепилась большим пальцем за брючный ремень от Valentino, – я приветливо улыбаюсь встречным дамам и сопровождающим их господам.

Многие кивают, как хорошему знакомому, – это мои земляки, они очень четко секут ярлыки производителей и по этому ничтожному, не имеющему никакого значения признаку выделяют из серой массы неинтересных людишек, вроде как достойных, а точнее – себе подобных, и располагаются к ним, насколько возможно жлобу расположиться с первого взгляда к незнакомому человеку. Денег в долг не даст, но присесть к своему столику позволит. Они кивают не мне, а моему прикиду, и это радует – значит, камуфляж выполняет свою роль.

– Добрый день! Здравствуйте… Добрый день…

Может, он и добрый, но какой-то шумный: на бурлящей Тепле проходят соревнования байдарочников. Развевающиеся флаги, музыка, усиленная динамиками болтовня спортивных комментаторов, непривычное здесь громкое скандирование болельщиков, облепивших парапеты по обоим берегам. Юркие обтекаемые лодочки скользят между шестами с красными ленточками наверху. Наши туристы, прихлебывая пиво из бутылок, шумно подбадривают спортсмена в шлеме цветов российского триколора. Он виртуозно старается обходить препятствия, и иногда даже у него это получается. Не знаю, какой он мастер – судя по результатам соперников, не самый лучший, но так ни за кого больше не болеют.

Слегка вычурный, но несомненно роскошный фасад грандотеля «Пупп» приближается с каждым шагом – городок небольшой, и здесь все рядом. На просторной площадке перед «Пуппом» многолюдно: изнывающие от безделья курортники осматривают два десятка шикарных, тщательно отреставрированных машин. Посередине площадки плакат-раскладка: «„Роллс-ройсы“ не ломаются, они просто перестают ездить…» Надпись чуть ниже сообщает, что это съехались члены клуба любителей «Роллс-ройсов».

С интересом осматриваю экспозицию.

Открытый пятиместный «Серебряный призрак» 1909 года выпуска, пара угловатых фаэтонов 1920-х годов с поднимающимся кожаным верхом, «Фантом» с цельнометаллическим кузовом из тридцатых, «Серебряная тень» 1965, более зализанные купе и кабриолеты семидесятых, «Серебряный дух» 1982… Любят они серебро, духов и призраков: вот монстрообразный, похожий на танк современный лимузин, но называется он опять «Фантом»! Любуюсь строгим дизайном без всяких излишеств. Впрочем, какие могут быть излишества у автомобиля ценой в полмиллиона евро? А вот «Роллс-ройс 100 ЕХ» – самый комфортабельный и богатый кабриолет мира, выпущенный к столетнему юбилею фирмы…

Я вздыхаю. Рядом с самыми солидными и респектабельными машинами консервативного мирового истеблишмента я не чувствую себя богатым белым сахибом. В лучшем случае – его шофером… Впрочем, в моем сознании подобные мысли не задерживаются больше, чем на три секунды. Тряхнув головой и поправив очки, продолжаю рассматривать баснословно богатые раритеты. Все на ходу, даже те, что выпущены почти век назад.

Объединяет древние и современные автомобили изумительное состояние: блестящая, без единой царапинки, краска, безупречная полировка вставок из красного дерева, новехонькая резина. Ну и, конечно, крылатые фигурки над капотами… Солнце отражается в выгнутых зеркальных крыльях, тщательно отполированных стеклах, хромированных решетках радиаторов. Трудно представить, сколько денег вложено в каждый ретроэкспонат.

Кстати, хотя концерн «Роллс-Ройс» прославился своими роскошными авто, он производил еще и двигатели для истребителей. Правда, «Харрикейнов», а не «МИГов-31»…

– Здравствуйте, Геннадий Александрович! – раздается мелодичный молодой голос.

– Здравствуй, Галочка! – Я перевожу взгляд с шикарных автомобилей на высокую красивую брюнетку с распущенными по плечам блестящими волосами. Она свежа и элегантна, а небольшой перебор яркой косметики легко списывается на возраст и им же оправдывается. В обтягивающих бриджах, босоножках на «шпильке» и короткой маечке с открытыми плечами девушка выглядит очень привлекательно. Пожалуй, на кожаных сиденьях «Серебряного духа» она бы смотрелась весьма органично…

Галантно подношу к губам прохладную узкую кисть с аккуратными тонкими пальчиками и свежим маникюром. Я даже ощущаю запах лака.

– Ты очень пунктуальна.

– Ой, здесь столько интересного! Какие красивые машины! – Галина не скрывает восторга. – Наверное, им делают тюнинг?

– Ничего себе! – искренне удивляюсь я. – Откуда знание столь специфических автомобильных терминов?

Она смеется.

– Скорей косметологических! Сейчас «тюнингованными» называют модных девушек: гель в губах, пирсинг в пупке, пластическая хирургия лица и груди… Это показатель богатства и заботы о себе…

– Вот оно что…

Я снисходительно киваю и беру ее за локоток, с удовольствием ощущая упругую нежную кожу.

– Эти автомобили, как истинно красивые девушки, не нуждаются в тюнинге! «Роллс-ройс» – машина королей, диктаторов, суперзвезд и миллиардеров! Он подтверждает имидж известных людей и создает его неизвестным! Ручная работа, высочайшее качество материалов и сборки, изысканность и совершенство линий – добавлять и улучшать ничего не требуется. Как и тебе, совершенно не нужно накачивать губы или грудь…

– Ой, спасибо…

Я почувствовал прилив вдохновения – верный знак того, что девушка мне понравилась всерьез. Поглаживаю тонкую руку – вначале едва заметно, потом увеличиваю амплитуду движений.

– Загляни в салон. Кстати, ты великолепно бы в нем смотрелась. Обивка сделана из кожи специально выращиваемых коров. Они едят особый корм, у них особый режим жизни… Кстати, у меня есть такие перчатки, я тебе покажу… А вот, обрати внимание: красное дерево вымачивается всегда в определенном заливе Средиземного моря, узор дерева подбирается зеркально, если левую панель забракуют, то в брак идет и правая!

Мои пальцы достигли гладкой подмышки. Это уже почти интим, но Галина не отстраняется.

– Да неужели? Как интересно… А почему у них двойное название?

Я улыбаюсь.

– Очень просто: основателей компании звали Чарльз Роллс и Генри Ройс. Таких примеров немало: «Борхард – Люггер», «Хопкинс – Ален», «Смит и Вессон»…[16]