Экспедиция в рай - Иван Погонин

– А че? – начал было мужик, но тут же присмирел. – Землицы-то, однако, много дали.

В Тулу приехали в седьмом часу. В гостиницу Тараканов решил не соваться – как он теперь понял, там обязательно спросили бы командировочное удостоверение, которого у него не было. Надо было искать частное жилье.

Но искать не пришлось – жилье нашло его само. Не успел он сойти с поезда, как очутился в толпе старушек, наперебой предлагавших постой.

– А что, барышни, рядом с вокзалом комнаты имеются? – обратился к ним Тараканов.

– Иди ко мне, милок, – перед ним тут же оказалась юркая бабка в ватной душегрейке. – У меня здесь рядом комнатка, на Нижне-Солдатской.

– Сколько просишь?

– А долго ли простоишь?

– Денька два-три.

– Тогда целковый в день.

– Чего ж так дорого-то?!

– Так это с харчами, милок. Утром самоварчик поставлю, вечерком колбаски поджарю, ну а обедать уж будешь на свой счет.

– А, грабь, бабка. Веди!

Комнатка оказалась чистой и довольно уютной. Осмотревшись, Тараканов вынул из бумажника трехрублевую купюру и отдал хозяйке.

– Извозчики дороги ли у вас?

– Это смотря какой конец. Тебе куда?

– До Киевской.

– До нее можно на извозчике, а можно на автобусе (бабка сделала ударение на третьем слоге). На ем подешевле.

– Вот это да! У вас тут автобус ходит?

– А как же! В прошлом годе пустили, – с гордостью сказала хозяйка. – Чай губернский город-то у нас!

– Антоновские бани открыты ли?

– Открыты, открыты, голубчик, сходи, попарься с дороги. Я тебе и веничек дам. Гривенник он стоит, хороший, березовый!

Помывшись, Осип Григорьевич хотел побриться, но ему опять не повезло – парикмахерская в бане была уже закрыта. Поэтому, выпив пару пива и поужинав в кухмистерской, он, сонный и умиротворенный, вернулся в свой новый дом небритым.

Тараканов помнил, что до войны до Сосновки ходил поезд, и поэтому вчера, едва прибыв на вокзал, поинтересовался у какого-то железнодорожника, функционирует ли узкоколейка. Оказалось, что дорога действует, и раз в день, без десяти девять, в Лихвин отправляется состав.

В половине восьмого утра Тараканов стал собираться.

На Суворовской, которая теперь называлась Красноармейской, он взял извозчика до станции Тула-Лихвинская – мелькать на главном вокзале городе не хотелось – мог попасться на глаза какому-нибудь знакомому мойщику^[23].

Поезд состоял из трех пассажирских вагонов и двух грузовых. Пятьдесят верст до Сосновки состав полз целых три с половиной часа, и на место Тараканов приехал только к обеду. По главной улице поселка он дошел до соснового бора, на опушке которого стоял бывший дом гвардейца Костина.

Осип Григорьевич думал, что жилище отставного корнета разделили на комнаты и отдали фабричным рабочим, но, как оказалось, ошибся – в доме находились разные советские учреждения – РИК^[24] со всеми его многочисленными отделами, Ликпункт^[25], библиотека.

Тараканов поднялся по красивой чугунной лестнице на второй этаж, повернул направо, подошел к третьей двери и прочитал трафаретную надпись на прибитой к ней фанерной табличке: «УУП ГООГПУ т. Чуев».

Когда смысл аббревиатуры дошел до Осипа Григорьевича, он развернулся, и, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег, покинул здание.