Слепой Агент - Сергей Майоров

Охранник помолчал, с ног до головы осмотрел меня и ответил:

— Они съехали. Вчера вечером. Офис сейчас пустой.

Я было замешкался, а потом достал пятидесятидолларовую купюру.

— Мне надо знать, кто и когда снял этот офис. И на какой срок.

Охранник наклонил голову набок, переложил тонкую, с поперечной перекладиной дубинку из правой руки в левую, шлёпнул ею по голени, поднял правую руку и оттопырил три пальца. Я покачал головой и добавил только одну банкноту. Они обе быстро исчезли в нагрудном кармане камуфлированной куртки.

— Пошли. — Он зашагал, крутя дубинку, в будке извлёк из стола пухлую амбарную книгу и ткнул пальцем в нужную запись. Я заглянул ему через плечо.

Офис был снят 1 ноября на три месяца частным лицом, Красильниковым А. В. Были указаны адреса и телефон, мне уже знакомые.

— С кем договариваются об аренде?

— С Юркой, менеджером.

— Как его найти?

Охранник пожал плечами.

Поймав такси, я доехал до дома Марголина. Безрезультатно позвонив в заветную дверь, я смачно плюнул на неё и пустился на поиски жилконторы.

С праздным видом я заглянул в паспортный стол, но лица сидевших там сотрудниц не вдохновили меня. Общий язык я с ними нашёл, хотя поначалу они просили сумму, превышавшую даже аппетиты охранника. Я расстался с ещё одной пятидесятидолларовой банкнотой и через пять минут получил влажный листок скомканной клетчатой бумаги с неразборчивыми каракулями.

— Квартира приватизированная. Сейчас там никто не прописан. А раньше дедок жил. 14-го года рождения. В октябре квартиру приватизировал и продал, выписался в Псковскую область, к дочери. Вот… Закурить не найдётся?

Сантехник, по-моему, порывался снабдить меня информацией обо всех квартирах на участке и сделал бы хорошую скидку при оптовой покупке сведений, но я торопливо распрощался.

Странно, но впервые за последние сутки я почувствовал себя спокойно.

Меня явно подставили.

Только, похоже, они кое-чего не учли.

Так что поборемся.

Я нашёл исправный телефон-автомат и позвонил Максу на работу. Он писал какой-то глупый отказник и с радостью откликнулся на мою просьбу побыстрее встретиться на нейтральной территории. В качестве таковой я выбрал кафе на Ленинградском проспекте, где однажды обедал с Ликой.

Добрался туда я общественным транспортом с максимальным количеством пересадок. По дороге в последний раз позвонил Марголину, и меня ждал сюрприз: после третьего гудка в трубке щёлкнуло, и я услышал старушечий голос:

— Але-о!

— Здравствуйте, Сергея Иваныча будьте добры!

— Кого? Тут такие не живут…

— Это номер 12-65-06?

— Да, но никаких Сергеев Иванычей тут нету и не было никогда.

— Извините.

Я повесил трубку и потёр лоб. Мой взгляд остановился на заваленной разноцветными бутылками витрине киоска. Странно, почему я не вспомнил об этом средстве вчера вечером?

В кафе я занял столик у окна и заказал коньяк.

Макс появился минута в минуту. Лихо подкатил на старом «фольксвагене-пассате», вылез и пошёл к дверям, мужественно хмурясь. Я подумал, что мента в нём видать за версту, он никогда не станет хорошим опером. Впрочем, не мне его судить…

Он сел за стол и сразу после рукопожатия спросил:

— Что у тебя случилось?

— Штаны порвал.

— Что?

— Давай сначала пообедаем.

— Нет, подожди! Объясни сначала, что у тебя за проблемы.

Я вздохнул и допил коньяк.

— Не буду. Ты всё равно не сможешь помочь. Поверь, пожалуйста, что я серьёзно вляпался.

Интересно было бы посмотреть на его реакцию, попробуй я рассказать ему всю правду.

— У меня есть просьба. Если в двух словах, меня подставили… Поганое дело… Все стрелки сводятся на меня. Мне нужно найти человека, который всю кашу заварил. По прописке он не живёт. Помнишь, я просил тебя вчера узнать адрес и телефон? Это он… Так вот, там его нет… А что ты предлагаешь?

— И что ты предлагаешь?

— Он недавно привлекался к уголовной ответственности. Не помню, по какому району. В уголовном деле может быть его постоянный адрес. Понимаешь?

Макс понимал. И ему очень не хотелось выполнять мою просьбу. В его положении я бы отказался.

Он смотрел мимо меня, теребил пальцами салфетку и напряжённо искал причину для отказа. Нет, никогда ему не бывать хорошим опером! Гена Савельев давно был бы уже на пути к дверям. Если бы не связал информацию о перестрелке на Рыбацкой, которую наверняка доводили на последнем разводе, и малоприятную рожу фоторобота с моей личностью…

— Это моя последняя просьба. Обещаю больше не тревожить.

Макс посмотрел на меня с сомнением и невесело усмехнулся:

— В каком смысле — последняя?

Я не ответил.

Подумав, он выругался:

— Ладно, хрен с тобой! Запиши, как этого урода зовут.

На куске салфетки я записал всё, что помнил об Антоне. Он спрятал бумажку в карман.

— Полистай дело. Посмотри, что там за ситуация была, с кем он связан. В общем, сам понимаешь… Мне его найти надо — дальше некуда. И срочно.

— Срочно. Ты бы лучше подсказал, что я буду начальнику объяснять, чтобы он запрос подписал. Хорошо, если этот твой друг по нашему району проходил, а если где-нибудь в области и дело уже в суде валяется? Нет никакой гарантии, что я там что-нибудь наскребу. Может, он себе хату снимает и меняет адреса каждый месяц…

— Может, но вряд ли. Не будет он хату снимать. У него где-то своя есть, приватизированная, и живёт он в ней постоянно. Я так думаю.

— Ладно, сегодня до вечера узнаю, где его дело, и с запросом как-то определюсь. А завтра, прямо с утра, поеду его смотреть. Устроит так?

— Вполне.

— Где тебя искать?

— Дома… — Действительно дома, вот только не уточнил, у кого именно; незачем ему знать, где я сейчас прячусь. — Если не дозвонишься, к вечеру я тебя сам найду.

— Годится. У тебя все?

— Все.

— Тогда я пошёл.

— Обедать не будешь?

— Аппетита нет. Если получится, завтра меня накормишь. И не в этой помойке, а в «Пекине». Давно хотел червяков попробовать.

— Договорились.

— Все, удачи!

Я заказал ещё коньяк.

* * *

По дороге к Лике я купил все дневные газеты и зашёл в кафе, чтобы их посмотреть. На всякий случай.

Каждая газета в той или иной форме отозвалась на «кровавую разборку». Факты подавались скупо: два трупа с огнестрельными ранениями, начато расследование, зато комментарии изобиловали догадками, слухами и предположениями. Большинство репортёров сходились во мнении, что возможна новая «гангстерская война». Кое-кто завуалировано, а кто и совсем открыто намекали на существование секретного подразделения МВД, занимающегося отстрелом лидеров преступного мира. Кто-то писал, что нити преступления ведут на самый «верх». Какой «верх» имеется в виду, правда, не уточнялось.