Это не мое дело - Джеймс Хедли Чейз

Инспектор О'Мелли вышел из ванной комнаты. Следом за ним вышел еще один полицейский в штатском с блокнотом в руках.

– Итак, вы все успели записать? – поинтересовался я.

– Слово в слово, – ответил О'Мелли, довольно потирая руки. – Все прошло замечательно. Если этот тип не заработает по крайней мере десять лет, я готов отказаться от своей должности!

Трое полицейских с неприязнью смотрели на Коля. О'Мелли подошел к нему и представился:

– Я инспектор О'Мелли из полицейского участка Биг-стрит. А эти господа из криминальной полиции, – сказал он, указывая на обоих полицейских. – Моя обязанность задержать вас по обвинению в шантаже. Также я должен предупредить, что все сказанное вами зафиксировано и будет служить доказательством против вас на суде.

– Вы не можете сделать этого! – Коль позеленел от страха. – Вот человек, которого вы должны задержать! Это убийца! – его палец дрожал, когда он указывал на меня. – Он убил Медж Кенит и Генри Литбриджа. Я видел, как он совершал оба преступления! Вы не можете задержать меня! Я добропорядочный гражданин!… – визжал он.

– Вы сможете объяснить все это судьям, – твердо проговорил О'Мелли. – А сейчас вам придется пройти со мной. – Инспектор неприязненно смотрел на неудавшегося шантажиста.

Оба полицейских стали рядом с Колем. Один из них вынул из кармана съежившегося негодяя мои деньги и передал их О'Мелли.

– Мы вынуждены пока сохранить деньги у себя, – предупредил инспектор. – Но после суда над шантажистом мы вернем их вам.

– Надеюсь на это, – с иронией проговорил я. – Мне было бы весьма печально узнать, что вы использовали их для поддержки финансового состояния своего спортивного клуба.

Трое полицейских рассмеялись.

– Ну, вперед! – О'Мелли подтолкнул Коля к выходу. – Мы поместим вас в очень удобную и комфортабельную камеру.

– Я вам говорю – это убийца! – вопил Коль в отчаянии. – Задержите его! Он собирается покинуть страну!… Вы слышите, что я говорю, он вскоре покинет страну!…

– Пошли, мой дорогой, нет никакого основания так нервничать, – сказал один из полицейских. – Если вы будете вести себя хорошо, я велю дать вам в тюрьме шикарный ужин.

Коль отнял руку от заплывшего глаза и пронзительно заверещал:

– Он набросился на меня! Я хочу подать на него жалобу за нанесенные увечья! Задержите его!…

– Вы действительно сделали это? – спросил О'Мелли, начиная сердиться.

– Увы, – я с сожалением развел руками. – Я не собирался причинять ему вреда. Но он так стремился поскорее начать тратить мои деньги, что второпях ударился глазом о дверную ручку.

– Да, он слишком торопился, – О'Мелли подмигнул мне.

– Итак, прощайте, жирная свинья! – я подошел к Колю и улыбнулся. – В следующий раз, когда вам захочется заняться шантажом, никогда не выбирайте жертву среди журналистов. Надеюсь увидеть вас лет эдак через десять.

Полицейские увели Коля. Он шел, уронив руки и опустив голову, совершенно раздавленный случившимся. В дверях О'Мелли оглянулся через плечо и сказал:

– До вечера!

– Рассчитывайте на меня. Корриган скоро вернется. Представляете, какое у него будет лицо, когда я преподнесу ему свой маленький сюрприз. Нет, я не отказался бы от удовольствия видеть это за все виски Лондона!

– И я тоже, хотя пью одну только воду, – проговорил О'Мелли.