А этот пусть живет... - Валерий Ефремов

Он не стал терзаться сомнениями и со свойственной ему простотой осведомился:

— Вы его знаете?

— Так точно, товарищ старший лейтенант, — улыбнулась Саша.

— Зовите меня просто Костя.

— Хорошо, Костя. А вот этого молодого человека зовут Филипп. Он — мой старый обожатель и воздыхатель. Когда-то, — легкая тень легла на ее прекрасное чело, — Филипп не пропускал ни одного моего спектакля. И все время приходил с большим букетом белых роз. — Глаза ее приобрели мечтательное выражение. — Впрочем, это мне теперь так кажется, — тут же осадила она сама себя. — Ну, что же мы стоим на улице? Идемте ко мне!

— Но вы ведь куда-то направились?

— Ерунда! Всего лишь решила пройтись по магазинам.

— Не хотелось бы вмешиваться в ваши планы… — Костя вдруг испугался очень смешной вещи: остаться с Сашей Ликиной наедине, хотя в последние часы только и стремился к этому. Но теперь ему казалось, что он к такому испытанию пока не готов. — У меня, собственно, к вам всего лишь один вопрос…

— Я вас слушаю, Костя. — Она вновь ослепительно улыбнулась.

— Не могу ли я… в общем, составить вам компанию на сегодняшний вечер? — сказал Митин и сам удивился собственной наглости.

А Ликина, видимо, ничуть вопросу не удивилась. Скорее, она удивилась бы другому — если бы такого рода предложение не прозвучало, подумал Митин, ведь Саша наверняка слышала нечто подобное не один десяток раз.

Она быстро стерла улыбку с лица и перешла на вполне деловой тон:

— Где и когда?

— Ну, допустим… в ресторане «Южный вечер», часиков в восемь…

Он все-таки не решился напроситься на встречу в домашних условиях. Ему это показалось слишком уж большим счастьем. Настолько большим, что такого в природе и не бывает. А раз не бывает, значит, и думать об этом не стоит.

— Знаешь, Костя. — Она перешла на «ты», и сердце старшего оперуполномоченного запело! — Давай я позвоню тебе домой. Скажем, через час. Мне еще кое-что уточнить надо.

Дома он мобилизовал всю свою наличность и пришел к выводу, что имевшейся тысячи рублей должно на скромный ужин хватить. Потом принял душ. Подготовил к выходу в свет единственный в гардеробе костюм-двойку и стал ждать звонка.

И он не заставил себя долго ждать.

— Алло! — с придыханием произнес он.

— Это Константин Алексеич? — осведомился грубый мужской голос.

— Да…

— Гоша вас беспокоит, гражданин начальник! Вы мне тут свой телефончик, уходя, оставили. Вот я и решил поинтересоваться, не нужны ли мои услуги?

— Нет, — глухо произнес Митин, едва не застонав.

— Как знаете… Но я всегда в полной боеготовности! Звоните, если что…

— Ладно, ладно…

Костя положил трубку и принялся ходить из угла в угол, но долго мучиться ему не пришлось: телефон зазвонил снова.

— Я слушаю, — сказал Костя уже с несколько меньшим энтузиазмом.

— Клим Евгеньевич приветствует вас, своего коллегу!

— Что вам надо? — достаточно сухо спросил старший лейтенант.

— Вы сказали, чтобы я позвонил вам по интересующему вас делу, если что-то вспомню…

— Ну?..

— Так вот, я вспомнил!

— Что именно?

— Я вспомнил еще одну частушку. Из цикла «Из жизни сеньоров»:

Девки Хуан-Карлоса

Любят из-за фаллоса.

Мне ж, чем с фаллосом Хуан,

Лучше с х…, да Иван.

— Ну у вас, блин, и память, — буркнул Костя, положив трубку.

Когда телефон зазвонил в третий раз, старший лейтенант взял трубку уже с нехорошим предчувствием.

И оно не обмануло его. Звонил Курский:

— Что нового, Костя?

— Тебе отчет нужен? Пожалуйста. Ни хулиган Куравлев, ни еврей Маркиш не знают ни Козлова, ни покойника и никогда их не видели.

— А что из себя представляют эти фигуранты?

— Куравлев — профессиональный выбивала долгов, Маркиш — изобретатель машины для раскрытия преступлений.

— Ты этого Маркиша, конечно, попросил показать свою машину в действии?

— Ну… не мог упустить такой случай…

— И для этого тебе пришлось показать свое досье по делу? Так?

— Да… — растерянно отозвался Митин.

— Похоже, именно этого он от тебя и добивался, — заключил Курский.

— Черт побери!..

— Возможно, придется заняться твоим Маркишем вплотную…

— Да… Ну и дела, А у тебя что? — поспешил перевести разговор на другой объект старший лейтенант.

— Ты знаешь, что у нас завтра в семь утра стрельбы?

— Передали…

— Там я тебе обо всем и расскажу. А сегодня вечером мне еще работенка предстоит, проверить надо одну версию.

— Я тоже сегодня вечером работаю, — не остался в долгу Костя.

— То есть?.. — удивился лейтенант.

— Хочу еще раз допросить Александру Ликину. Подозрительная личность, скажу я тебе…

— И где же ты ее будешь допрашивать? В «Южном вечере», что ли? — ухмыльнулся Курский.

— Может быть… Жду от нее звонка…

— Ну тогда не буду занимать линию. Желаю успеха.

Митин разъединился, и вдруг на ум ему пришла совершенно чудовищная мысль. Это был как удар по голове тяжелым тупым предметом. У него будто все поплыло перед глазами, а потом белый свет исчез совсем, и осталась перед внутренним взором только одна, та самая кошмарная мысль, выписанная большими, прописными, буквами: САША ЛИКИНА НЕ ПОЗВОНИТ.

Да нет, такого не может быть!

Он рванулся в ванную, открыл кран с холодной водой и сунул под обжигающую струю голову.

Ф-фу… Отошло. Ну, все нормально. Придет же, однако, в голову такая чушь…

И снова раздался телефонный звонок.

— Костя? Я согласна. Приду, как договорились.

Ну вот, так и должно было быть.