Бенефис мартовской кошки - Дарья Донцова

– Я и не ждала совсем, – рассмеялась Фаина, – ты у насдомоседка, не любишь веселиться. Другие бы с твоими деньгами глаз не сомкнули,шлялись бы по тусовкам и демонстрировали брюлики!

– Ты знаешь Анастасию Полищук? – перебила я Фаю.

Если Клопову не затормозить, будет говорить глупости доутра.

– Настю? Дочку Зямы?

– Кого?

– Зиновий Полищук, для своих Зяма.

– Не знаю, как зовут папеньку, он владелец «Сибалмазпрома».

– Ну да, – хихикнула Фая, – Зяма Полищук, живет в Якутске.

– Где? – испугалась я. – В Якутске? Ужасно!

– Почему? – удивилась Клопова. – Чем тебе Якутск ненравится? Не Москва, конечно, но вполне приличный город!

– Мне надо поговорить с его дочерью!

– С Настей? Так в чем проблема? Она вполне милая,приветливая.

– Придется в Якутск лететь!

– Зачем?

– Сама же только что сказала, Зиновий там.

Фая засмеялась:

– Зяма да, он в Москве бывает редко, а Настя тут живет,учится в МГУ. Ей папашка квартирку в столице купил.

– Есть у тебя ее телефон?

– А як же, у нас словно в Греции.

– Не сочти за труд, подскажи номерок.

– Ща, только вот где она сейчас живет… – бормотала Фая, –вообще-то номер такой… сто пятьдесят один…

– Спасибо.

– Погоди. Она мне жаловалась, что ремонт никак не закончит,если по этому телефону не дозвонишься, дай знать, попробую разыскать девчонку.

– Ладно.

– А зачем она тебе? – запоздало поинтересовалась Клопова.

– Тут ко мне гость приехал из Франции, – бодро соврала я, –Жюль Перье, богатый молодой человек, хочет жениться на русской. Вот я иподумала их свести.

Фая закашлялась:

– Ну-ну, она тебе по гроб жизни обязана будет.

– Что, так плохо с женихами? Вроде денег полно!

– Сколько у нее милых моему сердцу бумажек, даже тебепредставить трудно, – вздохнула Фаина, – море, а может, океан! Смею заверить,Настюша ни в чем себе не отказывает, вот только муженька никак не купит.

– Почему?

Фая с удовольствием сообщила:

– Сначала она на Веню Градского глаз положила. Вениамин, небудь дурак, быстренько посчитал, сколько тугриков получит в приданое, и началтаскать Настьке охапками букеты. Дело дошло до помолвки, из Якутска прибыл Зямаи скрепя сердце согласился на брак.

– Отчего Зиновию не понравился жених?

– Так он беден, – хмыкнула Фаина, – но зато из старинногорода, посуда с вензелями, вся стена в гостиной фотографиями увешана. Однапрабабка фрейлина, другая графиня, деды из аристократов, своих родственниковВеня до двадцатого колена знает. Вот поэтому Зяма и согласился на свадьбу.Денег-то у него на всех хватит, а приятно чувствовать себя дедушкой родовитоговнука. Только Георгина костьми легла, а запретила сыну жениться. Ты ее виделакогда-нибудь?

– Да, на дне рождения у Лены Шлыковой.

– Тогда понимаешь, о чем идет речь.

Забыв, что Фая меня не видит, я кивнула. Конечно, понимаю.Дама, носящая претенциозное имечко Георгина, едва познакомившись со мной,заявила:

– Я прямой потомок древнего княжеского рода, в прежниевремена наша встреча с вами за одним столом была бы невозможна. Или я ошибаюсьи у вас в роду были дворяне?

Сначала я подумала, что мадам глупо пошутила, но потомвгляделась в ее маленькое, обтянутое сухой кожей личико, увидела презрительноприщуренные глазки, сжатые в нитку тонкие губы и поняла: дикий вопрос был задансерьезно.

– Георгина потом на всех вечеринках шипела, – неслась дальшеФая, – «…ах, ах, невероятный мезальянс. Мой Веня и эта вульгарная девица счемоданом бриллиантов». Вот помолвка и лопнула. Ну потом Настя еще пару разпыталась заполучить колечко на пальчик, но теперь уже Зяма орал: «Ни за что!Голодранца и его семью кормить не намерен!» Самый цирк приключился летом, неслышала?

– Извини, нет.

– Удивляюсь тебе, Дашутка, – с энтузиазмом воскликнулаФаина, – все двери гостиных перед вами раскрыты, а никуда не ходите. Ну ладноты, тухлая курица, но молодые! Аркадий и эта, забыла, как вы ее зовете, Кролик,что ли…

– Зайка!

– Ну да. Тоже дома сидят!

– Понимаешь, они работают, устают очень.

– Не понимаю, – взвизгнула Фая, – за каким фигом на службеломаются, денег-то у вас жуткая прорва! Вот нигде не бываете и все самоеинтересное пропускаете. Народ уже давным-давно про эту историю поговорил, а дотебя и не дошло…

– Сделай одолжение, скажи, в чем дело!

– Ой, уржаться! Настя помолвку затеяла, угадай с кем?

– Ну?

– С Комоловым.

– Это кто же такой? – прикинулась я ничего не знающей.

– Стасик-миласик, – взвыла Фая в полном восторге от того,что может рассказать кому-то замечательную сплетню, – альфонс, существуетисключительно за счет богатеньких бабушек!

– И что вышло?

– А ничего!

– Зиновий опять прогнал жениха?

– Ты бы разрешила своей Машке выйти замуж за платногопартнера?

– Ну, – забубнила я, – если бы увидела, что она очень любитпарня, то на здоровье, не в деньгах счастье.

– Ага, – хмыкнула Клопова, – счастье не в деньгах, а в ихколичестве. Настя, дурочка тоже вроде тебя, не знала, чем Стасик зарабатывает,думала, и впрямь он журналист.

– Кто журналист, Комолов?

– Ну да!

– Ты же только что сказала, будто он альфонс?!

– Одно другому не помеха. И потом, как ты представляешь, чтоон людям говорил? «Я альфонс»? Нет, Стас гордо заявлял: «Служу в газете«Листок».

– «Листок»? А мне кто-то сообщил, что он в турагентствеработает.