На стороне бога - Чингиз Абдуллаев

— И вы знаете имя человека, который это сделал? — спросилМамука.

— Знаю, — кивнул Дронго, — я могу вам все объяснить.

Он тяжело вздохнул и оглядел оставшихся людей.

— Вы действительно хотите, чтобы я все вам рассказал? —спросил Дронго, обращаясь к Отари.

— Конечно, хочу. Я не могу понять, как погиб Олег. Не могу.

— Вы тоже хотите? — Теперь Дронго глядел на Мамуку.

— Я хочу знать все. Все, что случилось этой ночью, — твердосказал Сахвадзе.

— Ты тоже, Эдгар? — уточнил у своего друга Дронго.

— Мог бы меня и не спрашивать, — ответил Вейдеманис, — я бывсе равно от тебя не отстал, ты ведь меня знаешь.

— И вы, Людмила? Вы тоже хотите узнать правду? — посмотрелна супругу художника Дронго.

Та кивнула головой, ничего не сказав.

— Неизвестный стрелял сверху, — начал Дронго. — Толдинаслышала какой-то крик, а потом раздался выстрел. Очевидно, стрелявший хотел,чтобы Шарай повернулся к нему лицом. За несколько минут до этого я слышал шорохв углу, где стояла винтовка. Когда я повернулся, там уже никого не было. Янамеренно подошел и посмотрел. Винтовки тоже не было. Ее забрали, чтобывыстрелить в убийцу.

— Кто забрал? — спросил Отари.

— Я не хотел рассказывать при всех, — сознался Дронго. —Когда убили Нани, я закричал, чтобы вы все поднялись ко мне. И убийца долженбыл спрятаться в коридоре, чтобы дождаться остальных мужчин. Но один человек ненаходился внизу.

Этот человек соврал мне, сказав, что стоял внизу, улестницы, тогда как на самом деле он был в коридоре.

Вейдеманис взглянул на остальных. Все напряженно ждалиразвязки этой кровавой истории.

— Тогда я стал спрашивать, кто именно спустился вниз. И вы,Отари, сказали мне, что были внизу один. А ваша жена, когда я попыталсяуточнить у нее, где она была, тоже сказала, что находилась внизу. Но выубеждали меня, что спустились один, тогда как Людмила зашла к Гасану. И японял, что кто-то из вас говорит не правду. Тогда я стал думать: кто из васменя обманывает и почему?

Логично было предположить, что Людмила действительно пошла кГасану, чтобы посмотреть, в каком состоянии он находится, перед тем какспуститься вниз. А если это так, то она видела убийцу. Услышав крики, она вышлаиз комнаты и должна была разглядеть хотя бы фигуру убийцы. Но она сказала, чтобыла внизу.

Значит, она намеренно меня обманула. «Почему? — спрашивал ясебя. — Почему она мне ничего не сказала?» И в этот момент я услышал, каккто-то неизвестный взял винтовку.

Людмила сжала руку своему мужу так сильно, что тотнедоуменно взглянул на нее. Но она слушала Дронго, наклонившись к нему, словнобыла готова вскочить со своего места, собравшись, как натянутая пружина.

— У меня хороший слух, — продолжал Дронго, — но я почти неслышал, как поднимались по лестнице. Значит, тот, кто взял винтовку, обладаллегким шагом.

Он поднимался очень мягко. Логично предположить, что Людмилаувидела человека, который прятался в коридоре. Она узнала его и поняла, чтосвоим обвинением ничего не добьется: у нее не было ни доказательств, ни фактов.Возможно и то, что убийство подруги сильно на нее повлияло. И вообще событияэтой ночи на нас всех плохо подействовали. Она взяла винтовку и спрятала ее вкомнате Гасана.

Отари посмотрел на жену и перевел изумленный взгляд наДронго. Даже Мамука был взволнован и напуган этой историей.

— Людмила дождалась, когда Олег снова вышел из кухни. Онначал спускаться по лестнице, и тут она позвала его. Толдина, которая в страхеприслушивалась к каждому шороху, услышала, как Людмила окликнула убийцу. Затем,когда он обернулся, она выстрелила ему в живот. Он свалился с лестницы, а онабросила ему вслед винтовку — орудие смерти и снова вернулась к Гасану. Вот,собственно, и все.

Отари только сейчас почувствовал, как сильно сжимают егоруку тонкие пальцы жены. Он с невольным стоном высвободился.

— Людмила, это правда? — спросил он, не веря Дронго.

Супруга молчала.

— Хотите знать, как я определил, кто именно стрелял? —спросил Дронго.

— Я осмотрел винтовку — на ней были заметны характерныецарапины. Такое впечатление, что на руке стрелявшего было большое серебряноекольцо, которое и оставило эти царапины.

— Не может быть, — прошептал Отари по-грузински, — этого неможет быть.

Людмила, скажи, что это не правда. Скажи, прошу тебя!

Людмила встала со своего места. Она гордо подняла голову.

— Да, — сказала она громким голосом, — это я убила мерзавца.Я видела, как он ударил Нани. Я не успела закричать, и он отступил в коридор.Но на кухне горела свеча, и я все видела. Я не успела крикнуть, но поняла, чтоБог выбрал меня, чтобы покарать убийцу. Потом я взяла винтовку и выстрелила внего. Это я убила его. И мне не стыдно.

— Людмила, — прошептал Мамука. Он поднялся со стула ибросился перед ней на колени. — Прости меня, прости, — шептал он, обращаясь кжене своего друга. — Это я виноват. У меня от горя помутился рассудок. Тысвятая! Спасибо тебе. Но как ты могла? Как ты могла?

— Очевидно, у нее был шок после убийства вашей жены, —предположил Вейдеманис, — так иногда бывает. Но в любом случае самосуд — это неметод…

— Вы ей ничего не сделаете! — закричал Мамука, поворачиваяськ Дронго.

Он вскочил на ноги. — Вы расскажете всем, что стрелял я. Выслышите меня? Я стрелял в убийцу своей жены, и я должен быть наказан по закону.Вы меня понимаете?

— Нет, — сказал Дронго, — не понимаю. Мамука сжал кулаки исделал шаг вперед.

— Тогда я убью вас!

— Подожди! — крикнул Отари, обращаясь к другу. — На винтовкеостались отпечатки пальцев моей жены. При чем тут ты, Мамука? Ты же слышал, чтоон сказал про царапины. Там остались отпечатки пальцев Людмилы.

Он взглянул на жену.

— Зачем ты это сделала сама? Почему не сказала мне?

— Я испугалась, когда увидела его, — призналась она, — апотом разозлилась на себя. Я вспомнила о дедах Нани… Я вспомнила… о твоихпредках, кольцо которых я ношу. Если она могла войти в пламя ради любимогомужа, разве не должна была я сделать то, что сделала? Это не так страшно.

Прости меня, Отари.

— Господи, теперь тебя посадят в тюрьму! — закусил губу еемуж. — Как же ты могла такое сделать?

— Там нет ее отпечатков, — вдруг сказал Дронго.