Матерый и скокарь - Евгений Сухов

Заглушив двигатель, Фомич взял портфель и вышел из машины. Стараясь не вертеть головой по сторонам, осмотрел боковым зрением близлежащий переулок, киоск, два одиноко стоящих дерева. Ничего такого, что могло бы насторожить, – обыкновенная безлюдная улица большого города, отдельные пешеходы не в счет.

И все-таки что-то было не так. Под ложечкой запульсировало, оголив нервы. Стараясь не показать накатившего беспокойства, Фомич неторопливо обошел капот автомобиля, попытался изобразить нечто похожее на улыбку и тяжело плюхнулся на пассажирское сиденье.

– Принес?

– Вот здесь, – похлопал Кирилл ладонью по старому кожаному портфелю.

– Похвально, – произнес толстяк. – А ты молодец, четко справился. До сих пор в городе об этом только и говорят. Как тебе удалось такое дело провернуть? У него ведь была одна из лучших охранных систем. Поделись!

Вопрос отчего-то не понравился, не с этого следовало бы начинать. Пожав плечами, Фомич ответил:

– Это моя работа. Вы мне заказали, я сделал. Каждый выполняет то, что умеет. Так что ничего особенного.

– Понятно, просто нужно быть в своем деле профессионалом.

– Вот именно. А вы принесли деньги?

– Разумеется. Или ты думаешь, что тебя кто-то разводит?

– Я так не думаю.

– Ну, так показывай.

Щелкнув замками, Кирилл открыл портфель.

– Мне не хочется выглядеть наглым, но я бы хотел взглянуть на деньги.

Чмокнув толстыми губами, тот неодобрительно хмыкнул:

– Вы все, домушники, такие недоверчивые?

– За других не отвечаю, но вот я такой.

– Ну, если так… Вон глянь туда, деньги сзади, – ответил толстяк, беспечно махнув рукой.

Повернувшись, Фомич увидел на заднем сиденье довольно объемный черный пакет, из которого неприглядной требухой торчали какие-то газеты. Скорее почувствовал, чем услышал позади себя чье-то враждебное присутствие. Потянуло холодком, как если бы кто-то осторожно приоткрыл дверцу, а боковым зрением он увидел, как в его сторону бросился человек – какую-то секунду назад всего лишь беспечный прохожий.

Фомич увидел, что лицо губастого еще более погрубело, а носовые складки, и без того глубокие, теперь выглядели почти оврагами.

Пригнув голову, Фомич с разворота ударил правым локтем назад и почувствовал, как угодил во что-то твердое. Раздался вскрик.

– Ыыы! Га-ад!

И тотчас вопль толстяка.

– Ах, паскуда, сдал! Портфель! – орал он, наставив в лицо ствол пистолета.

Со стороны водителя распахнулась дверца.

– Сзади! – истошно завопил Фомич.

Толстяк отвлекся всего-то на секунду, и Кирилл, вкладывая в удар накатившую ярость, ткнул копьем. Наконечник, расцарапав шею, ткнулся в обшивку салона. Ахнул выстрел, тотчас наполнив салон автомобиля едким дымом. Позади прозвучал сдавленный вскрик. Повернувшись, Фомич увидел, как у самой двери тяжело оседает незнакомый мужчина, в свете фар из соседнего переулка к машине устремились еще три темные фигуры. Губастый что-то сдавленно произнес, а потом нервно задергал рычагами скоростей, пытаясь тронуться.

Вывалившись в распахнутую дверь, Фомич вскочил на ноги и в три прыжка добрался до ближайшего палисадника. Перепрыгнул через невысокий забор и почувствовал, как колючие ветки разодрали кожу. Позади бухнули два выстрела, срезав у самого лица ветку. Заревел двигатель отъезжающей машины. Спотыкаясь, Кирилл завернул за угол дома и, петляя, побежал по темному переулку.

В хорошем темпе Фомич пробежал километра полтора и совершенно не почувствовал усталости – адреналин, кипевший в его крови, призывал к действиям. Выскочив на магистраль, залитую фонарным светом, он тормознул проезжавшую легковушку.

Через приоткрытое окно показалась заинтересованная физиономия водителя.

– Куда? – спросил он, проницательным взглядом смерив подскочившего Кирилла.

– Вези на Авангардную!

Еще один столь же пронзительный взгляд – теперь уже на кредитоспособность. И, видимо, сделав какое-то умозаключение, поинтересовался живо:

– Сколько?

– Не обижу! – Фомич плюхнулся в кресло.

* * *

Оговоренный звонок заставлял себя ждать, и это подполковнику Волостнову не нравилось. Он уже ругал себя за то, что не поехал вместе с оперативной группой, – и сейчас бы не сидел как на иголках.

Еще одна ошибка заключалась в том, что он не предупредил Фомича о предстоящей операции. Хотелось, чтобы задержание произошло как можно естественнее. Вот и добился!

Наконец звонок прозвучал.

– Георгий Егорович? – виновато вопрошал низкий голос.

– Да, это я.

– Тут такое дело… Хотели провести задержание Трубадура и Фомича во время передачи копья, как и договаривались. Чтобы отвести подозрение от Фомича…

– Ну что там, не мямли! – в сердцах выкрикнул подполковник Волостнов.

– Трубадур оказался прытким малым, сумел серьезно ранить одного из наших и уйти.

– А Фомич?

– Он тоже исчез. Выкатился из машины и нырнул куда-то в темноту. Мои ребята быстро бегают, но он оказался проворнее их. Что делать?

– А что тут сделаешь? – На языке вертелось отборное ругательство. Следовало проявлять выдержку. – Вы сделали худшее из того, что было возможно. А теперь идите спать, время позднее.

– Георгий Егорович, но ведь можно…

Не дослушав, Волостнов положил трубку.