Бриллианты в шоколаде - Дарья Калинина

— Я слышала о таком, — кивнула головой Кира. — Письмо заражено вирусом, который позволяет его прочесть, но при попытке копирования тут же уничтожает.

— Я даже не пытался копировать. Просто внезапно все фотографии рассыпались на квадратики, а потом исчезли.

— Видимо, Амелия придавала этим фотографиям большое значение, если захотела их так быстро удалить.

— По ее словам, оценка мной коллекции должна была произойти в обстановке строжайшей секретности. Ее родня уже вызвала своего оценщика, но Амелия считала, что это человек, подкупленный нечистыми на руку родственниками, которому она никак не может доверять.

— Другими словами, она хотела, чтобы вы сделали для нее свою оценку, выступили бы в роли независимого эксперта?

— Именно.

Что же, теперь подругам была ясна роль Бориса в этом деле.

— Я прилетел рано утром, забросил свои вещи на эту квартиру и отправился по адресу, который дала мне моя клиентка. Я рассчитывал, что мы с ней сразу же отправимся в хранилище, где находилась коллекция. Но когда я пришел по указанному адресу, то Амелии не было, зато я встретил там Настю. А потом появился этот Рябков.

— И сразу же умер.

— А теперь боюсь, мы должны считаться с тем обстоятельством, что и Амелия мертва.

— И может быть, ее убил тот же человек, который убил и Рябкова?

Борис кивнул. Вид у него был задумчивый и огорченный.

— Я даже не знаю, что мне делать. Наверное, правильней было бы вернуться в Израиль, но…

Он сделал паузу, взглянув при этом в сторону кухни.

— Но я встретил девушку, которая запала мне в душу с первого взгляда. Да и не ждет меня никто на моей далекой и жаркой исторической родине.

— Что так?

— Отец у меня умер. Мать вышла замуж за другого. Нет, я ничего не хочу сказать, он отличный человек, и мы с ним дружим. Но…

— Но вы в новой семье своей матери лишний.

— Именно, — подтвердил Борис. — Так что в Израиль меня ничто не тянет. А тут у меня есть дело… Признаюсь вам откровенно, мне бы хотелось узнать, кто убил Амелию. Я не привык, знаете ли, чтобы велись какие-то игры за моей спиной.

Черты лица Бориса словно закаменели. И подруги невольно поежились. Борис, похоже, человек жесткий. Даже будучи в неплохом расположении духа, он вызывал в подругах трепет. Можно было только догадываться, каков он в гневе.

В этот момент появилась из кухни Настя.

— У меня все готово, — кротко сообщила она. — Будем ужинать на кухне или сядем тут?

И лицо Бориса моментально смягчилось. Даже удивительно, как это еще секунду назад подругам могло казаться, что этот человек может быть опасен. Появление Насти все моментально изменило, в присутствии этой девушки Борис становился совсем другим человеком.

Что касается подруг, то они с удовольствием поели бы и на кухне. Но Борис церемонно возразил, что гостей не принимают на кухне.

— Моя мать всегда учила меня таким правилам. Даже если ты ешь в одиночестве, приготовь себе все, как полагается. Возьми тарелку, приборы, стакан под воду или другое питье и обязательно положи рядом полотняную салфетку. Мама не признавала бумажных салфеток, считала, что это лишь немногим лучше, чем вытирать губы туалетной бумагой.

Подруги смущенно потупились. Встречали они таких граждан. Да и тех, кто перекусывает на газетке или нанизывает котлету на вилку, а потом разгуливает с ней по всей квартире, тоже навидались предостаточно. Сами живут с двумя такими индивидуумами.

Что ж, теперь они знают, что Борис воспитывался в хорошей семье. Но что еще они сумели узнать об этом человеке? Несмотря на то, что они беседовали уже довольно долго, они так и не смогли составить окончательное мнение о Борисе.

— А где вы учились?

Борис назвал какое-то учебное заведение, которое подругам ничего не гворило.

— Это тоже в Израиле, — усмехнулся Борис. — Но основные знания я получил от своего отца. Он был ювелиром-геммологом.

— Кем?

— Папа работал с самыми разными камнями. Умел отличить подделку или искусственно выращенный кристалл от настоящего природного камня. Ведь сейчас в лабораторных условиях выращивают такие кристаллы, которые практически не отличаются от натуральных камней. Поэтому, когда имеешь дело с крупными и дорогими камнями, очень важно, чтобы они попадали к тебе из надежных источников.

— На драгоценный камень должна быть гарантия фирмы-производителя?

— Вроде того. Путь драгоценного камня должен быть предельно прозрачен — от места находки и вплоть до того момента, как он, выйдя в своей окончательной форме из рук огранщика, поступит в продажу в виде ювелирного изделия.

— И вы тоже занимаетесь камнями?

— Сфера моей деятельности несколько шире. Мне нравятся драгоценные камни, но я считаю, что им нужна в первую очередь подходящая оправа.

Как раз в этот момент в комнате появилась Настя, которая принесла на подносе ужин. Подруги были еще сыты оладушками, поэтому они равнодушно отнеслись к появлению драников с мелко порубленным холодным мясом, залитым густым чесночным соусом. Соус был белым, и подруги замерли, ожидая, что Борис откажется есть мясное и молочное одновременно.

Но израильтянин их удивил. Не моргнув глазом Борис умял это некошерное блюдо, а заметив недоумевающие взгляды подруг и поняв, что их смущает, лишь усмехнулся:

— Я считаю нелепыми многие предписания наших священников. И меня бесит необходимость сидеть всю субботу у себя в доме, выходя лишь по самой крайней надобности и не далее трехсот метров от дома. И разделение мясной и молочной пищи я тоже не принимаю. Обожаю телячью печенку в сметанном соусе и считаю, что если человек получает удовольствие от пищи, то это правильно. Куда хуже отказывать себе в удовольствиях, а потом требовать себе за это от Бога какие-то дополнительные благодеяния.

Ужин уже подходил к концу, а Эдик с Лисицей все еще не давали о себе знать. Подруги по очереди выходили из комнаты и звонили своим мужчинам. Но в ответ каждый раз слышали одно и то же:

— Мы едем.

— Будем через десять минут.

— Мы уже совсем рядом!

Но время шло, Борис начал кидать взгляды на часы, висящие на стене, а подруги недоумевали, куда подевались их мужчины. Наконец раздался долгожданный звонок в дверь.

— Пришли! — обрадовалась Леся.

— Надеюсь, что с хорошими новостями.

Борис был уже предупрежден подругами о том, что за ними заедут их кавалеры.

— Пусть зайдут, — милостиво предложил он.

Лисица с Эдиком не стали артачиться. Тем более что подруги сказали им, что Борис также будет участвовать в их расследовании, поскольку выпускать его из своего поля зрения подруги не намерены. Познакомившись, пожав друг другу руки, мужчины присели за стол, где на сей раз было все накрыто для чаепития.