Тустеп вдовца - Рик Риордан

Она сухо улыбнулась.

— Вы кажетесь симпатичным парнем. Вчера вечером вы спрашивали про «Сеньориту Билли». Это единственная песня, которую я написала сама, мистер Наварр. Автором всех остальных является Брент — вы об этом знали?

Я ответил, что не знал, и попытался скрыть удивление.

— В студии они как-то странно звучат, — наконец снова заговорила Миранда. — Ас говорил мне…

— Ас?

Она мысленно перестроилась и улыбнулась.

— Джон Креа. Мой старый… бывший продюсер. Ему нравится, когда его называют «Ас» — летная куртка и все такое.

— Уж можно не сомневаться.

— Знаете, Ас рассказывал мне, что некоторые певцы пытаются повторить в студии то, что приносит им успех на сцене. Наркотики, беснующиеся зрители, ну, и так далее. Кое-кто поет, повернувшись спиной к операторам, или в темноте. Ас говорил об одной звезде рока; так вот, ему требовалось немного постоять на голове перед выступлением, чтобы «разогнать кровь». Я не шучу. Ас часто повторял, что готов сделать все, чтобы мои песни звучали как следует.

— А вы знаете, что вам нужно?

Я видел, что Миранда пытается сформулировать правильный ответ, и на ее лице появилось серьезное выражение, которое ей совсем не подходило. Потом она посмотрела на меня и решила быть искренней, снова смягчилась и улыбнулась.

— Нет, я просто представляю, что вишу вниз головой в темноте с бутылкой виски и пою: «Билли поехал прокатиться прошлой ночью…» — Она пропела несколько слов и смолкла. — Это не слишком помогает, но на душе у меня становится легче.

Прозвенел звонок, Миранда надула щеки и выдохнула.

— Хозяин зовет меня обратно. Хотите остаться и посмотреть, как я вымучиваю еще несколько песен?

Я покачал головой.

— Мне нужно сделать несколько визитов в городе, перед возвращением в Сан-Антонио. Вы не ответили на мой вопрос.

Миранда посмотрела мне в глаза, попыталась игриво улыбнуться, но у нее не получилось.

— Какой вопрос вы имеете в виду, мистер Наварр?

— Кто создает вам трудности, если не Шекли и не Кэм? Кто из тех, кого вы знаете, хочет, чтобы у вас ничего не получилось?

Она опустила глаза, ее руки легли на край диванчика, плечи опустились. Миранда была такой миниатюрной, что могла слегка поджать ноги и болтать ими в воздухе.

— Я не хотела лишать вас приглашения Эллисон на вечеринку, — сказала она. — Приходите завтра.

— Благодарю.

— В последние несколько месяцев Эллисон стала моей лучшей подругой. Она очень хорошо ко мне относится.

— Но вы не ответили на мой вопрос.

Когда Миранда встала, мы оказались так близко друг к другу, что могли бы танцевать медленный танец. Я увидел зеленые искорки в ее карих радужных оболочках — в противном случае я бы никогда их не заметил. Она заговорила так тихо, что я едва ее слышал.

— Самое смешное, что Эллисон Сент-Пьер — это единственный человек, который способен напугать меня по-настоящему. Вы спросили, и я ответила. Разве можно говорить такие вещи о друзьях?

Мило Чавес постучал костяшками пальцев в дверь.

— А вот и наш чемпион.

Он прошел мимо меня и огромной рукой обнял Миранду за плечи. Она оторвала от меня глаза, улыбнулась Чавесу и прижалась головой к его груди, позволив себе показать, как она устала.

— Все получается отвратительно, Мило.

— Нет, — возразил Мило, который настроился на позитивную волну. На его лице появилась широкая улыбка, я никогда не видел, чтобы он так сиял. Я был почти готов поверить, что мне приснился наш разговор об исчезнувшем боссе и деньгах. — Подожди, Миранда, пройдет неделя, и ты увидишь. Ты будешь поражена. Ты послушаешь свою запись и подумаешь: «Кто эта звезда, которая так здорово поет?»

Миранда попыталась улыбнуться.

Они вместе пошли по коридору, и Мило принялся массировать ей плечи, словно тренер по боксу, продолжая убеждать, что она все делает замечательно. Миранда бросила на меня прощальный взгляд и отвернулась. Снова прозвенел звонок, призывая их на запись.