Небо в рублях - Дарья Донцова

– Думал, вы о фонаре толкуете, – перебил меня Иван и,заметив на лице хозяйки полнейшее недоумение, пояснил: – У нас около воротсветильник висел. Красивый, весь стеклянный!

– И что?

– Разбился. Упал. Вернее, его сшибли. Если честно, то я исшиб, случайно. Но если разобраться, виноват Сенька, – зачастил Иван. – Он мимошел, на плече то ли грабли, то ли лопату пер. Ну, и задел фонарь. Я Сенькуотругал, а потом калиткой шарахнул, фонарик возьми да и упади. Разлетелся,конечно, в пыль. Вот и получилось – я его кокнул, только сначала Сенькараскачал. Случайно вышло!

– Иван! – рявкнула я.

– Чаво?

– Ступай к себе и подумай!

– Об чем?

– Хочешь у нас работать?

– Конечно! Пуще матери вас люблю! – жарко призналсясадовник.

Я была так зла, что пропустила мимо ушей заявление о том,что определена садовником исполнять роль его мамочки. А ведь не такая уж у насс ним глобальная разница в возрасте! Но сейчас следовало сосредоточиться совсемна иной проблеме.

– Вот и отлично, – подвела я итог беседы. – Ты нам тоженравишься. Ире в особенности, она тебя любит, ждет ребенка. Следовательно,делай выбор: либо женишься на Ирке, и тогда у нас все идет отлично, либонаотрез отказываешься, тогда – до свиданья. Мы, конечно, Иру не бросим, малышавоспитаем, она найдет себе нормального мужа. А ты останешься за бортом, вЛожкино тебя больше не пустят, сына не увидишь никогда. Думай.

– Но…

– Иди, Ваня.

– Дарь Иванна!

– Ступай, Иван.

– Я…

– Подумай и через полчаса сообщи о своем решении! – рявкнулая и кинулась в особняк утешать Ирку.

Домработница нашлась в мансарде, она раскладывала вгардеробной постельное белье.

– Ирина, не расстраивайся, – заулыбалась я. – Все мужчинысначала в кусты спрятаться норовят, а потом женятся.

– Спасибочки вам, конечно, за помощь, – ехидно ответилаИрка, – только лучше мне самой с Ванькой разобраться. Очень уж вы, Дарь Иванна,откровенная, наскоком действуете. А мужика надо так выломать, чтобы он думал,будто сам решение принял. А вы воплем!

С этими словами Ира легко подняла с пола тяжелый тюк.

– Немедленно брось, – испугалась я.

– Почему?

– Тебе вредно.

– Ерунда.

– Теперь надо беречься, беременность – это серьезно.

– А кто беременный?

– Ты.

– Я?

– Так не я же?

– Не знаю, – хихикнула Ира, – может, и вы.

– Ирина! Кто час тому назад сказал про желание выйти замужза Ивана?

– Ну, я.

– По залету?

– Ага.

– Следовательно, ты беременная.

– Нет, конечно!

Я села на табуретку.

– Ничего не понимаю.

– Ой, да просто все! – захихикала Ирка. – Журнал я купилаженский, а там статья очень интересная, «Как отвести мужчину под венец»называется. Много в ней поучительного написали, только я уже почти всеиспробовала: вкусно кормила, эротическую одежду надевала, хвалила, деламиинтересовалась, паиньку из себя корчила. Но мимо! Вот и надумала последнеесредство применить: забеременеть. Дело за малым.

– Ты о чем? – растерянно спросила я, прикидывая, какимобразом теперь просить у несчастного, замороченного по полной программесадовника прощенья. Может, купить новую газонокосилку? Дорогую, с сиденьем,чтобы не ходить за машинкой, а ездить на ней.

– Осталось Ваньку в постель заманить, – Ирка посерьезнела. –Может, вы и правы – прямо надо? А я все вокруг да около хожу…

– Так вы того… – стала запинаться я, – не того?..

– Он недотепа, – недовольно пояснила Ира, – как ниподкатываюсь, ничего!

Я растерянно начала накручивать прядь волос на палец. Нет,одной газонокосилкой, пусть даже с сиденьем, не обойтись. Придется ещеразориться на кусты, причем на розы. Я их не люблю, а Иван давно мечтаетпосадить на участке… Да, неудобная ситуация…

– Дарь Иванна! – донесся снизу вопль Ивана. – Ира! Вы где?

– Иду, иду! – сладко запела я. – Уже спускаюсь. Ирочка,пошли, нас зовут.

Домработница скривилась, хмыкнула, но последовала за мной.

Иван обнаружился на кухне, и выглядел он самым диковиннымобразом. Тело садовника туго облегал пиджак, под ним виднелась белая футболка,на которую с голой шеи мужчины спускался короткий галстук с немодно большимузлом. Нижняя часть туловища садовника, правда, не претерпела никакихизменений, – на Ване так и остались порванные, довольно грязные джинсы. ОтИвана удушливо пахло одеколоном и мятной жвачкой, в руках он держал нечто,похожее на засохший еще на Рождество букет.

Мы с Иркой замерли на пороге.

– Дарь Иванна, – торжественно начал Ваня, – я того, самого,мозгами покрутил и решил. Уж коли ал… ам… антернативы…

– Альтернативы, – машинально поправила я.

Ирка дернула меня за руку:

– Не мешайте, пусть говорит.

– Если альтернамативы, – как мог, справился с трудным словомИван, – всего две, то пусть по-вашему. Женюсь! Ясное дело, ребеночка воспитатьможно, я не против. Но, если его… ну… того, то совсем хорошо. Согласен. Во!

И он протянул мне сухие стебли.

– Это что? – машинально спросила я.

– Бессмертник, – пояснил Иван, – не рвать же хорошие цветыдля ерундового дела.

– Так ты Дарь Иванну замуж зовешь? – звонко спросила Ирка.

Ваня вздрогнул.

– Упаси бог! Вот ужас-то!

Мне не слишком понравилась его реакция на вопрос Иры. Почемуэто представить меня в качестве жены – ужас?

– Тебя, конечно, – довершил фразу садовник, поворачиваясь кИрке. – Давай уж распишемся, раз Дарь Иванне приспичило. А то меня вытурят.

Я зажмурилась. Ну, сейчас начнется!