Delete - Карл Ольсберг

SirCorpserot[26]: Она могла бы предупредить.

SirCorpserot: ФЛИП! ФЛИП!

BreentheGreen: Она тебя не слышит.

SirCorpserot: Очень смешно.

Filippaxa: О, боже!

SirCorpserot: Ну наконец-то. Мне нравится, как ты проваливаешься в AFK[27], не сказав ни слова.

Filippaxa: Вы не поверите!

SirCorpserot: Во что мы не поверим?

Filippaxa: Даже не знаю, как сказать.

SirCorpserot: Что сказать?

Filippaxa: Оно ненастоящее.

SirCorpserot: Что ненастоящее?

Filippaxa: Все. Мир. Мы.

SirCorpserot: Что? Горайя — ненастоящая? Что за чушь!

Filippaxa: Не Горайя. Реальный мир. Я.

SirCorpserot: Флип? Ты еще здесь?

SirCorpserot: Только не снова!

— Все, — сказал Хаген. — После этого она не проявляла активности. В игре, имею в виду.

— Я правильно понимаю? — спросил Айзенберг. — Оба пропавших заявили, что мир ненастоящий, и после этого перестали играть?

— Разумеется, — сказал Хаген и задумчиво спросил: — Вам известны имена двух других?

Варнхольт назвал имена.

Они молча просмотрели сцены игры.

Первая сцена разворачивалась в стенах рыцарского замка, в котором Хаген узнал штаб одной из гильдий. Персонаж пропавшего игрока ни с того ни с сего напал на дружественных ему персонажей. Так же внезапно он прекратил атаку.

«Вы не понимаете! Прочитайте „Симулакрон-3“» — были его последние слова.

Потребовалась лишь пара секунд, чтобы выяснить, что «Симулакрон-3» был названием романа, послужившего основой фильма Райнера Вернера Фасбиндера «Мир на проводе».

Четвертый пропавший незадолго до того, как исчезнуть, тоже заявил о том, что реальный мир может оказаться лишь иллюзией. В этот раз контекстом был разговор двух персонажей на средневековом постоялом дворе. Они вспоминали совместно совершенное нападение на группу монстров, в результате которого знатно разжились золотом.

Затем персонаж пропавшего игрока — отвратительное существо, ненамного краше Готического Цветочка Мины Хинриксен — резко поменял тему:

Eisenzahn[28]: Предположим, что мир — не реальный.

Howdrouph: Что?

Eisenzahn: Ты когда-нибудь об этом задумывался? Что было бы, если бы мир оказался не реальным?

Howdrouph: У тебя не все дома, чувак? Конечно же, мир не реален. Мы — в компьютерной игре.

Eisenzahn: Я имею в виду не Горайю. Я имею в виду настоящий мир. По другую сторону монитора.

Howdrouph: Как в «Матрице»?

Eisenzahn: Да. Представь себе…

Howdrouph: Эй…

Howdrouph: Кристоф? Ты тут?

— У вас есть предположения, что бы это могло значить? — спросил Айзенберг.

Варнхольт покачал головой, хотя Айзенберг прекрасно по нему видел, что у того есть теория на этот счет. Должно быть, они находились не совсем в подходящем месте, чтобы ею делиться.

— Как часто игроки говорят о том, что мир не реален? — спросил Айзенберг. — Вы можете выяснить?

Хаген замотал головой.

— Нет, это не так просто. Но из личного опыта могу сказать, что такая тема — не самая частая для разговоров. Разумеется, то и дело она всплывает, но то, что все четверо пропавших говорили об этом за мгновение до того, как прекратили играть, не кажется мне совпадением.

— Вот мы и убедились, что между этими случаями на самом деле есть связь, — подытожил Айзенберг.

Глава 26

У тебя — проблемы.

Зачем ты притащил ее сюда? Абсолютно неоправданный риск. Он может все разрушить. Он может разрушить тебя. Но дурацкая идея помешала твоему плану наконец-то обрести единомышленницу. Того, кто тебя поймет, кто не будет смеяться, когда ты откроешь правду.

Ты понимаешь, что ее тело — лишь иллюзия, но не можешь оторвать от нее взгляд и радуешься. Она такая нежная, такая уязвимая, когда лежит вот так, с сомкнутыми сном глазами. Ты спрашиваешь себя, а что, если погладить ее щеку, ощутить ее губы… Наваждение, черт возьми!

Тебя бросает то в жар, то в холод. Сердце стучит. Может быть, так дает о себе знать постоянное напряжение. А что, если это не оно? Что, если они сейчас вкололи тебе что-то? Невидимый яд? Пот бежит из всех пор на твоем теле. А если это была ловушка? Если она была крючком, а ты — рыбешкой?

Ты медленно успокаиваешься. Слишком поздно. Ты не можешь отменить то, что сделано. Даже она не сможет. И если это ловушка, то ты попался. Ты у них на крючке. Ты беззащитен. Все было напрасно. Если только не…

Так или иначе, у тебя — проблемы.

Глава 27

Клаузен и Морани встретили Айзенберга и Варнхольта любопытными взглядами, когда те вернулись в офис. Лишь Виссманн безучастно продолжал печатать на клавиатуре. Погруженный в свою непостижимую другими работу, отделенный от внешнего мира стеклянной стеной, с наушниками на голове, он, должно быть, и не заметил, что они вошли в офис.

— Выяснили что-нибудь? — спросил Клаузен.

— Что случилось, Бен? — одновременно с ним спросила Морани.

Хакер молча сел за свой стол. Пока они ехали обратно в участок, он давал лишь односложные ответы на вопросы Айзенберга. Его занимала какая-то мысль, но он, очевидно, не хотел высказывать ее вслух. Айзенберг хорошо понимал его состояние. Он сам с большой неохотой говорил о неразработанных версиях и решил, что не будет дальше пытать Варнхольта, а даст ему время созреть. Рано или поздно он выложит все начистоту.

— Господин Клаузен, пожалуйста, пригласите госпожу Хинриксен на повторный допрос, — попросил Айзенберг.

— Почему? Что случилось?

— Теперь нам известно, что между этими случаями есть связь.

— И какая?

— Все пропавшие говорили на одну и ту же тему. В компьютерной игре.

Айзенберг рассказал об увиденном, затем поднял над головой распечатку разговоров, полученную от Хагена.

— И какой вывод вы из этого делаете? — поинтересовался Клаузен.

— Я считаю, что между всеми случаями в реальности есть связь. То, что это — совпадение, кажется мне маловероятным.

— Но что общего между болтовней об искусственных мирах и исчезновением людей?

— Не знаю. Может быть, все это — своего рода шутка.

— Шутка? — спросил Клаузен. — Я только что разговаривал по телефону с сестрой девушки с диабетом. Она спрашивала, есть ли у нас новости. И если это шутка, то весьма злая.

— Значит, поскорее звоните госпоже Хинриксен! Пусть она придет к нам, как только сможет.

Но Клаузен не дозвонился до свидетельницы. Он оставил сообщение на автоответчике.

Айзенберг тем временем звонил родственникам пропавших и интересовался, говорят ли им о чем-то названия «Симулакрон-3» и «Мир на проводе». Никто о них раньше не слышал. На обеспокоенные вопросы