Призрачная тень - Хизер Грэм

Кейти проснулась рано. Лениво улыбаясь, она повернулась к Дэвиду — ей казалось самой естественной вещью в мире, что он здесь, рядом с ней. Они снова занялись любовью медленно и неторопливо, чувствуя усиливающуюся жару.

Кейти задремала снова, и Дэвид, уходя, написал ей записку, сообщая, что он будет в доме своего деда.

Он все еще не мог называть это место своим собственным.

Дэвид хотел провести больше времени с досье, которые оставил ему Лиам. Полицейские рапорты были полны рапортами детективов об опросах соседей. Никто не видел никого, входящего в музей, кроме Беккета и туристов.

Многие соседи видели его.

Были показания его деда и других, что он работал в музее до полуночи, а потом был дома с семьей до утра, когда снова отправился в музей.

Дэнни Зиглера тоже допросили — как одного из немногих, кто обладал ключом от музея. Но набор ключей висел на кухонной двери дома Беккетов, и многие об этом знали. Было установлено отсутствие взлома, значит, кто-то проник в музей с помощью ключа. Охранной системы не было, несмотря на доход, который музей получал годами.

Судебные медики установили только то, что Таню задушили. Обнаружили еще травму колена минимум недельной давности; очевидно, она ободрала его. Рапорт о вскрытии свидетельствовал, что Таня Барнард не подвергалась пыткам, — маленькое утешение.

Дэвид провел рукой по волосам и начал составлять расписание. Во-первых, время смерти. Во-вторых, время, в которое тело перенесли в музей. Он был открыт до полуночи. Значит, тело пробыло где-то несколько часов. Тот, кто перенес его в музей, имел ключ или знал, где хранятся ключи. Многие знали о ключе. Но Беккеты после полуночи, как раз когда и было совершено убийство, находились дома. Это означало, подумал Дэвид, что все было тщательно спланировано. Кто-то заранее взял ключ и сделал копию. Ключ был у него, ключ хранился в доме, ключ был у Дэнни Зиглера и Лиама.

Дэвид побарабанил пальцами по с толу.

Это не было случайностью. Таню выбрали намеренно, и обнаружение ее тела спланировали заранее. Вероятно, это был кто-то, кто пришел и ушел из дома Беккетов. Он сам, Лиам, Дэнни Зиглер, любой член семьи Тани, его тогдашние друзья, друзья деда…

Дэвид перебирал имена, пытаясь вспомнить кого-нибудь еще. Крейг Беккет был умен, но слишком открыт. Они приглашали бедных детей к чаю, поддерживали полицию, пожарных и всех, кто сталкивался с их семьей. Дом был проезжей дорогой.

Сэм Барнард считал Дэнни сомнительной личностью. Но Дэвиду было нелегко примириться с мыслью, что он может быть виновен в убийстве.

Тогда кто? Кто был поблизости? Он сам, Лиам, Сэм, Джейми О’Хара… нет, говорили, что он той ночью не покидал свой бар до утра. Все же он мог спрятать тело — но его не видели выходящим между семью и девятью.

Таню последний раз видели в баре «О’Хара».

В досье были фотографии — причудливые, кажущиеся нереальными. Дэвид коснулся пальцем щеки Тани на одной из них. Была ли она убита, потому что кто-то хотел наказать ее?

За то, что она была свободной и своевольной, за то, что нашла нового любовника, будучи помолвленной?

Дэвид прочитал записи и заметил, что к имени Майка Сандерсона было маленькое примечание: «Интв по т; объект о в ш». Что, черт возьми, это означало?

Он нахмурился. Это были записки полицейского Гая Леви. Он все еще был копом, но перевелся из патрульных в отдел расследований. Гай служил в полиции как минимум десять лет.

Вот это что: интервью по телефону; объект отсутствует в штате…

Дэвид достал мобильный, позвонил в участок и спросил Гая. К его удивлению, тот подошел сразу же.

— Дэвид! Видел тебя на днях в участке, но ты ушел, прежде чем я успел поздороваться. Как твои дела? Глупый вопрос. Мы слышим о твоих успехах и видим их. Хорошо, что ты вернулся.

— Спасибо. Слушай, Гай, я хотел задать тебе вопрос о деле Тани.

Последовала пауза, сменившаяся стоном.

— Ты ведь знаешь — я практически не участвовал в этом деле. Я не был официальным следователем — только делал опросы.

— Знаю. Мне просто любопытно. Ты видел Майка Сандерсона, бойфренда Тани?

— Нет. Я опрашивал его по телефону. Он ведь уехал.

— Да, я слышал. Где он был, когда ты говорил с ним?

— Э-э… дома.

— Ты уверен?

— Ну, он же покинул Ки-Уэст, ты знаешь. За день или два до убийства. Я говорил с ним только в следующий понедельник. Уверен, что к тому времени он добрался до Огайо. Он был удручен. Сказал, что не удивился, когда не получил от нее известий, — он боялся, что когда она увидит тебя, то передумает встречаться с ним.

Неряшливая работа, подумал Дэвид. Втянули в это патрульных. Людей, которые делают, что им говорят, и не заботятся о том, чтобы отследить человека и побеседовать с ним лично.

Он не сказал Гаю, что кто-то должен был отследить передвижения Майка Сандерсона, — ведь была вероятность, что он прятался где-то на Кис. Сандерсон мог застигнуть Таню врасплох. Она бы не стала сопротивляться — не заподозрила, что он хочет причинить ей вред.

Дэвид поблагодарил Гая и отключил связь. Нужно было уговорить Лиама извлечь через официальные каналы квитанции по кредитным карточкам и выяснить, действительно ли Майк Сандерсон покинул остров.

Фото с места преступления были скверными. Убийство произошло всего десять лет назад, и снимки могли быть четче. Он включил яркую лампу и стал искать на столе лупу.

Кое-что Дэвид не замечал раньше. Пятна. Он пытался стереть их со снимка, но они не стирались. Была ли это неудачная фотография? Нет, вряд ли. Там было что-то похожее на светло-голубые синяки — следы от ушибов на носу и губах Тани.