Магия лжи - Чингиз Абдуллаев

— Так думают женщины, — хрипло рассмеялся следователь.

— Иногда приходится думать так же, как и они, — заметил Дронго.

— Я все проверю, — пообещал Мельников, — спасибо за информацию.

— У меня тоже к вам вопрос. Вскрытие тела Бахрома уже было?

— Конечно. Еще вчера вечером. У нас официальное расследование, а не частная лавочка, — не удержался от колкости следователь. — Там ничего необычного. Умер от отравления. Сильный яд был в его бутылке с минеральной водой. Он не мог образоваться органическим путем ни при каких обстоятельствах, отравили намеренно, в этом нет никаких сомнений. Но на бутылке были только его отпечатки пальцев. Мы проверили.

— Ясно. Спасибо, что сообщили.

— Завтра я проверю это агентство «Прометей» и узнаю, что именно там произошло, — пообещал следователь и, попрощавшись, закончил разговор.

Дронго прошел в кабинет, включил свой ноутбук. Он просидел перед экраном около двух часов, вычитывая все, что можно было узнать о деятельности Ягмыра Пурлиева, его прежней работе в Туркмении и новой в России. Проверив и деятельность компании Долгушкина, убедился, что их акции действительно резко упали за последние несколько месяцев.

Утром, сразу после завтрака, к нему приехал Эдгар, и они отправились в Жуковку. Охрана была уже предупреждена, и их легко пропустили в поселок. Однако в самом доме никого, кроме Полины Яковлевны, не было. Кухарка подтвердила, что хозяйка должна была скоро вернуться, но задерживается и просила принять гостей, пока не подъедет. Она проводила обоих мужчин в гостиную и предложила им кофе. Дронго попросил принести ему чай. Она вышла в кухню и вскоре вернулась с подносом, на котором стояли две чашки. Поставив их перед гостями, Полина Яковлевна собиралась покинуть гостиную, но Дронго попросил ее задержаться.

— Можно задать вам несколько вопросов? — сказал он.

— Мне? — удивилась кухарка. — Конечно, можно. Но я ничего не знаю.

— Садитесь, пожалуйста, — пригласил ее к столу эксперт, — у меня не так много вопросов. Вы ведь давно здесь работаете?

— Они всегда были довольны моей работой, — я даже научилась готовить настоящий узбекский плов, который они любят. С мясом и изюмом. Это такой сушеный виноград.

— Я знаю, что такое изюм, — улыбнулся Дронго, — и тоже люблю узбекский плов. У нас изюм называют кишмишем. Не сомневаюсь, что вы хорошая кухарка. Вы ведь знаете, что господин Пурлиев попал в автомобильную аварию, а перед этим просил меня о помощи.

— Про аварию знаю, — вздохнула Полина Яковлевна, — а про его просьбу мне ничего не известно.

— Вы сказали, что Бахром работал у вас только несколько месяцев, — напомнил Дронго.

— Правильно. Раньше работал Равиль, а потом его убрали и взяли Бахрома. Равиль хорошо справлялся, а Бахром сначала даже не знал, что ему делать.

— Почему? Разве он не садовник?

— Нет. Конечно нет. Он работал в какой-то мастерской, откуда его взяли к нам. Наверное, пожалели. Он ведь один здесь жил, без семьи, без родственников, которые остались там, в Таджикистане.

— Кто его нанял? — уточнил Дронго.

— Сам Ягмыр Джумаевич, — ответила кухарка, — он его привел, хотя хозяйке больше нравился Равиль. Он был моложе и хорошо справлялся с работой. Правда, и Бахром постепенно освоился.

— И он все время жил в этом доме?

— Да, смотрел за хозяйством и почти все время находился здесь, даже когда все отсутствовали. А меня хозяин иногда отпускал. Когда хозяйка уезжала куда-то в другой город, он обычно меня не звал.

— Может, потому, что сюда приезжала другая женщина? — забросил удочку Дронго.

Полина Яковлевна вздрогнула, посмотрела на гостей и неестественно высоким голосом спросила:

— Какая женщина?

— Вы знаете какая. Та, о которой вам наверняка рассказывали садовник и водитель Пурлиевых.

Кухарка смутилась и опустила глаза.

— Это неправильно, неправильно, когда все об этом узнают. Он напрасно привозит сюда свою знакомую.

— Они вроде бы собираются пожениться, — заметил Дронго.

— Только этого не хватало! — всплеснула руками Полина Яковлевна. — Наша хозяйка такая красивая женщина и совсем молодая, ей еще и сорока нет. Разве можно о таком даже подумать? И дочка у них совсем взрослая.

— Но семейные проблемы все-таки существуют? — настаивал Дронго.

— Откуда я знаю? — удивилась она. — Это лучше у них спрашивать, я в такие дела не вмешиваюсь.

— Но спальни у них разные.

— Им так удобнее, — коротко ответила кухарка.

— Согласен. Не будем обсуждать их поведение. А Бахром в последнее время ничем вас не удивлял?

— Меня здесь все удивляют, — вздохнула она, — Бахром тоже. Он ведь собирался вернуться к себе в Таджикистан. Хотел уехать на следующей неделе, уже вещи собирал. Но, видимо, не судьба. Жалко его, хороший человек был. Хотя в последнее время какой-то странный стал, осунулся весь, переживал.

— Он сообщил вам, что собирается уехать? — уточнил Дронго, переглянувшись с Вейдеманисом.

— Да. Сказал, что решил навсегда вернуться к себе. И еще спрашивал меня, где в Москве находится мечеть. Говорил, что должен обязательно туда заехать. Я сама не знала, у нашего водителя Жени спросила. Он мне и объяснил.

— А почему Бахром хотел уехать?

— Не знаю. Но он твердо говорил, что уедет.

— А ваш водитель? Он давно работает с Пурлиевыми?

— Нет. Тоже недавно, года два. У нас ведь раньше работал дядя Семен, но ему уже под семьдесят было, и он иногда не справлялся, даже засыпал порой в машине. Вот его и решили поменять на Женю. А этот молодой, ему только недавно тридцать стукнуло. Нахальный такой, но исполнительный, внимательный. И водитель хороший.

Она не успела договорить, как к дому подъехала машина. Это был «Мерседес», за рулем которого сидел молодой человек. Из салона вышла Делером и сильно хлопнула дверцей, очевидно, она была чем-то расстроена или взволнована. Стуча каблуками, хозяйка прошла в дом. Увидев гостей, сдержанно поздоровалась и сухо обратилась к кухарке, не успевшей выйти из комнаты:

— Я не разрешала вам беседовать с нашими гостями, Полина Яковлевна. Вам нужно было только принять гостей. Идите на кухню.

Следом за Делером в гостиной появился молодой водитель. Несмотря на возраст, он был лысоват, с покатым черепом, редкими светлыми волосами и узкими глазами. В руках он нес два пакета.

— Куда поставить? — спросил водитель.

— Оставь здесь, — нервно произнесла Делером, — и возвращайся в машину.

— Мне нужно заправиться, — напомнил Женя.

— Об этом мы поговорим потом. Жди в машине, — повысила голос женщина.