Швед, который исчез - Пер Валё

Ф.: Я разнервничался оттого, что вы допрашиваете меня. Кроме того, я ужасно устал. И к тому же у меня болит нога.

С.: Ага. Так значит, вы ужасно устали. Тетц Радебергер присутствовал при ваших встречах с Альфом Матссоном в разных городах?

Ф.: Да, мы работаем в одной фирме и ездим вдвоем.

С.: Как по-вашему, почему Радебергер тоже не хотел сразу признаваться, что знаком с Альфом Матссоном? Он что, тоже ужасно устал?

Ф.: Об этом мне ничего не известно.

С.: Вы знаете, где Альф Матссон находится в данный момент?

Ф.: Нет, не имею понятия.

С.: Вам хотелось бы, чтобы я сказал вам об этом?

Ф.: Да.

С.: Однако я этого не сделаю. Как давно вы работаете в бюро путешествий «Винклер»?

Ф.: Шесть лет.

С.: Это хорошо оплачиваемое место?

Ф.: Не слишком. Но когда я бываю в разъездах, мне возмещают все расходы на жилье, питание и проезд.

С.: Однако заработная плата у вас не очень большая?

Ф.: Нет. Но мне хватает.

С.: Похоже на то. У вас имеется достаточно, чтобы вам хватало.

Ф.: Что вы имеете в виду?

С.: У вас нашли ровно пять тысяч долларов, восемьсот тридцать фунтов и десять тысяч западногерманских марок. Это большие деньги. Откуда они у вас?

Ф.: Какое вам дело до этого?

С.: Я прощаю вам этот тон. Отвечайте на мой вопрос.

Ф.: Вам нет никакого дела до того, откуда у меня мои деньги.

С.: Возможно. Однако мне кажется, вы вовсе не столь сообразительны, как я думал, хотя даже самый примитивный ум мог бы подсказать вам, что вы поступите лучше всего, если будете отвечать на мои вопросы. Итак, откуда у вас эти деньги?

Ф.: У меня были разные дополнительные заработки, и я долго экономил.

С.: Какие заработки у вас были?

Ф.: Разные.

Слука посмотрел на Фрёбе и открыл ящик письменного стола. Он вытащил оттуда пакет, завернутый в пластиковую фольгу. Пакет имел двадцать сантиметров в длину, десять в ширину и был заклеен клейкой лентой. Слука положил пакет на стол между собой и Фрёбе. При этом Слука неотрывно смотрел на Фрёбе, а у того бегали глаза, и он старался изо всех сил не смотреть на пакет. Слука пристально наблюдал за ним, и Фрёбе принялся вытирать пот, мелкие капли которого появились у переносицы. Потом Слука сказал:

— Конечно, разные. Например, контрабанда и торговля гашишем. Исключительно прибыльное занятие, однако ненадолго, герр Фрёбе.

Ф.: Я не понимаю, о чем вы говорите.

С.: Неужели? А этот пакет тоже не узнаете?

Ф.: Нет, не узнаю. Откуда мне его знать?

С.: А о тех пятнадцати пакетах, точно таких же, как этот, спрятанных в дверцах и под обивкой автомобиля Радебергера, вы тоже ничего не знаете?

Молчание.

С.: В таком пакете помещается достаточно много гашиша. Мы здесь к таким вещам не очень привычны, поэтому я не знаю, какой сейчас курс. На сколько бы вы увеличили свой капиталец, если бы продали эти припасы?

Ф.: Я по-прежнему не совсем понимаю, о чем вы говорите.

С.: Судя по вашему паспорту, вы часто ездите в Турцию. Только в этом году вы были там уже семь раз.

Ф.: Бюро «Винклер» организует поездки в Турцию. В качестве экскурсовода я очень часто бываю там по делам службы.

С.: Да, и это вас вполне устраивает, не так ли? В Турции гашиш довольно дешев и там его легко можно раздобыть. Я прав, герр Фрёбе?

Молчание.

С.: Своим молчанием вы вредите себе и только себе. У нас уже имеются все необходимые доказательства и, кроме того, имеется один свидетель.

Ф.: Так, значит, это он нас заложил, свинья!

С.: Вот именно.

Ф.: Проклятая шведская свинья.

С.: Надеюсь, теперь вы понимаете, что нет смысла продолжать запираться. Вам лучше признаться, Фрёбе. Спокойно, по порядку, я хочу услышать все, что вы вспомните, имена, даты, номера. Лучше всего начать с того, как вы занялись контрабандой наркотиков.

Фрёбе закрыл глаза и свалился со стула на пол. Мартин Бек заметил, как он для смягчения удара подставил под себя руку и потом остался совершенно неподвижно лежать на полу.

Слука встал и кивнул стенографу, тот закрыл блокнот и быстро ушел.

Слука смотрел на мужчину, лежащего на полу.

— Симулирует, — сказал Мартин Бек. — Он вовсе не упал в обморок.

— Знаю, — сказал Слука. — Но я позволю ему немного отдохнуть, прежде чем мы продолжим.

Он подошел к Фрёбе и толкнул его носком туфли.

— Вставайте, Фрёбе.

Фрёбе не двигался, но веки у него подергивались. Слука подошел к двери, открыл ее и что-то крикнул в коридор. Вошел полицейский, и Слука что-то сказал ему. Полицейский взял Фрёбе за локоть, а Слука сказал:

— Вставайте, Фрёбе, здесь нельзя валяться. Окажетесь на нарах, там это будет намного удобнее.

Фрёбе встал и обиженно посмотрел на Слуку. Потом заковылял за полицейским. Мартин Бек смотрел ему вслед.

— Что у него с ногой? — спросил он.

— Никакой опасности, — заявил Слука. — Пуля прошла навылет. Мы стреляем не очень часто, но если дело доходит до этого, стреляем четко.

— Вот, значит, в чем состоял его бизнес. Контрабанде гашиша, — сказал Мартин Бек. — Меня очень интересует, что они с ним сделали.

— С Альфом Матссоном? Мы это вытянем из них. Но лучше подождать, пока они немного отдохнут. Вы, должно быть, тоже порядком устали, — сказал Слука и уселся за письменный стол.

Мартин Бек почувствовал, что он действительно очень устал. Было уже утро. Все тело у него болело, его словно пропустили через мясорубку.

— Поезжайте в гостиницу и полежите пару часов, — сказал Слука. — Я вам потом позвоню. Спускайтесь к выходу, я вызову для вас машину.

Мартин Бек не стал возражать. Он пожал Слуке руку и вышел из кабинета. Закрывая за собой дверь, он слышал, как Слука куда-то звонит.

Когда он спустился к выходу, автомобиль уже ждал его.