Шарада Шекспира - Наталья Солнцева

- Как, простите, вас понимать? - побагровел главврач. - При каком еще исходе? Вы намекаете, что эту Крюкову…

- Я ничего больше не скажу. Пока что - ничего! И вам настоятельно советую держать рот на замке. Если этим заинтересуется милиция, тогда вам придется рассказать правду. Если же нет… молчите. Ради блага вашей клиники. А сейчас я, с вашего позволения, хочу побеседовать с некоторыми сотрудниками.

Он вышел, а господин Семенов так и остался сидеть - красный, с отвисшей челюстью и полным разбродом в мыслях.

Сыщик снова воспользовался кабинетом Льва Назаровича и первой вызвал к себе обладательницу хриплого голоса, медсестру Терехину.

Она оказалась небольшого роста, полненькой, кругленькой, с прелестными ямочками на щеках. Накрахмаленная шапочка едва держалась на ее рыжих кудрях. Низкий хриплый голос достался ей словно по ошибке.

- Это вы принесли в клинику котенка и спрятали в подсобном помещении? - с угрожающей интонацией спросил Смирнов.

- Да, но… я уже все осознала! Такого не повторится! Мне стало ужасно жаль его… - начала оправдываться Терехина. - Он замерз и умирал от голода… худенький, одни косточки! Он даже мяукать не мог. Я была просто не в состоянии пройти мимо.

- Понятно. А что вы думаете об убийстве?

Медсестра опешила. Она удивленно вскинула на сыщика светло-зеленые глаза и быстро их опустила.

- Это был маньяк! - убежденно заявила она. - В ту ночь, когда мы с Аллой хотели покормить котенка, он снова прятался где-то поблизости. Мы услышали шум и убежали! Майя Орлова говорит, что он охотится за следующей жертвой.

- Вы тоже так думаете?

- Я не знаю. Теперь охранник не только сидит у входа, но и проверяет помещения, коридоры. А все равно жуть берет! Когда я там хожу, у меня по спине мурашки бегают, так и кажется, что сзади кто-то крадется. Особенно вечером!

Смирнову хотелось курить, но он сдерживался. Идти в курительную было некогда, а дымить в кабинете светила пластической хирургии, пусть даже и подозреваемого в убийстве, он себе позволить не мог.

- Что вы думаете о докторе Адамове? - спросил сыщик.

Терехина вспыхнула, залилась краской до корней волос.

- Лев Назарович - хирург от бога! - горячо воскликнула она. - Такого специалиста еще поискать надо. У него золотые руки! И то, что про него и Ляльку болтают… вздор!

- Так уж и вздор?

Медсестра покраснела еще больше.

- О покойниках плохо не говорят, - промямлила она. - Ляльку теперь на том свете судить будут. А доктора понять можно, он ведь мужчина. Если что-то и было, так она сама с Льва Назаровича глаз не сводила. Не прилюдно, конечно, а тайком, когда никто не видел. Он идет в зимний сад отдыхать, и она - шмыг за ним! Может, и случился грех.

- У Садыковой были поклонники? Я имею в виду, кто-то еще за ней ухаживал?

Девушка задумалась. У нее была светлая кожа, покрытая веснушками, которая легко и густо краснела; рыжие некрашеные бровки и такие же реснички.

- Вообще-то не знаю… ей никто не звонил, никто не приходил, не поджидал вечером. А из сотрудников, по-моему, Ляльке симпатизировал Макс Плетнев, молодой хирург. Он у нас недавно. Только она ему не отвечала взаимностью. Конечно, разве сравнится рядовой начинающий врач с самим Адамовым?!

- Вы знакомы с Кристиной, женой Льва Назаровича? - спросил Всеслав.

- Плохо. Я пришла сюда на работу, когда она уже уволилась. Болтают, что Кристина могла убить Ляльку из ревности. Неужели она такая бешеная? Что-то не верится. Те, кто ее знают, сомневаются.

- А с первой женой Адамова вы были знакомы?

Терехина вздрогнула, опустила глаза. Ее лицо не горело - пылало жарким огнем.

- Откройте окно, - попросила девушка. - Мне душно.

Смирнов охотно выполнил ее просьбу: ему самому не хватало воздуха. В клинике было установлено автономное отопление, обогревали, как положено. А тут еще разговоры накаляли атмосферу.

В распахнутую форточку хлынул прохладный ветерок с редкими, тающими на лету снежинками.

- Лев Назарович овдовел семь или восемь лет тому назад, - не поднимая глаз, произнесла Терехина. - Я тогда еще училась.

- Вам нравится ваша работа здесь? - неожиданно спросил сыщик.

- Да… и платят хорошо.

- Вряд ли ваше руководство будет довольно, когда узнает, что вы отказываетесь помочь следствию.

- Я не отказываюсь! - испугалась медсестра. - Я правда ничего не знаю. А слухам не всегда можно верить.

- Каким слухам?

- Ну… - Она совсем растерялась. - Родители Елены, покойной жены Адамова, соседи моей бабушки. Они живут на Ломоносовском. Бабуля говорила…

Смирнов и медсестра Терехина беседовали еще полчаса, после чего девушка ушла, а сыщик остался сидеть, погрузившись в раздумья.