Без лица и имени - Андрей Бадин

— Фархад — темная личность, гражданин двух государств — России и Таджикистана и на чьей территории сейчас находится, неизвестно. Он успешно избегает наказания уже много лет, но только сейчас следствие получило доказательства его виновности в совершении убийства.

— Получило и потеряло, — Петрович покачал головой. — Диск похищен и копия тоже, как и героин. Эти гады что хотят, то и творят.

— Да, после убийства Рустама, основного конкурента Фархада на рынке наркотиков, тот зарвался, возомнил себя богом и начал беспредельничать. Заказывает убийства там, где мог бы решить конфликт мирно.

— Чувствует безнаказанность и поэтому борзеет. — Семенов немного нервничал и стал выдавать слова из блатного лексикона — фени. — Кто-то в высших эшелонах милицейской власти его здорово «крышует».

— Его «крышу» надо определить и ликвидировать как можно быстрее. — Добавил комитетчик. — Назревает крупный передел сфер влияния на рынке наркотиков в России, и связано это с появлением в их бизнесе новых действующих лиц.

— Молодые набирающие силу группировки? — спросил Петрович.

— Да, они не считаются ни с авторитетом Фархада, ни с законами государства, ни с воровскими законами. Они жестоко расправляются со слабыми и понемногу примериваются к сильным мира сего. Это знает и Фархад и побаивается их. Хотя беспощадно уничтожает тех, кто переходит ему дорогу. Среди наркодельцов это было всегда. Но в наше время противоречия обострились и, мы думаем, вооруженный конфликт неизбежен.

— Между кем и кем? — спросил Петрович.

— Между Фархадом, ныне контролирующим восемьдесят процентов рынка наркотиков в России и Таджикистане, и «сорняками». Так их называют в их среде.

— Кто эти люди?

— Объединившиеся в большую группировку мелкие торговцы героином и кокаином. Они хотят свергнуть короля Фархада и поделить рынок. Их не устраивают те мизерные, по сравнению с его доходами, крохи, получаемые ими от двадцати процентов наркотического пирога. — Романов вынул из кармана пачку, вытянул из нее сигарету и прикурил от зажигалки. Выпустил кольцо дыма в полуоткрытое окно.

— Мы бы хотели продолжить беседу на эту тему, но не здесь, а в нашем офисе, — продолжил Платов, — готовы вы сейчас поехать с нами и просмотреть кое-какие документы?

— Досье Фархада? — спросил Семенов.

— Да.

— Я готов, но ответьте мне на один вопрос. Почему вы даете информацию мне, а не Управлению по борьбе с незаконным оборотом наркотиков? Ведь это их прямая работа?

— Мы некогда сотрудничали с ними, но потом перестали им доверять, потому что пару раз произошла утечка информации и сорвалась операция по выемке большой партии героина. Он попал на рынок. Мы не смогли доказать, что утечка произошла из их ведомства, но подозрения появились. Поэтому мы с ними формально сотрудничаем, но на деле не даем им ту информацию, которую имеем. Арестовываем партии сами.

— В их ведомстве крот?

— Скорее всего так оно и есть. Мы вам покажем документы, косвенно подтверждающие нашу гипотезу, но прямых улик нет. Поэтому мы решили временно переориентировать вас на расследование дела Фархада и Урусбаева. Я думаю, в вашем случае мы добьемся большего успеха, чем если бы сотрудничали с управлением по наркотикам.

— Понятно. — Петрович взглянул на Берестова, а тот хлопнул ладонями по коленям и с доброжелательной улыбкой завершил разговор:

— Ну, вот и договорились, господа хорошие, пора и честь знать. Прошу в свои машины.

Полковники заулыбались, попрощались за руку с начальником МУРа и вышли из его служебной «Волги». Прошли к черной, как воронье крыло, «Ауди-8» и залезли в салон. Петрович устроился на заднем сиденье рядом с Платовым, а Романов сел спереди и приказал водителю трогать. Иномарка рванулась с места, выехала на Садовое кольцо и, стремительно увеличивая скорость, помчалась к Колхозной площади.

От быстрого старта у Семенова дух захватило. Его вжало в кресло, и он испытал неимоверный восторг от лихой езды. Но это наслаждение длилось недолго, так как Петр Петрович заметил в зеркальце заднего вида преследующую их темно-синюю автомашину «БМВ» седьмой модели.

— Темно-синяя, — с ужасом проговорил он.

— Что такое? — спросил Платов и взглянул на Петровича.

— Нас преследует темно-синяя «бэшка». Точно такую же видели на улице во время нападения на броневик с героином. Она контролировала нападение и уехала вслед за увезшим героин джипом.

— Откуда у вас такая информация? — встревоженно спросил Романов.

— Из проверенного источника.

Платов взял трубку с торпеды машины, быстро набрал номер и стал ждать. А тем временем «БМВ» стала обгонять машины на дороге и стремительно приближаться.

— Машина бронированная? — забеспокоился Петрович.

— Нет, — угрюмо ответил фээсбэшник и обернулся, чтобы посмотреть на преследователей. В этот миг водитель «Ауди» резко затормозил, так как наперерез ей из подворотни выскочила вторая «БМВ» седьмой модели, но уже белого цвета. Скорость у «Ауди» была высокая, и тормоза не справились. Колеса завизжали по асфальту, и тяжелый лимузин занесло. Он со всего маху врезался носом в борт белоснежного даймлера, снес ему передок, пролетел мимо него и врезался в стоящий на остановке рейсовый автобус.

Семенов уперся руками в спинки стоящих впереди кресел, вжал голову в плечи и весь напрягся. Удар получился сильным, жестким, но не настолько разрушительным, чтобы лишить пассажиров лимузина жизни. Капот и моторный отсек «Ауди» деформировались, ветровое стекло растрескалось и вылетело на капот. Водитель, генералы и полковник закричали, но, несмотря на многочисленные удары головами и плечами о кресла, борта и потолок, сознания не потеряли.

Наконец грохот и лязг деформирующегося металла стихли и воцарилась гробовая тишина. Но продолжалась она недолго. Рядом завизжали шины тормозящей темно-синей «БМВ». Ее дверцы распахнулись, и на улицу выскочили парни в черных масках и с автоматами в руках. Направили стволы с глушителями на пассажиров «Ауди» и незамедлительно открыли ураганный огонь.

— Ложись! — гаркнул Семенов, первым отворил дверцу и выскочил на улицу. А над его головой задребезжали разлетающиеся стекла и пули забили в крылья и стекла лимузина. Романов попытался открыть переднюю дверь, но ее заклинило от удара, и он не смог выбраться. Первая же очередь разнесла ему голову, и кровь вперемешку с мозгами разбрызгалась по всему салону. Изрешеченный двумя короткими автоматными очередями водитель машины мгновенно погиб, а вот Платова ранили в спину и ногу, и он ползком сумел выбраться на улицу. Упал на асфальт рядом с Семеновым и захрипел:

— Засветились. Гады нас вычислили…

— Что? — гаркнул ему в ухо полковник, но ответа не услышал.

Один из нападавших обежал «аудюшку» и выпустил в интерполовца полрожка. Потом он перевел ствол на Семенова и хладнокровно нажал на курок. Петрович зажмурился и приготовился к смерти, но выстрела не услышал, так как у нападавшего кончились патроны. Он профессиональным движением выдернул сдвоенный магазин, перевернул его и воткнул противоположным концом. Автоматные магазины у него были перевязаны липкой лентой, и ему не составило труда поменять их местами.