Каникулы с невидимкой - Валерий Гусев

Лаборант при виде Августа широко заулыбался, встал и, протянув руку, пошел навстречу:

– Приветствую вас, коллега. Рад, что мы снова вместе.

Но Майский, будто Лаборант стал невидимым, не замечая его протянутой руки, обошел коллегу стороной и сел на свое место за столом.

Парень смущенно хмыкнул и посмотрел на Карлсона. Тот пожал плечами и ничего не сказал. А что тут скажешь? Всякому подлецу руку жать? Щаз-з! - как сказал бы Алешка.

И мы с ним тоже стали не замечать этого парня. Будто его и не было. Даже на его вопросы не отвечали.

Такая встреча ему не понравилась. Он стал хмуриться и злиться. И сразу после завтрака, накинув на плечи шикарную кожаную куртку, пошел прогревать машину.

Мы снесли посуду на кухню и тоже пошли во двор.

Лорд, едва не своротив будку, бросился к Алешке, разметая хвостом выпавший ночью снег и радостно скаля в собачьей улыбке свои белые зубы.

Алешка отстегнул его цепь, и они, соскучившись друг по другу, стали носиться вдоль забора и валяться в снегу. А я взялся за лопату.

Лаборант вышел из урчащей машины и направился к Майскому.

– Август Ильич, - примирительно сказал он. - Поговорим как ученый с ученым.

Майский выпрямился во весь свой невысокий и худой рост, неторопливо снял с правой руки перчатку.

Парень решил, что он хочет пожать ему руку, и самодовольно улыбнулся. Но он ошибся.

– Вы не ученый, - торжественно сказал Майский. - Вы - подлец и негодяй! - и влепил ему с этими словами такую пощечину, что у Лаборанта слетела с головы шапка. И крыша, наверное, поехала.

И Лорд тут же ее подхватил (шапку, а не крышу) и начал трепать. С огромным удовольствием.

– Ах ты!… - Лаборант злобно сверкнул глазами и, расправив широкие плечи, грозно пошел на маленького Майского со своими большими кулаками.

Майский не дрогнул.

Дрогнул я. И со страху за ученого машинально огрел Лаборанта ручкой лопаты по спине.

– Ах ты!… - он круто повернулся ко мне. Видно, все другие слова от злости забыл.

Я попятился, выставив перед собой свое оружие. И вскоре наткнулся спиной на забор. Дальше отступать некуда. Расправа близка.

И тут вдруг раздался пронзительный визг, и что-то взметнулось в воздух.

Это был Алешка. Ему представился случай на практике применить уроки Бабы Яги.

Получилось у него на пятерку. Он «двумя ногами вместе» так влепил Лаборанту в лоб, что тот грохнулся на спину, задрав ноги.

А уж тут за него с азартом взялся Лорд. Разве он мог позволить, чтобы кто-то угрожал его любимому другу? С которым так приятно поговорить и с которым он совершил такое прекрасное путешествие по полям Белого безмолвия.

В первую же секунду Лаборант остался без своей кожаной куртки: Лорд располосовал ее от ворота до пояса. А потом сдернул с него сапоги и взялся за брюки.

– Ладно, Лордик, хватит, - вступился Алешка, отряхиваясь от снега. - А то ты его совсем разденешь. А ему сегодня шефа на дело везти.

Лорд оторвался от разодранных штанов, обернулся и неохотно отошел от поверженного и напуганного Лаборанта.

Да, о том, чтобы «шефа на дело везти», не могло быть и речи.

– Вы получили по заслугам, - сказал Майский и пошел в дом.

На крыльце он столкнулся с Карлсоном, который выскочил на звуки борьбы.

– Что за шум, а драки нет? - спросил он.

– Драка уже кончилась, - пояснил Майский и скрылся в дверях.

– Так… - Карлсон оглядел «поле боя» и стоящего посреди двора без сапог и в лохмотьях вместо брюк Лаборанта. - Хорош! Ты ж меня подвел! Разве можно в таком виде за руль садиться?

– А я - чего? - пробормотал Лаборант, пытаясь как-то приладить обрывки. - Это они напали. И собаку натравили.

– Эх ты! С пацанами сладить не смог. А я тебя в личную охрану хотел взять.

А мы - как ни в чем не бывало - занимались обычными делами. Я сгребал снег к забору, Лешка дрессировал Лорда.

– Так… - опять протянул Карлсон. - Собаку - на цепь. Всем - в дом. А ты, - это он сказал Лаборанту, - позови кого-нибудь из механиков.

– Как же я пойду? - Лаборант тоскливо оглядел жалкие остатки штанов. - Дайте чего-нибудь переодеться.

– Пойду у мамы спрошу, - ехидно ухмыльнулся Карлсон. - Тебе больше юбка подойдет.

Лаборант с ненавистью посмотрел на нас.

Карлсон вынес ему старые брюки Алехина. Лаборант натянул их на посиневшие от холода ноги. Но это ему мало помогло: брюки были сильно коротки. И между ними и сапогами ноги оставались голыми. Так он и пошел в мастерскую, оборачиваясь и грозя нам кулаком. А Лорд рычал ему вслед.

– Когда поедешь? - спросила за обедом Баба Яга Карлсона.

– К вечеру поближе, - жуя, ответил он. - Пусть баксов там побольше соберется.

– Правильно, - одобрила его решение мамочка. - Ты там поосторожнее, не увлекайся. И не простудись. В одних трусах-то.

– Рубашку можно оставить, - пожалел его Майский. - Только без пуговиц.

– А без горчицы нельзя? - с надеждой в голосе спросил Карлсон. - Зудит от нее здорово. И по запаху меня могут учуять.

– Попробуем, - кивнул Майский. - Я думаю, вчерашней дозы на второй раз хватит.

После обеда все разбрелись по своим углам. Баба Яга - в спортзал, Карлсон с книгой - в туалет, а мы втроем - в свой подвал.

– Ну, ребята, - сказал Майский, - готовимся к побегу.

– Пора уже, - озабоченно вздохнул Алешка, - среда близко. - И ухмыльнулся во весь рот.

Мы тогда еще не знали, чем он развеселился, но тоже заулыбались. А что? Причины были. Банду мы всю развалили и пересажали. Осталось мелочи доделать: Карлсона сдать в дурдом и домой вернуться.

– Значит, так, - стал перечислять Майский. - Нам нужно обезопасить себя от мамочки - раз. От механика - два. И от этого негодяя - три.

– Тетю Герду запрем в спортзале, - сказал я. - Это - раз. Механик нам не помешает - это два…

– А подлеца и негодяя, - добавил Алешка, - я устрою в одно надежное местечко.

И мы даже не стали его расспрашивать. Все равно не скажет раньше времени.

– Компас, главное, не забыть, - вспомнил Майский.

– Может, не надо, - осторожно посоветовал я. - Занесет нас куда-нибудь с ним в Америку. Ненадежная система.

– Пользоваться надо уметь, - вспыхнул Майский, обидевшись за самый лучший научный прибор для всего человечества. - Сюда-то мы по компасу добрались.

– Лучше бы заблудились, - вздохнул Алешка.

– А Даша? - воскликнул Майский. - Что бы с ней стало? - и сильно погрустнел. - Где-то она сейчас?