Улыбающийся человек - Джозеф Нокс

– Вряд ли они многого от него ожидали. Его родители были несчастливы в браке. В день нашей свадьбы Глория, мать Фредди, отвела меня в сторону и дала такой совет: «Не жди от мужчин ничего хорошего, тогда и разочаровываться не придется».

– Его родители живы?

– Раз мы унаследовали их деньги и недвижимость, какой вывод из этого следует?

– У меня маловато опыта в этой области, – сказал я.

Она оставила мой выпад без внимания.

– Они ушли один за другим вскоре после того, как мы поженились.

– Деньги и недвижимость, – повторил я. – Было что-то еще, кроме «Палас-отеля»?

– Сначала да. Но Фредди заключил несколько неудачных сделок. Снова понадеялся на ловкость рук.

– Но что тогда означают его слова о натянутых отношениях с родственниками?

– Что он живет прошлым или просто так сказал для красного словца. Из семьи у него осталась только я, так что, может, это меня он имел в виду.

– Могло ли отсутствие коммерческого таланта вкупе с вашим разрывом вызвать у Фредди финансовые затруднения?

– Исключено.

– Уверены?

– Мы оба получаем неплохой доход от траста…

– «Палас-отель» давно не работает.

– Только из-за упрямства обеих сторон.

Аниса попыталась было вмешаться, но Наташа отмахнулась.

– Говорю как есть. В отличие от меня, Фредди никогда не интересовался отелем. Он был моим детищем. Но отношениям пришел конец, и отелю тоже. Я распустила сотрудников и перестала ходить на работу скорее в качестве протеста. Хотела посмотреть, как поступит Фредди. Будь у него здравый смысл, он бы нанял нового управляющего. Но он не нанял. В общем, я сделала себе подарок – перестала зарабатывать деньги для Фредди. – Она снова посмотрела на меня. – Но мы оба могли бы хоть сейчас отойти от дел, детектив. И если Фредди говорит, что у него туго с финансами, это, мягко говоря, преувеличение.

– Как устроен траст?

– Да как любой бизнес. Доход от отеля идет в общий котел, из которого берутся деньги на содержание отеля, юридические расходы, зарплаты сотрудникам и так далее. Ни Фредди, ни я не берем больше оговоренной суммы.

– Вы уверены в этом?

– Перед началом бракоразводного процесса приходится проверять такие вопросы. Там все надежно, я абсолютно в этом уверена. Но, разумеется, когда мы ликвидируем траст, Фредди сможет распоряжаться половиной денег по своему усмотрению. И суммы там будут много больше его ежемесячного жалованья. А к чему весь этот разговор о финансах Фредди?

– Когда он узнал про нападение на сторожа и про труп, то первым делом поинтересовался, не повлечет ли это финансовую ответственность и не затруднит ли продажу. Для человека, у которого отсутствует деловая хватка, он чересчур хорошо разбирается в таких вопросах…

– Отель – единственное, что нас связывает. Вот он и жаждет от него избавиться.

– Можно спросить, почему вы решили расстаться?

Наташа покачала головой:

– К взлому отеля это не имеет никакого отношения.

Я решил зайти с другой стороны:

– Фредди всегда много пил?

– Из нас двоих я пила больше. Ему здоровье не позволяло. Так, бокал вина время от времени.

– Вчера я встретился с мистером Койлом в десять утра, и он, похоже, страдал от последствий затянувшейся вечеринки…

– К концу наших отношений Фредди изменился до неузнаваемости.

– Из-за чего, мисс Рив?

– Поначалу я еще пыталась понять, что не так. С ним самим. Он вел себя холодно, отстраненно. Теперь я понимаю, что он стремился к разводу. За считаные недели до расставания он изменился больше, чем за все десять лет. Какой он сейчас, я вовсе не знаю.

– Мог он измениться настолько, чтобы быть замешанным в недавних событиях?

– Нет, это нелепо. Фредди желает только одного – продать отель. Он, может, и профан в бизнесе, но тем, что ему принадлежит, разбрасываться не будет. – Наташа замолчала, очевидно удивляясь тому, что с их браком получилось по-другому.

– Что произошло полгода назад?

– Вопросы никогда не кончатся? Вы кайф получаете оттого, что лезете людям в душу?

– Если бы дело было только в вашем браке, я бы не спрашивал. Мы полагаем, что со всем этим как-то связана одна молодая женщина. Она что-то видела, и теперь ей грозит опасность. У нее дома все указывает на то, что к ней применили насилие, так что я продолжу спрашивать, пока не получу ответ.

Наташа снова отвела взгляд:

– Я получала письма.

Судя по всему, Аниса слышала об этом впервые.

– Анонимные.

– И что в них было написано?

– А что обычно пишут? Что муж мне изменяет. Что у него интрижка.

– Вы их сохранили?

– Нет, мне их не по почте присылали. Ни конвертов, ни марок, ничего.

– Вы заявляли в полицию?

– Вряд ли полиции есть дело до любовных похождений моего мужа.

– Очевидно, отправитель преследовал некий злой умысел. Похоже было на шантаж?

– Ни угроз, ничего подобного. Только факты. Время и место.

– Вы говорили Фредди про эти письма?

– Какое-то время я не обращала на них внимания. Потом стали присылать фотографии. Их я игнорировать не могла. В последнем письме был адрес, день и время. И прилепленный скотчем ключ. Фредди избегал разговоров, вел себя странно. Я всерьез забеспокоилась. За него. Поэтому пошла по указанному адресу. – Голос Наташи звучал так, будто ей пришлось признаться в позоре всей ее жизни.

Аниса негодующе глянула на меня и отвернулась.

– Какой-то дурацкий лофт на Сэквилл-стрит.

Та самая квартира, куда я ходил к Фредди.

– Я подождала на улице, пока выйдет кто-нибудь из жильцов. Нашла нужную квартиру, услышала громкие голоса. Открыла дверь присланным ключом… Фредди был с мужчиной.

Я отвернулся, чтобы скрыть удивление.

Какое-то время все молчали.

– С тех пор мы не виделись.

– Вы узнали мужчину?

– Спросите Фредди.

– Спрошу. Как вы думаете, кто мог присылать письма?

Наташа посмотрела на меня:

– А разве не ясно? Его любовник, конечно. До сих пор, наверное, вспоминает и смеется.

Если только не его убили ночью в отеле.

– Вы же не думаете, что Наташа с мужем замешаны в этой истории?

Мы с Анисой шли вместе: я возвращался к Сатти на место предполагаемого похищения Черри, Аниса ловила такси.