Последнее дело Даймонда - Питер Лавси

– В смысле с Джерри? Хорошо устроился. Зайдешь?

Я переступил через его ноги, прошел по дому и обнаружил Джерри в патио, танцующую с риелтором Роджером. Тот был в полосатой рубашке и красных подтяжках. Я знал, что он никогда не пропускает подобных сборищ. Музыка била по ушам, и я приглушил звук. Джерри помахала мне рукой и, вихляя бедрами, крикнула:

– Рано пришел, еда еще не готова! Нужно полчаса, чтобы как следует прожарилась. У тебя есть время предаться кое-чему более расслабляющему. – Сама она расслаблялась в изумрудно-зеленом комбинезоне в обтяжку и босиком.

– Джерри, могла бы меня предупредить, что планируешь такое! – раздраженно воскликнул я.

– Не было возможности, сердце мое. Ты поднялся и умчался ни свет, ни заря. Но ничего, я пригласила тебе телку.

– Что?

– Телку. Чувиху, или как это по-вашему?

Джерри остановилась, приблизилась ко мне и попыталась распустить галстук. Она была в приподнятом настроении, как никогда наедине со мной. Никакого особого запаха я не почувствовал и догадался, что она пила водку.

– Переоденься во что-нибудь сексуальное, она сейчас появится.

– Брось трепаться, Джерри!

– Я ничуть не заливаю. Час назад позвонила женщина с мужским именем и попросила тебя. Вспомнила – звезда из фильмов сороковых годов, с глазами с поволокой, в фетровой шляпе. Дана Эндрюс. Дана – вот как ее зовут.

– Не знаю такую.

– Скоро узнаешь. Она так отчаянно хотела поговорить с тобой, что я пригласила ее на барбекю. Она мать того школьника, которого ты выловил из реки.

– Миссис Дидриксон. – Да, день поистине не задался. – Куриные твои мозги! Они не дают мне проходу. Уже объявлялись на литературной встрече.

– Что с тобой, мой скромный мальчик? Я считала, что слава необходима тебе как воздух.

– Но не в роли местного героя. Сыт по горло и не желаю, чтобы журналисты вторгались в мой дом, особенно во время этой вакханалии.

– Она заверила меня, что придет одна.

– Бывает, что свиньи летают, только это вряд ли бывает.

Я поднялся в спальню, снял с вешалки чистую одежду, заглянул в душ, обнаружил, что там моется какая-то женщина, и отправился в ванную. А там кто-то снял зеркало со стены.

Сначала я хотел сказать Джеральдин, чтобы она развернула Дидриксон восвояси, как только та объявится. Но на Джерри нельзя полагаться, даже когда она трезвая. Придется делать все самому. Я переоделся, спустился вниз, перешагнул через мужчину на пороге и стал вглядываться в подъездную аллею – не прибавилась ли еще одна машина. Затем вышел на дорогу. Стемнело и стало прохладно. В те дни, когда я курил, с удовольствием бы в такое время затянулся. У меня не было ни малейшего желания принимать участие в барбекю Джеральдин. С ее друзьями я не имел ничего общего, хотя смирился с необходимостью порой встречаться с ними. Пытаться заснуть – бесполезно.

Со стороны Бата послышался гул мотора. Но прежде чем я увидел автомобиль, поверх стен и живых изгородей ударили лучи фар. Он приближался медленно, словно водитель высматривал нужный дом. Но вот машина появилась, и лучи нырнули к земле. «Мерседес» остановился напротив того места, где стоял я, но никто из салона не вышел. За рулем сидела темноволосая женщина. Она опустила стекло и спросила:

– Может, лучше съехать с дороги?

– Вы на барбекю?

– Не совсем, – поколебавшись, ответила она. – Вы ведь профессор Джекман?

– Да. Но вечеринку устраивает жена. Если хотите, паркуйтесь здесь. В это время тут мало кто проезжает.

– Кажется, мы друг друга не поняли. Я приехала на несколько минут именно к вам, профессор.

– Так вы миссис Дидриксон? – Я никак не ожидал, что она прикатит на «Мерседесе».

– Разве вас не предупредили?

– Если вы приехали поговорить, то тут неподходящее место. – Мне пришла мысль, что я могу перехитрить Молли Эйбершо, которая наверняка затесалась среди гостей, и на некоторое время смыться на машине Дидриксон в ближайший паб. – Будет удобнее в местном заведении – «Виадуке». У вас нет возражений?

Она колебалась, но наконец ответила:

– Нет, если вам так удобнее.

Я сел в машину и стал болтать о погоде и о туристах, восхищаясь, как уверенно она вписывается в крутые повороты на Брасснокер-Хилл. Миссис Дидриксон вела автомобиль так, словно наслаждалась процессом. Я удивился, почему она не ездит на спортивном – для «Мерседеса» ей явно не хватало роста. Она подложила под себя две подушки.

В пабе было не протолкнуться. Поскольку миссис Дидриксон хотела что-нибудь безалкогольное, я заказал ей апельсиновый коктейль «Сент-Клементс», а себе большую рюмку коньяка.

– Прошу прощения за то, что произошло сегодня в книжном магазине, – произнесла она, как только мы сели за столик. – Поверьте, появление фотографа для нас с Мэтью стало шоком. Мы пришли туда, рассчитывая, что можем неофициально повидаться с вами и поблагодарить за то, что вы сделали. Предложение Молли Эйбершо мне показалось удачным. Какой же я оказалась наивной! Простите меня, пожалуйста.

В книжном магазине я взглянул на нее лишь мельком. Все произошло внезапно. Я и сына-то ее не рассмотрел как следует до того, как сверкнула вспышка. Теперь глубоко посаженные карие глаза Даны Дидриксон тревожно сверлили меня – она ждала ответа. Не похоже было, что она приехала ко мне ради газетной шумихи. Овал лица, высокий лоб, четко очерченные губы и подбородок свидетельствовали об уме без коварства. Она сидела, крепко сжав руки.

– Забудьте, миссис Дидриксон, – сказал я. – Я вспылил и жалею об этом. Надеюсь, ваш сын восстановился после купания?

– Да. Я не могу оставить это дело. Не могу не поблагодарить вас за то, что спасли ему жизнь. Хотя слов здесь недостаточно.

– Хорошо, – улыбнулся я. – Вы заплатите за мою выпивку, и мы оба успокоимся.

– И по счету за чистку вашей одежды?

– Ее все равно следовало отдать в чистку.

– Костюм, наверное, испорчен?

Я покачал головой:

– О, вы не знаете, какой замечательный умелец работает в нашей химчистке. Гений! Артист! Ему бы восстанавливать фрески Леонардо, а он оттирает мои брюки.

Она была из тех женщин, чья красота заключается в их улыбке.

– А сейчас я увезла вас с вашей вечеринки.

– С вечеринки моей жены. Справедливее будет сказать, что увез вас я. Ведь Джерри вас пригласила?

Дана вспыхнула:

– Я не собиралась оставаться. Простите, это звучит невежливо. Я вымоталась. Выдалась трудная неделя.

– Чем вы занимаетесь?

– Я водитель пивоваренной компании.

– Полезное знакомство.

Она опять застенчиво улыбнулась.