Одна на миллион - Марина Серова

Когда я вошла в кабинет участкового инспектора, его хозяин стоял к двери спиной и смотрел в окно. Он резко повернулся, и я сразу поняла, что старший лейтенант совершенно не отвечал моим представлениям о деревенских участковых. Николай Анатольевич оказался очень интересным брюнетом лет тридцати пяти, высоким, атлетически сложенным, с мужественными чертами лица и просто обворожительной улыбкой. Короче, супермен местного розлива. Наверняка все женщины села Отчина были от него без ума, не случайно супруга ревновала старшего лейтенанта к каждой юбке. Впрочем, я была в коротеньких шортах, и Николай засмотрелся на мои ноги. Я без приглашения вошла в кабинет и села за стол, дабы лишить участкового маленького удовольствия. А если честно, то после лазанья по прибрежным кустам мои босоножки вымокли насквозь, а ноги были исцарапаны осокой. Не стоило выставлять всю эту «красоту» напоказ.

– Николай, – донельзя просто представился старший лейтенант, чему-то улыбнулся и сел напротив меня.

Я решила сразу подчеркнуть сугубо деловой характер предстоящего общения и сказала донельзя официально:

– Иванова Татьяна Александровна, частный детектив.

– Очень приятно. Старший лейтенант Трунов, – со всей серьезностью отрекомендовался участковый, но тут же снова улыбнулся и спросил: – Итак, Татьяна Александровна, вы хотите дать показания по поводу вчерашней аварии на мосту?

– Нет, это я у вас хотела поинтересоваться подробностями дорожно-транспортного происшествия, – еле выдавила я из себя, потому что в горле пересохло. Я боялась услышать, что найдено тело девушки.

– Что-то вы долго сюда от заправки ехали. Наверное, на месте происшествия задержались? – спросил Николай, глядя на меня проникновенным взглядом своих карих глаз.

Я молчала, Трунов снова улыбнулся, достал из шкафа бутылку минералки и спросил:

– Выпьете?

– Пожалуй.

Николай налил воду в пластиковый стаканчик и подал его мне. В этот момент дверь с шумом отворилась, и в кабинет ввалилась уборщица.

– А это что за следы такие? – недовольно пробурчала она.

Я оглянулась и почувствовала, как начинаю краснеть. Через весь кабинет, оказывается, тянулись мои следы. Эх, Таня, ты еще и в глину где-то вляпалась! Хорошо, что не в навоз...

– Думала, здесь уже никого нет. Пол вымою, они натопчут, впору второй раз мыть...

Трунов не обратил никакого внимания на бурчание технического персонала, надел очки, взял лист бумаги и деловито спросил:

– Итак, Татьяна Александровна, чем вызван ваш интерес к этому дорожно-транспортному происшествию?

– Я искала девушку, которая вчера вместе со своим парнем выехала на вишневых «Жигулях» в этом направлении. Сегодня на заправочной станции я зашла в минимаркет и случайно услышала о вчерашнем происшествии на мосту. Прежде всего меня интересует судьба той девушки...

– Лариса мне говорила, что на заправке была рыженькая девчонка, но мы ее тело не обнаружили. Если оно до сих пор не всплыло, значит, за что-то зацепилось, – со знанием дела сказал Николай. – Завтра-послезавтра из города водолазы приедут... У нас, знаете ли, есть один аквалангист-любитель, мы его вчера привлекли к спасательным работам, но у него что-то с водолазным костюмом случилось... Короче, дно осталось необследованным...

– Значит, речка глубокая? – удивилась я.

– Местами.

– А вы уверены, что в момент падения в машине была пассажирка? – спросила я.

Участковый не успел ответить на мой вопрос – на авансцену вышла уборщица.

– Расселись тут! Ноги подними! – стала ворчать бабка, энергично работая шваброй. Я послушно подняла ноги, давая ей возможность вымыть пол под столом.

Уборщице что-то явно не понравилось, то ли мои ноги, то ли цвет лака на ногтях. Она встала передо мной в начальственной позе и что-то буркнула.

– Простите, я не поняла вас...

– Обувку протри, а то снова наследишь! – проворчала она.

Участковый инспектор проявил деликатность, сделав вид, что увлечен чтением каких-то бумаг, а потому ничего не слышит. Я вытерла подошвы босоножек и робко спросила:

– Николай Анатольевич, может быть, в машине не было пассажирки?

– Скорее всего она находилась там, – сказал участковый, лишая меня последней надежды. – Передняя дверь со стороны пассажира была открыта... Кстати, как звали девушку и ее парня? Надо ведь сообщить родственникам о трагической гибели.