Одна на миллион - Марина Серова

После того как клиент расплатился со мной за расследование двойного убийства, я решила потратить значительную сумму на себя, любимую. Короче, я была уже на пороге SPA-салона, когда в моей сумке отчаянно завибрировал мобильник. Через минуту-другую я бы его отключила, а тогда чисто машинально достала телефон из сумки и ответила:

– Алло!

– Татьяна Александровна? – поинтересовался властный женский голос.

– Да, это я.

– Замечательно! Я хочу знать, – заявила неизвестная, – где моя дочь?

– Простите, но вы не представились, – сказала я, изо всех сил стараясь быть вежливой.

– Баранова Кира Леонидовна, – сообщила женщина. Вероятно, она не сомневалась, что я с ней знакома.

Увы, это имя мне было неизвестно, равно как и имя ее дочери, поэтому внести ясность в местонахождение последней я никак не могла. Ошибочка вышла.

– Вы, наверное, не тот номер набрали, – предположила я.

– Что значит – не тот номер? – пуще прежнего разъярилась тетенька. – Я разговариваю с частным детективом Татьяной Ивановой, так ведь?

– Да, так, – скромно ответила я и взглянула на часы – назначенное мне время для сеанса талассотерапии уже подходило.

– Ну раз так, то вы должны немедленно подъехать ко мне в офис. И не вздумайте отказываться! Иначе я заявлю в милицию о том, что вы втянули мою дочь в сомнительное и опасное предприятие. Жду вас. – Баранова назвала адрес и отключилась, не дав мне ничего сказать в ответ.

Я положила мобильник в карман, открыла дверь в SPA-салон и тут же закрыла ее. До меня вдруг дошло, что дочка Барановой мне действительно знакома и она могла, по причине собственной дурости, попасть в какую-нибудь криминальную историю. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я спешным шагом пошла к своей «девятке». Открыв дверцу машины, я с грустью оглянулась на салон, а потом села за руль и поехала на встречу с Кирой Леонидовной. Нет, эта дамочка меня не напугала своими угрозами, но внести ясность в ситуацию было просто необходимо, причем чем скорее, тем лучше. Какая уж здесь талассотерапия!

Примерно неделю назад мне позвонила девушка и жалобным голоском стала умолять о встрече. Я тогда была уже занята одним расследованием и попросила ее подождать несколько дней. Она расплакалась и между всхлипываниями доверительно сообщила мне о том, что ее судьба висит на волоске и что только я могу ей помочь. Жалость – одно из самых скверных качеств частного детектива. Моя практика уже не раз это доказывала, но я, к своему стыду, так расчувствовалась, что выкроила в своем плотном графике время для встречи с той незнакомкой.

Мы встретились с ней через полчаса в скверике, недалеко от моего дома. На вид девушке было лет двадцать, не больше. Светло-рыженькая, с маленькими зелеными глазками на веснушчатом лице, она сразу показалась мне какой-то незащищенной и патологически наивной.

– Тебя как зовут? – мягко спросила я, подсаживаясь к ней на скамейку.

– Маша, – ответила она, теребя руками яркую пляжную сумку.

Точно такую я видела в дорогом бутике и даже хотела ее купить, но почему-то не решилась. Сарафан и сабо тоже были приобретены явно не на рынке.

– Слушаю тебя внимательно, Маша, – сказала я, отметив про себя, что эта девушка пусть и не слишком красива от природы, зато не лишена вкуса. И не по возрасту состоятельная. Это меня устраивало, я решила ее выслушать. – Что у тебя случилось?

– Я в этом году закончила журфак университета, – сказала девушка, шмыгнув носом, – но у меня возникли проблемы с трудоустройством. Дело в том, что я хочу найти работу самостоятельно, без помощи родителей, для меня это очень-очень важно. Я бы даже сказала, принципиально.

– Маша, ты разговариваешь с частным детективом, а не с агентом кадровой службы. Ты ничего не перепутала? – на всякий случай поинтересовалась я.

– Нет, Татьяна Александровна, я ничего не перепутала. Вы сейчас все поймете. Я практически нашла работу, и именно ту, о которой мечтала, но проблема в испытательном сроке, – девушка снова вздохнула.

– Тебе предложили интим? – прямо спросила я, чем ввела Марию в краску.

– Нет, что вы! – отмахнулась она. – Испытательный срок, можно сказать, по специальности, но мне его ни за что не пройти.

Девушка не стала сразу же вдаваться в подробности, замолчала и посмотрела на меня так жалобно, будто я была представителем последней инстанции, способной ей помочь. Откровенно говоря, я с ходу не могла понять, какая именно помощь от меня требуется. Признаюсь, моя голова была занята текущим расследованием, которым я занималась уже несколько дней. Возможно, поэтому быстро въехать в новую ситуацию не удалось.

– Маша, а зачем тебе эта работа, если испытательный срок тебя заранее пугает? И вообще при чем здесь я? Может, поискать что-нибудь другое? – спросила я, закуривая.

– Сейчас я вам все объясню. Через два месяца уходит в декрет журналистка, которая освещает в одной газете вопросы культуры и искусства. Это именно тот сектор, о котором я и мечтала. Понимаете – интервью со звездами шоу-бизнеса, присутствие на богемных тусовках, – Маша даже оживилась.

– Понимаю, – ответила я, хотя ни черта не понимала.

– Но все это будет потом, а пока мне надо показать себя на криминальной хронике. – Машуля уставилась на меня жалобным взглядом и пролепетала: – Я не смогу об этом писать. Криминал – это не мое. Тут недостаточно владеть словом, надо иметь детективные навыки. Понимаете?

– Понимаю, – снова сказала я, слегка усмехнувшись. – Выходит, не судьба тебе, Маша, работать именно в этой газете. Поищи что-нибудь другое. Здесь за углом есть редакция газеты «Сад & огород», там точно о преступлениях писать не придется, разве только о каких-нибудь злостных жуках-вредителях...

– Нет, вы не понимаете, я хочу писать об искусстве, а не о жуках-вредителях! Как вы вообще могли мне такое предложить?! – возмутилась девушка. – Татьяна Александровна, помогите! Вы же самый известный в городе частный детектив!

Лесть на меня подействовала, и я спросила вполне доброжелательно: