Тайна Животворящего Креста - Михаил Палев

– Это тебе спасибо, что взялся помочь, – ответил Тавров и с нетерпением добавил: – Давай закончим расшаркиваться и перейдем к делу. Что удалось обнаружить?

– По номеру пистолета я выяснил его историю. Выпускалась незадолго до Великой Отечественной войны небольшая серия пистолетов «ТТ» по заказу НКВД. Отличалась она использованием более совершенных материалов и производилась на новом оборудовании, что гарантировало высокую точность изготовления. Пистолеты предназначались для специальных подразделений НКВД. Я уже рассказывал вам об особенностях этих пистолетов, так что не буду повторяться. По номеру пистолета мне удалось выснить, что он был изготовлен в конце сорок первого года и в начале сорок второго года передан на вооружение разведывательно-диверсионной группы под командованием старшего лейтенанта НКВД Гущина. Для сведения: звание старшего лейтенанта госбезопасности в то время соответствовало армейскому майору.

– И куда впоследствии делся этот пистолет? – спросил я.

– Вот это загадка. Это мне выяснить не удалось, – признался Анкудинов.

– То есть группа Гущина погибла?

– Нет. Группа Гущина пополнялась за счет патриотов из гражданского населения, беглых военнопленных, бойцов других партизанских отрядов и в итоге разрослась в большой партизанский отряд. Сам Гущин благополучно дожил до Победы и умер в восемьдесят втором году генерал-майором в отставке. Вот тогда я и услышал впервые о генерале Гущине. Я в восемьдесят втором только начинал службу. И вот однажды в отделение милиции пришла старушка «божий одуванчик» и принесла в обычной продуктовой сумке четыре пистолета разных марок. Более того, ошеломленному дежурному старушка сообщила, что все это оружейное имущество осталось ей после смерти мужа и дома лежат еще четыре пистолета, которые она не принесла, поскольку не может таскать такую тяжесть в силу преклонного возраста и слабого здоровья. На дом к старушке отправили наряд, который в ящике письменного стола обнаружил еще четыре пистолета. Видимо, генерал Гущин питал страсть к оружию и хранил опасную коллекцию до самой своей смерти. Три пистолета из восьми оказались его личным наградным оружием, происхождение остальных неизвестно: все, кроме одного, иностранного производства, видимо трофеи. А вот один из них оказался револьвером «наган» отечественного производства с глушителем «брамит». И он, так же как и «ТТ» с глушителем, был выдан сташему лейтенанту госбезопасности Гущину перед отправкой вместе с группой в тыл врага.

– А что же вы тогда не заинтересовались судьбой «ТТ»? – спросил я.

– Тогда следовало поинтересоваться заодно судьбой двенадцати пистолетов-пулеметов «ППШ» и еще кучи другого вооружения, которое было выдано группе перед заброской, – объяснил Анкудинов. – Возможно, что пистолет «ТТ» был утрачен в ходе боевых действий. Ведь оружие с глушителем предназначалось для сугубо специфических целей: скажем, ночью связной идет с конспиративной квартиры подпольщиков обратно в отряд и натыкается на немецкий патруль. Вот тут пистолет с глушителем позволит быстро и без шума решить проблему. А в бою глушитель на пистолете скорее помеха, чем нужная вещь. Так что не исключено, что командир партизанского отряда Гущин вообще не прикасался к этим пистолетам. Забрали мы у старушки семь пистолетов и револьвер, на том и распрощались.

– Как же пистолет «ТТ» мог попасть к грабителю?

– Я узнал, что вдова генерала Гущина умерла в восемьдесят девятом году. Ее единственная дочь умерла от рака годом раньше. Квартиру и все имущество унаследовала внучка, которая продала квартиру в девяносто третьем году и убыла на постоянное место жительства к мужу в Германию. Возможно, что при распродаже имущества она нашла затерявшийся пистолет и продала его по случаю: в то время многие люди уже не так уважали закон, как в советской империи. Что поделаешь: тотальная деморализация населения в девяностые годы сделала свое дело.

– То есть как попал пистолет к грабителю, мы так и не узнаем, – разочарованно резюмировал я.

– Есть одна зацепка. Похоже, что этот самый грабитель, может, и разбирался в огнестрельном оружии, но ничего не понимал в глушителях. Дело в том, что данный глушитель в принципе не мог заглушить звук выстрела.

– То есть?! – почти одновременно воскликнули мы с Тавровым.

– Шумность выстрела зависит от нескольких факторов, – принялся объяснять Анкудинов. – В общем случае это хлопок при выходе пороховых газов из ствола и звук от срабатывающих при выстреле и после него деталей оружия. В ряде случаев сюда добавляется прорыв газов в зазоры между пулей, патроном и стволом – так называемая «обтюрация». Скажем, у большинства револьверов всегда имеет место прорыв газов между рамой, стволом и торцом барабана. У мощных револьверов энергия прорывающихся газов такова, что может до кости ободрать неудачно подставленный палец. В случае с револьвером «наган» такой прорыв в принципе исключен: перед выстрелом барабан выдвигается вперед, и гильза с утопленной в ней пулей примерно на два миллиметрв входит в ствол, где давление газов раправляет кончик гильзы и закрывает щель. Поэтому при выстреле из «нагана» с глушителем слышен только щелчок курка по ударнику.

– Это понятно, – кивнул я. – У автоматических пистолетов, кроме этого, слышен звук отходящего назад затвора, выброса гильзы и возвращающегося назад затвора.

– Совершенно верно, – согласился Анкудинов. – А для «ТТ» добавьте еще один немаловажный источник шума: звук ударной волны. Дело в том, что пуля пистолета «ТТ» выходит из ствола со сверхзвуковой скоростью, и получается хлопок, как при полете самолета, преодолевающего звуковой барьер. Такая проблема может быть решена заменой патрона на менее мощный, с пороховым зарядом, не способным разогнать пулю до сверхзвуковой скорости. В глушителях такой хлопок можно заглушить расширительной камерой, расположенной между шумоподавляющими перегородками и срезом ствола. Но это все теория. Давайте перейдем к тому, что мы имеем.

Анкудинов отхлебнул кофе из чашки и принялся перечислять:

– Во-первых, в обойме переданного мне пистолета «ТТ» находилось семь патронов, и все они с обычным вышибным зарядом – то есть пули при выстреле должны выходить из ствола со сверхзвуковой скоростью и давать резкий хлопок. Во-вторых, пистолет тщательно смазан и вычищен, но при внимательном изучении ясно, что из него давно не стреляли. В-третьих, в глушителе «брамит» глушение выстрела обеспечивают резиновые шайбы-перегородки с крестообразным разрезом, через который проходит пуля. Так вот, эти шайбы следует периодически заменять, даже если глушитель не используется для стрельбы.

– Старение резины? – догадался я.

– Так точно! – подтвердил Анкудинов. – Резина с течением времени теряет эластичность, разрушается. Так вот, похоже, что резиновые шайбы в глушителе не меняли уже лет пятьдесят, поскольку они разрушаются даже от прикосновения. При первом же выстреле пуля и пороховые газы превратили бы резину в пыль, так что ни о каком глушении выстрела не может быть и речи. Глушитель в данном случае абсолютно бесполезен: разве что при стрельбе в темноте сыграет роль пламегасителя и не позволит стрелку временно ослепнуть от вспышки выстрела собственного пистолета. Таскать этот «ТТ» с привинченным к стволу глушителем просто бессмысленно: и без того длинный ствол с нацепленным глушителем исключает его ношение в кармане одежды и уж тем более его быстрое извлечение. Отсюда я и делаю вывод: грабитель получил пистолет с глушителем непосредственно перед выходом на «дело». Возможно, он проверил работу механики пистолета, но отстрелять его точно не успел. А если бы он имел хоть отдаленное представление о принципах работы глушителя «брамит», то он обязательно проверил бы состояние резиновых шайб.