Коралловый браслет - Анна Малышева

– Тебя бы так! – выпалила Анжела и тут же прижала к губам перебинтованный кулак, глядя на Машу полными слез и отчаяния глазами: – Прости, сама не знаю, что плету! Андрей был в ярости, сразу стал орать, что ничего другого и не ждал, что я просто пропила браслет с дружками, а теперь разыгрываю дешевую инсценировку!

– Зойкино воспитание! – в сердцах выговорила Маша. – Раньше он таким не был! Да разве ты пришла бы тогда возвращать браслет?! Неужели он не видел его?!

– Говорит, не обратил внимания!

– И не слышал, как вы под дверью дрались?!

– Да я не кричала! Вот дура, ну, не дура?! – Анжела выхватила у хозяйки стакан с нагревшейся водкой и в два приема, судорожно морщась, опустошила его. – Как теперь докажешь, что не сама себя ободрала?!

– Сама себя, вот так, из-за какой-то побрякушки? – усмехнулась Маша, снимая с подставки вскипевший чайник и насыпая в две кружки растворимый кофе. Секунду подумав, она поставила еще одну кружку. «Илья застрял там с мужиками, но сейчас придет… Там тихо, будто никого нет. Как он скрутил Ваську! А тот сильный, жилистый, не какой-нибудь трясущийся алкаш, бывший десантник!» Протянув кружку подруге, она примирительно заметила: – Кто этому поверит? Твой муж, если бы захотел, дарил бы тебе такие штучки каждый месяц. Незачем себя уродовать! Ты на такие руки ничего, кроме бинтов, еще долго не примеришь!

– Ты сама ему все это скажи, – жалобно попросила Анжела. – Со мной он говорить больше не будет, и у меня нет желания… Господи, он Ваське про меня такое сказал! Тот как раз в подъезд вошел, когда мы ругались, и твой братец ему прямо с порога бахнул, что я сплю со всей окрестной шпаной! Нарочно не придумаешь. Васька же сам меня в этом подозревает! А еще…

– Пойду взгляну на них, – перебила Маша, которую начинало тревожить затишье на площадке.

По ее мнению, после таких любезностей мужчины не должны были так быстро успокоиться. Но, когда она отворила входную дверь и выглянула, ее изумление только возросло. На площадке уже горел свет – заново вкрученная лампочка светила так ярко, что были видны даже капли крови на затоптанном плиточном полу. Дверь в квартиру Анжелы была закрыта. Ни Василия, ни Андрея не было, а Илья стоял возле счетчика, разглядывал медленно крутящиеся диски и курил с таким безмятежным видом, будто это зрелище производило на него медитативный эффект.

– А где…

– Вася дома, ужинает с детьми, приглашал меня, но я не пошел, – не отрывая взгляда от счетчика, ответил Илья. – А твой брат поехал к невесте. Поздно уже.

– А почему же… – только и выдавила из себя потрясенная девушка.

– Я подумал, у вас будет много взаимных претензий, и уговорил его уйти.

– Ну, тогда… Пойдем выпьем кофе, – растерянно пригласила Маша. – Ты меня поражаешь!

– А уж как ты меня поражаешь! – признался Илья, аккуратно пристраивая окурок в старую жестянку, прикрученную к перилам специально для этих целей. – Я рассчитывал совсем на другой вечер, а тут разбитые окна, грабежи, семейные сцены….

– Обычно у нас тихо, – неловко ответила девушка, впуская Илью в квартиру и запирая дверь.

– Так я тебе и поверил! – с дружелюбной насмешкой бросил он.

Войдя в кухню, он немедленно посочувствовал Анжеле, курившей с самым трагическим видом, неловко сжимая сигарету в трясущихся перебинтованных пальцах:

– Болит? По-настоящему больно первые пару часов, потом станет легче. Давай в больницу съездим, тебя хоть обколют, ночью выспишься!

– Спасибо, – мрачно ответила та. Анжелу настолько терзали собственные страхи и проблемы, что она впервые на Машиной памяти не проявила никакого интереса к новому мужчине, к тому же симпатичному. – Сама решу.

– Он тебе что-нибудь сказал, тот товарищ? – Илья, по всей видимости, не обратил внимания на неприветливый тон молодой женщины, упорно продолжая говорить ей «ты». Взяв кружку, он пристроился на краешке кухонного стола, игнорируя свободную табуретку. – Вроде «отдай, снимай!» Голос его слышала?

– Черта с два! – бросила Анжела. – Мы оба молчали. Он – ладно, но я-то чего ждала, дура?! Растерялась… Маш, ты меня простишь когда-нибудь?

– Да ты, по-моему, и не виновата, – вздохнула Маша, бросая удрученный взгляд в сторону окна. Сгоряча ей показалось, что в кухне сносная температура, но теперь стало зябко.

Анжела куталась в разорванный халат и всхлипывала, уже больше по инерции. Она обратила наконец внимание на незнакомца, который в упор ее рассматривал.

– А вы Машин знакомый? – осведомилась она, подавшись вперед и придерживая ворот халата, так и норовивший соскользнуть на плечо. – Как хорошо, что вы пришли! Они бы подрались, эти несчастные петухи! Васька никогда бы ему не простил… Как вы его успокоили?

– Чепуха, – уклончиво улыбнулся мужчина. – Ребята сами поняли, что не правы. Извинились друг перед другом и пошли по домам.

– Извини… – Анжела едва не поперхнулась горячим кофе и торопливо поставила кружку в сторону: – Мой извинился?!

– А что тут такого?

– Нет, уж это вы меня извините, не верю! – Молодая женщина тоже заулыбалась, кокетливо и недоверчиво. – Он таких слов не знает. Сразу в драку, как дурак, оттого и место работы каждые полгода меняет…

– А он ведь электрик? – уточнил Илья, допив кофе и принимаясь рыться в карманах кожаной куртки. Достав небольшой сверток, он кивнул Маше на приготовленное стекло: – Кстати, мне Вася замазки подкинул, давай я тебе быстренько застеклю. Не спать же так, будто на улице!

Маша принялась помогать, решив про себя ничему больше не удивляться. Илья справился быстро, произнеся при этом несколько добрых слов в адрес Андрея, точно снявшего мерку для стекла. Окончательно заинтригованная Анжела не сводила с него глаз, а когда Илья спрыгнул с подоконника, взмахнула забинтованными руками:

– Наконец в этом доме появился мужчина!

– Какие пустяки! – скромно ответил тот, но в его глазах загорелись уже знакомые Маше лукавые искорки. – А кстати, о мужчинах… он был один, тот, кто на тебя напал?

– Один, – тут же помрачнев, ответила Анжела. – Слава Богу!

– Нож приставлял? Другое оружие?

– Да не было ничего! Он мне руки ломал и об стену бил, когда браслет сдирал!

– А лампочки у вас в подъезде часто воруют?

– Часто! – вмешалась Маша, отмывавшая руки от замазки над раковиной, полной посуды. Она досадовала на себя за то, что с утра не привела кухню в порядок, и теперь Илья увидел ее в самом невыгодном свете. «Что он обо мне думает? Что я какая-то бродяжка? Битые стекла, грязные тарелки…» – Причем, так деликатно воруют. Новую выкручивают, перегоревшую вкручивают. Я даже знаю, кто это. Бабушка с пятого этажа.

– На этот раз там вообще лампочки не было, – сообщил Илья. – Так что это явно не бабушка постаралась. Меня вот что интересует, Анжела! – Внезапно он заговорил очень ласковым тоном, звучащим несколько ненатурально. – Тот мужчина сразу кинулся сдирать браслет?