Загляни ей в глаза - Михаил Март

— Значит, Сеня привез камни?

— Выбросил. Что за вопрос! Камни нам без надобности, нужны наличные. Девчонку тоже уберешь. Вывези ее подальше, она много знает.

— Веди ее сюда.

— Не торопись, зачем ее пугать. Убери труп Матвея в багажник.

— Жалостливая! Только я тебя не пожалею, если вздумаешь меня наколоть.

Они вытащили труп Журова и впихнули его в багажник.

— А теперь веди девчонку.

Лидия ушла в дом. Роман вынул пистолет и положил его под водительское сиденье. Хозяйка вернулась с девочкой.

— Вот, Катюша, этот капитан отвезет тебя домой. Утром в новостях показывали твою фотографию, и я позвонила в милицию. Теперь все будет хорошо.

Она поцеловала девочку в лобик и посадила ее на переднее сиденье машины. Когда «десятка» отъехала, Лидия еще долго махала рукой вслед.

— Меломанка? — спросил Роман, кивая на плеер, висящий на шее девочки.

— Мамин подарок. Она умерла.

— Неприятная история. С отцом-то все в порядке?

— В порядке. Хочет приобрести для меня новую маму. Немногим старше меня.

— Что же тут плохого?

— Она из-за денег за него идет. Он держит все строительные подряды в своих руках.

— Ах, вот о ком идет речь! Это меняет дело. Вчера в него тоже стреляли в ювелирном салоне, но телохранитель закрыл его грудью.

— Гриша? — вскрикнула девочка.

— Кажется, он не сильно пострадал. Я был на месте происшествия. Ювелирный салон пытались ограбить.

— Я знаю, кто это сделал. Украли бриллианты?

— Да. Но они застрахованы.

— Отвезите меня к Грише, он же пострадавший. Я знаю, кто в него стрелял.

— Отвезу. Но сначала нам надо заехать в одно место, забрать заявление. Заодно куплю себе продуктов. Ты не против?

— Если надо, значит, надо.

— А как зовут подружку отца?

— Алина.

— Я ее помню. Мы ее еще не допрашивали. Где ее теперь искать?

— Если не у отца, то дома. Она живет на Цветном бульваре.

— Точный адрес помнишь?

— Конечно.

Машина свернула с шоссе на проселочную дорогу.

8.

Оставшийся в живых старший охранник Гера жил в прекрасной квартире в центре города. Мебель, не считая широченной кровати, отсутствовала. Остальную площадь занимали тренажеры, стены были увешены зеркалами. Гера все свободное время занимался накачкой мышц и обожал разглядывать свой мощный торс в зеркале. Звонок в дверь заставил его отвлечься от привычного занятия. Он накинул на себя шелковый китайский халат с драконами на спине и отправился открывать дверь.

На пороге стояла Алина. Порывистой походкой, цокая каблуками-шпильками по паркету, девушка ворвалась в комнату. Гера следом. Алина развернулась и влепила ему пощечину.

— Дебил! Всю игру мне испортил! Полгода билась, и все труды кошке под хвост.

— Успокойся, дорогая. Где твоя невозмутимая выдержка? Я ни в чем не виноват. — Он ощупал свою щеку.

Алина скинула пальто и бросила на пол. Гера тут же его поднял.

— Тогда кто виноват?

— Сядь и успокойся. Ты быстро забыла, кто тебе устроил случайную встречу с хозяином. Лихо ты скрутила его в бараний рог. Хватит искрить, тут думать надо.

— Чем ты думать собираешься? Мозги гирями не накачаешь.

— По части мозгов ты у нас специалист. Мы неплохо дополняем друг друга. Сейчас выскочили на незапланированный перекресток и столкнулись с неведомым противником. Нам не повезло, сами виноваты. Кто-то шустрит в том же направлении у нас за спиной. Сработала теория невероятности.

Алина долго молчала, глядя в окно. Потом тихо произнесла:

— Налей мне выпить и лезь в постель. Больше ты ни на что не способен.

9.

Тихий пустынный берег реки. Вдоль него пожелтевший лес. Возле полусгнившего причала — ржавые суда. Буксиры, баржи и прочий металлолом, брошенный на произвол судьбы. В одной из кают с решетками на иллюминаторе стояла солдатская койка, на ней сидела Катя и плакала. По полу и по столу, где лежали продукты, бегали крысы. Накренившаяся набок баржа начерпала воды, и в одной части каюты образовались ржавые вонючие лужи. Девочка с ужасом смотрела на все это, поджав под себя ноги. Стальная дверь была заперта. Другого выхода здесь не имелось.

Роман тем временем возвращался в город один. Криво усмехаясь, он мчался по осеннему шоссе на своей «десятке». Все милицейские наклейки с машины исчезли.

Длинный считал себя неглупым человеком, которому всегда везло. Он верил, что и на этот раз повезет.