Голоса ночи - Анна Малышева

– Что такое?!

– Валерьян знал?! Сволочь! Мерзавец! Они подставили меня, обманули!

В трубке послышались рыдания. Настя оцепенела. Такая реакция ее потрясла. Конечно, радоваться было нечему, но стоило ли так огорчаться? Она даже сомневалась, звонить ли Марии, – она не думала, что встретит теплый прием, а тем более доверие.

– Что с тобой? – выговорила она. – Что случилось? Валерьян говорит…

– Он негодяй! А ты молчала! Когда надо – молчишь, а когда не просят – суешься!

– Постой! Что произошло?

В трубке раздались затихающие всхлипывания, а потом слабый голос:

– Я не понимаю. Я сейчас одна, он уехал на несколько дней. Мобильный телефон не отвечает. В квартире… В этой проклятой квартире, которую он называл своей, никого нет. Но она принадлежала Чистяковым! Думаю, Чистяков уехал с ним.

Настя чуть не выронила трубку:

– Кто? Чистяков?

– Это была его квартира! Он все мне врал! Если бы ты поехала тогда со мной посмотреть на нее, ты бы все обнаружила! Но ты не хотела! Ты напилась в ресторане и еще строила глазки Борису!

Девушка взглянула на Антона и чуть качнула головой, показывая, что дело плохо. Парень давно уже это понял. Он прислушивался к разговору, совершенно забыв о пельменях, которые медленно разваривались в мутной кипящей воде.

– И что мне теперь делать? Квартира моя заложена, у него ни черта не оказалось, и что там за бизнес у него такой? Тоже не знаю. Зато Валерьян знал все!

– Послушай, не пори горячку, – Настя была совершенно сбита с толку. – Валерьян говорит, твой муж всегда прежде расплачивался. Ну, и на этот раз… Ничего, обойдется!

– Мне плохо! – И снова послышались всхлипы. – Я сейчас напьюсь!

– Антоша, – Настя обернулась к парню. – Ты не мог бы меня туда закинуть? Мне что-то страшно за нее. Она совершенно не в себе.

– Значит, ужина не будет?.. – Он грустно обернулся к кастрюле. – Да, все равно разварилось. Ладно, отвезу. А ты уверена, что она тебя пустит?

Выяснилось, что Мария впустит в квартиру всех, кто пожелает ее утешить. Женщина в самом деле была вне себя и нуждалась в дружеском участии.

– Не нравится мне все это, – сказал Антон, когда они уже почти подъехали в дому Марии. Он воспользовался служебной машиной, та как никогда пришлась кстати.

– А мне еще больше не нравится, – Настя смотрела прямо перед собой и хмурилась. – Вроде пока все смахивает на простое втирание очков, но… Ради чего, в самом деле? И потом… Ты знаешь, что случилось с Чистяковой.

* * *

Женщина не выглядела слишком угнетенной, и Антон про себя решил, что в их приезде не было большой необходимости. Тем более ему не пришлось принимать участия в дружеских излияниях подруг. Настя все пыталась оправдаться. Мария жаловалась. Пес, которого тоже захватили с собой, угрюмо устроился в прихожей на ящике для обуви: он почему-то всегда любил лечь повыше, как будто пытался соответствовать своему кошачьему прозвищу.

– Как это понимать? – удивлялась Мария.

– Давай позвоним Валерьяну? – предлагала Настя.

– Ему?! Сволочь он.

– Да ты уже успела выпить… – Девушка внимательно всмотрелась в ее припухшее от слез лицо.

Та призналась, что действительно сбегала за водкой. На этот раз она решила выбрать самый радикальный напиток.

– Не стоит пить, – уговаривала ее Настя. – Ты без этого стала так хорошо выглядеть. Лучше подумаем, что случилось! Борис выдал чужую квартиру за свою. Сам он не только не владел ею, но даже не был там прописан – так? Известно пока немного…

– Известно, что он сволочь!

– Кто?

– Валерьян! – решительно уточнила Мария. – Знал и молчал. Значит, и дача не Борина. Боже ты мой… К чему был весь этот маскарад?

– А ты не думаешь, что все это было для… – начала было Настя, но замолчала. Ей хотелось сказать, что Борис изначально пускал пыль в глаза невесте, для того чтобы та согласилась рискнуть своей недвижимостью, не видя в этом ничего страшного. Но как быть со словами начальника? Тот говорил, что Борис всегда платил по счетам.

– Он связан с Чистяковым, – Мария опорожнила еще одну стопку. Настя поморщилась, как будто пила именно она. На кухне, где Антон скучал за чашкой кофе, было тихо. Из прихожей донесся сонный всхлип собаки. В последнее время Владик спал всегда очень нервно, Насте порою казалось, что пес плачет во сне. О чем? Если бы он мог сказать…

– Я желаю знать, почему они оба мне лгали.

Настя упорно умалчивала о своей версии. Про себя она успела выстроить схему. Борис – любовник Юлии. Наверняка знал отца, хотя тот отрицает знакомство. Потом… Неизвестно, каким образом, старик согласился разыграть роль привратника. За деньги? Может быть. Но он должен был ненавидеть типа, из-за которого его дочь покончила с собой. А он с ним сотрудничал. Круг замыкался. Ответа не было.

– Завтра я пойду к следователю и выложу ему все, – сказала она. – Тянуть нельзя. Мне все это не нравится.

Мария запрокинула голову и опорожнила очередную стопку. Она пила, не закусывая, не запивая водку даже водой, пила с каким-то истеричным бешенством, будто пыталась таким образом выдавить из себя боль. И вдруг ее глаза остекленели. Она подалась вперед.

– Слушай. Я видела ее. Два года назад. У… – ее голос угрожающе пресекся. Насте показалось, что та сейчас потеряет сознание, но этого не случилось. – У кафе.

Два года назад Мария, сильно под хмельком, – тогда она разошлась всерьез, шла к кафе. Когда она переходила улицу, ее внезапно подрезала синяя новенькая машина. Оттуда вышла женщина, с ледяным лицом выволокла за ошейник упирающуюся собаку и швырнула ее на асфальт. Именно швырнула, как мокрую тряпку. Мария стояла неподвижно, наблюдая сцену, и у нее в душе укреплялось давнее презрение к собакам. Что за твари! Они даже оказать сопротивление не умеют.

– Вот как, – воскликнула Настя. – Так ты видела момент, когда Котик… То есть Владик… Попал в кафе? Ведь это было как раз два года назад.

Мария подняла пустые глаза:

– Мне все равно, когда это было. Машина – его.

– Его?

– Бориса. Два года назад. Они были вместе. А говорил, что знакомы несколько месяцев? – Она вцепилась в волосы и обернулась к Насте с непередаваемым выражением лица. Казалось, что она видит перед собой привидение: – Что же это такое?

Марию с трудом удалось уложить. Для этого пришлось споить ей остатки водки. Антон помогал с непроницаемым лицом. Когда женщина, вдребезги пьяная, затихла, девушка увела друга на кухню:

– Происходит что-то ужасное. Все – вранье. Я хочу уволиться. Этот Валерьян из их же компании, а мне совсем не хотелось бы туда попасть!

– Давно говорил, зачем тебе работать? Сам буду тебя содержать.