Мельницы богов - Сидни Шелдон

– Какой-то шутник. Сказал, что маме звонят из Белого дома.

– Из Белого дома? – переспросил Эдвард.

Снова зазвонил телефон.

– Я отвечу. – Мэри встала и подошла к телефону. – Алло. – По мере того, как она слушала, лицо у нее становилось все серьезней. – Мы сейчас ужинаем, и я думаю, что это совсем не смешно. Вы можете… Что? Президент? – В комнате внезапно воцарилась тишина. – Подождите, я… Добрый вечер, господин президент. – На ее лице появилось удивление. Вся семья смотрела на нее широко открытыми глазами. – Да, сэр, конечно. Я узнала ваш голос. Я… Извините, что повесили трубку. Бет думала, что это звонит Вирджил… Да, сэр. Спасибо. – Она молча слушала. – Кем, вы сказали, хотите меня назначить? – Ее лицо залила краска.

Эдвард встал и подошел к телефону. Дети тоже встали рядом.

– Это, наверно, ошибка, господин президент. Меня зовут Мэри Эшли. Я преподаватель Канзасского университета и… Вы читали? Спасибо, сэр. Очень любезно с вашей стороны. Да, я вам верю. Конечно, но ведь это не значит, что я… Да, сэр. Конечно, я польщена. Это действительно прекрасная возможность, но… Хорошо. Я поговорю с мужем и позвоню вам. – Она записала номер на листке бумаги. – Спасибо, господин президент. До свидания.

Она медленно положила трубку и стояла не в силах пошевелиться.

– Объясни, ради Бога, что происходит, – потребовал Эдвард.

– Это действительно был президент? – спросил Тим.

Мэри устало опустилась на стул.

– Действительно.

Эдвард взял ее за руку.

– Мэри, что он тебе сказал? Что он хотел?

Мэри сидела, думая: «Так вот зачем понадобились эти расспросы».

Она посмотрела на Эдварда и медленно сказала:

– Президент читал мою книгу и статью в журнале. Он сказал, что они ему очень понравились. Он сказал, что они полностью отвечают его программе «народной дипломатии». Он хочет назначить меня послом в Румынию.

– Тебя? Почему? – недоверчиво спросил Эдвард.

Мэри и сама задавала себе подобный вопрос, но ей хотелось, чтобы Эдвард спросил об этом в более тактичной форме. Ведь он мог сказать: «Как прекрасно! Ты будешь замечательным послом!» Но он был реалистом. «А действительно, почему меня?»

– Ведь у тебя нет никакого опыта.

– Я и сама не знаю, – колко сказала она. – Действительно, все это просто смешно.

– Ты будешь послом? – спросил Тим. – Мы поедем в Рим?

– В Румынию.

– А где Румыния?

Эдвард повернулся к детям.

– Быстро заканчивайте ужин. Нам с мамой надо поговорить.

– Мы что, не будем принимать участия в голосовании?

– У вас совещательный голос.

Эдвард взял Мэри за руку и повел в библиотеку. Он повернулся к ней и сказал:

– Извини, я вел себя, как осел. Все это так…

– Ничего. Ты абсолютно прав, Эдвард. Но почему выбрали меня?

Если Мэри назвала его Эдвард, значит она была раздосадована.

– Дорогая, я уверен, что ты станешь великим послом. Но ведь все это так неожиданно.

– Я никак не могу в это поверить, – мягко сказала она и рассмеялась. – Флоренс умрет, когда я ей все расскажу.

Эдвард внимательно смотрел на нее. – Тебя это действительно радует? Она удивленно посмотрела на него. – Конечно. А ты сам не обрадовался бы?

– Это большая честь. – Эдвард тщательно подбирал слова. – Я думаю, у них есть веские основания предлагать тебе такой пост. Он колебался. – Надо все хорошенько обдумать, как нам дальше быть.

Она уже знала, что он скажет, и подумала: «Эдвард прав. Конечно, он прав».

– Я не могу бросить свою врачебную практику и своих больных. Мне придется остаться здесь. Не знаю, на какой срок тебе придется уехать, но, если это действительно так важно для тебя, дети могут отправиться с тобой, а я буду прилетать к тебе иногда…

– Ты с ума сошел, – ласково сказала Мэри. – Неужели ты думаешь, что я смогу жить без тебя?

– Ну, это такая большая честь поехать…

– Быть твоей женой тоже большая честь. Самое дорогое, что у меня есть, – это ты и дети. Я никогда не оставлю тебя. В этом городе другого такого врача не будет, а правительство сможет легко найти гораздо лучшего посла, чем я.

Он обнял ее.

– Ты уверена?

– Вполне. Мне достаточно лестно, что меня попросили. Этого вполне…

Дверь распахнулась, и в комнату ворвались дети.

Бет сказала:

– Я только что позвонила Вирджилу и сказала, что ты будешь послом.

– Тогда позвони ему и скажи, что не буду.

– Почему? – спросила Бет.

– Ваша мама решила, что останется здесь.

– Почему? Я ведь никогда не была в Румынии. Я вообще нигде не была, обиженно сказала Бет.

– Я тоже, – сказал Тим. Он повернулся к Бет. – Я же говорил тебе, что из этого города нам не вырваться.

– Вопрос решен, – объявила Мэри детям.

* * *

На следующий день Мэри позвонила по телефону, который ей дал президент. Когда на том конце провода ответили, Мэри сказала:

– Это звонит Мэри Эшли. Я хочу поговорить с помощником президента… мистером Грином.

– Минутку, пожалуйста.

Мужской голос ей ответил: – Слушаю вас, миссис Эшли. – Можете передать господину президенту мои слова?

– Конечно.

– Скажите ему, что я очень, очень тронута его предложением, но мой муж в силу своих профессиональных обязанностей не сможет поехать со мной. Боюсь, что мне придется отказаться. Надеюсь, господин президент поймет меня.

– Я передам ему ваши слова, – ответил голос. – Спасибо, миссис Эшли. – В трубке раздались гудки отбоя.

Мэри медленно опустила трубку. Дело было сделано. На короткое время ей подарили мечту. Да, это была только мечта, и больше ничего. «А это мой реальный мир. Лучше подготовлюсь к завтрашнему занятию по политологии».

* * *

Манама, Бахрейн Дом из белого камня ничем не выделялся среди десятков подобных домов, расположенных недалеко от рынка. Он принадлежал одному торговцу, поддерживающему дело организации, известной как «Патриоты свободы».

– Нам он будет нужен только на один день, – сказал ему голос по телефону.

Все было улажено. И теперь председатель обращался к сидящим за столом людям.

– У нас возникли проблемы, – сказал председатель. – Решение, которое мы приняли в прошлый раз, под угрозой срыва.

– Что произошло? – спросил Бальдр.