До потери пульса - Марина Серова

– Не остановится, но тем не менее мне пора возвращаться на свое рабочее место.

– Ну, тогда и я пойду в фотостудию.

Мы вышли из кафетерия. Кузьмин свернул налево, а я направо. У лифта скопилось много народа, а он застрял где-то наверху. Я начала подниматься по лестнице пешком. На самом деле работы в ателье у меня не было, поэтому я не спешила туда возвращаться, а принялась слоняться по этажам в надежде услышать что-нибудь полезное для своего расследования. Я заходила в дамские комнаты, топталась в местах, отведенных для курения, останавливалась около всех открытых дверей и впитывала все, о чем говорили сотрудники разных фирм, а также их посетители.

Конечно же, «офисный планктон» не проигнорировал утреннее происшествие в «Пальмире». Клерки шли на работу и, как губки, впитывали скупые рассказы и беглые реплики его очевидцев, а потом в течение дня собирались на этажах и обсуждали случившееся. Только ни одной дельной мысли, ни одного толкового предположения мне так и не удалось услышать. Работавшие в этом здании люди были так или иначе озабочены происходящим. Одни паниковали и были на грани смены места трудовой деятельности, другие находили все это прикольным, с интересом ждали нового чрезвычайного происшествия и даже делали ставки на то, где именно грянет гром в следующий раз. Многие склонялись к тому, что ЧП произойдет на последнем, шестом, этаже, но только лишь потому, что там до сих пор все было тихо. Я догадывалась, что статистика и теория вероятности здесь совсем ни при чем, что за всем стоит человеческий фактор и холодный расчет, но это пока что не давало мне ключей к расследованию.

Когда я поднялась на третий этаж, в конце коридора заметила нашего техника, Николая, он отирался около пожарного щита. Завидев меня, он опрометью бросился к лестнице и скрылся из вида. Наверное, испугался, что я уличу его в нарушении трудовой дисциплины. Все-таки я – менеджер по работе с персоналом!

Я вернулась в ателье. У входа мне вновь встретился Николай.

– Татьяна Александровна, вы только не подумайте, что мне делать нечего, – начал оправдываться он. – Я просто хотел сравнить, так ли у нас оборудован пожарный щит, как у других.

– Это правильно, – похвалила я его. – Ну, и к какому же выводу вы пришли?

– У нас все нормально, а вот этажом ниже огнетушитель уже просроченный.

– Безобразие!

– Еще какое.

– Мазуров! – окликнула техника какая-то швея. – Ты где шляешься? У нас втулка полетела.

– Уже иду. – Николай поклонился мне и поспешил в цех.

Я вошла в свой кабинет. Корзун встретила меня взглядом волчицы, готовой броситься на меня и загрызть.

– У вас что, баланс не сходится? – осведомилась я. – Сочувствую.

– С чего вы это взяли?! – опешила та.

– У вас это буквально на лице написано. Неужели я ошиблась?

Елена Федоровна поджала губы, а ведь наверняка она хотела высказать мне, что я вернулась с обеденного перерыва с очень большим опозданием.

Ближе к окончанию рабочего дня меня вызвала в свой кабинет Корнилова. Ее подруга все еще была там. Она наконец привела лицо в порядок и выглядела так, будто ничего страшного сегодня и не случилось.

– Татьяна Александровна, вот, я составила список, который вы у меня просили. – Наталья Петровна положила передо мною лист бумаги. – Присаживайтесь ко мне поближе, я прокомментирую свои записи.

Я придвинула свой стул к стулу Бережковской и склонилась над списком. В нем было двадцать четыре фамилии.

– Тут есть где разгуляться, – подумала я вслух.

– А вот я так не считаю, – возразила хозяйка «Пальмиры». – Конечно, список немаленький, только я никого не могу ни в чем заподозрить. Вот смотрите, это сотрудники моего салона. У них, конечно, была теоретическая возможность наполнить Танин пульверизатор какой-то едкой гадостью, но все они от нее же и пострадали. Вы же видели, что было с моими глазами?

– Видела, – подтвердила я.

– Поверьте мне, у остальных они слезились не меньше. Неужели вы думаете, что кто-то стал бы сознательно вредить не только чужому, но и своему здоровью? Еще неизвестно, чем все это закончится. По идее, мне надо бы сходить к офтальмологу.

– Чтобы остаться вне подозрений, можно немножко и пострадать, – заметила я. – Тут важно правильно рассчитать дозу.

– Нет, я в своих сотрудниках уверена, – настаивала на своем Бережковская. – Они на такое не способны!

– А как насчет клиентов? – осведомилась Корнилова. – Не подозрительно ли, что та женщина, которую твоя Таня собиралась стричь, совершенно не отреагировала на едкий газ?

– Я же говорила, что Трошкина утром выпила антигистаминный препарат. Он и нейтрализовал действие раздражителя слизистой оболочки глаз.

– Скажите, Наталья Петровна, эта женщина давно посещает ваш салон? – поинтересовалась я.

– Да, уже несколько лет. Трошкина – наша постоянная клиентка.

– И она всегда приходит по утрам? – уточнила я.

– По-разному, иногда она бывает утром, иногда в обеденный перерыв, а иногда и после работы. Трошкина в соседнем здании работает, каким-то начальником.

– Ну хорошо, а остальные клиенты: они тоже постоянные или кто-то пришел в «Пальмиру» впервые?

– Да, все они были у нас уже не раз. Вот этот, – Бережковская ткнула ноготком с французским маникюром в пункт номер восемнадцать, – хирургом в областной больнице работает. Я его там видела, когда приятельницу навещала. Это – кассирша похоронного агентства, эта дама тоже из наших, в смысле, она на шестом этаже мастером производственного обучения работает.

– На шестом? – переспросила я. – Знаете, я сегодня в коридоре подслушала один интересный прогноз. Некоторые считают, что следующее происшествие произойдет именно на последнем этаже.

– Это у нас в ателье вы такое услышали? – насторожилась Корнилова.

– Нет, этажом ниже, – и я передала им слово в слово подслушанный недавно разговор.

– Значит, люди делают прогнозы шутки ради? Какой цинизм! – возмутилась Бережковская. – Нашли развлечение в рабочее время!

– А знаете, Татьяна Александровна, в этом прогнозе что-то есть, – подала голос Корнилова. – Я сама удивляюсь тому, что там до сих пор все спокойно. На шестом этаже, в южном секторе, потолок в аварийном состоянии.

– Оля, да там ведь ни одной организации нет, если штукатурка с потолка вдруг и осыпется, то никто не пострадает, – высказала свое мнение Наталья Петровна. – Да и потом, кому там-то Кашинцева стала бы мстить? Наверху слабовидящие инвалиды плетут корзинки, для них Общество слепых помещение арендует. Еще там Совет ветеранов иногда по выходным собирается… В общем, в основном там сидят старики и инвалиды.

– Да, вряд ли Машке кто-то из них дорогу перешел. А если это все-таки не она? – вдруг усомнилась Ольга Николаевна. – Татьяна Александровна, вам удалось что-нибудь выяснить об этой девице?