Хищники - Алексей Макеев

– Его невиновность практически уже доказана, – сообщил Гуров им обоим сразу. – Следователь Друшмалло – ты такого помнишь? – признался, что болтается на крючке у Стефании Свербицкой. Завтра найдет основания для закрытия дела по оправдательным основаниям.

– Друшмалло? Помню. Кто только допустил этого клоуна к работе в прокуратуре? – хохотнул Стас.

– Да такие же клоуны. – Ответ Льва был преисполнен едким сарказмом. – Думаешь, их там мало? Как и в нашей системе, к сожалению. Завтра надо будет крутануть Свербицкую. Хочу выяснить реальные мотивы ее клеветы на мужа. И меркантильные моменты, наподобие жажды отжать квартиру, скорее всего, не самые главные.

– Ну да?! – В голосе Крячко звучали удивление и сомнение одновременно.

– Ты помнишь мошеннические «пирамиды», организованные в России «правосеками» для финансирования своих карателей, которые были раскрыты в этом году? Так вот, тут, на мой взгляд, может быть что-то наподобие. Кумир-то этой Вербицкой – знаешь кто? Бандера. Свидомитка она – еще та! Кроме того, у нее есть подручные, одного из которых видел Друшмалло. Завтра у нас он составит фоторобот. Чую, что-то тут очень и очень нечисто. Крупным криминалом тянет за версту.

Выслушав Гурова, Станислав уже совсем другим тоном протянул:

– Мда-а-а… Ситуация, однако! Надо сказать, Лева, ты и в самом деле сыскарь – о-го-го! Серьезно! Кто бы мог подумать, что тупая банальщина обернется такой вот джеймсбондианой?! Слушай… Может, и мне подпрячься? Я так понял, работы там теперь будет немало.

После этих слов Стаса слушавшая их диалог Мария беззвучно рассмеялась и покачала головой: во мужика разобрал азарт – уже сам на расследование напрашивается!

– Собственно говоря, этот вопрос завтра я и собирался поставить перед Петром, – совершенно серьезным голосом произнес Лев. – Ты лучше расскажи, как там у вас рыбалка? Много с Вольновым наловили?

– Лева! Ты будешь смеяться! Мы не рыбы, а гвоздей наловили. Колесами моего «мерина», – со скорбью в голосе известил Крячко. – Какой-то идиот, видимо, вез ящик гвоздей – то ли на коляске мотоцикла, то ли на грузовой с разбитым кузовом – и рассыпал их по дороге. А мы уже были на полпути к озерам. Глушь – полнейшая. Ну и все, три колеса сразу сели. Одно-то запаской я заменил, а вот еще два пришлось разбортировать и клеить. Блин, больше трех часов потеряли. Дальше ехали окольными путями. Ну а что за рыбалка после этого? Часок на берегу посидели, и домой. Я пару щук заблеснил, а Санька – судака и окуня, горбача такого хорошего взял. Какой был смысл там торчать, если все настроение под откос?..

…Утром, по пути на работу, Гуров специально сделал большой крюк и заехал в больницу. Ради этого он вышел из дому на час раньше. Уже на входе вахтер сообщил ему, что минувшей ночью на территории был какой-то «шухер» непонятного свойства. Поднявшись на второй этаж, Лев увидел у двери изолятора усталого, невыспавшегося прапорщика, который с нетерпением ожидал свою смену.

По словам охранника, где-то во втором часу ночи в изоляторе раздался какой-то непонятный щелчок. Выхватив оружие, он вбежал в помещение и увидел, как за окном мелькнула непонятная тень. Окно изолятора было открыто настежь. Прапорщик включил свет и, взглянув на муляж больного, укрытый одеялом, обнаружил, что тот прострелен, скорее всего, из пистолета с глушителем. Он тут же вызвал опергруппу из своего райотдела.

– А что говорит сотрудник, который вел наружное наблюдение? – встревоженно спросил Лев, заранее предчувствуя нечто малоприятное.

– Его нашли лежащим без сознания, – прапорщик развел руками. – Скорее всего, был использован пистолет-электрошокер с мощным парализующим импульсом. Парня забрали в реанимацию.

– Вот так! – Гуров взглянул на прапорщика и взмахнул указательным пальцем. – А ты еще собирался лечь вместо Вологодцева! Похоже, киллер был задействован высококлассный. Сработал, зараза, как по нотам: сначала выявил «наружку» и нейтрализовал лейтенанта, а потом взобрался на второй этаж и через окно выстрелил в заказанную ему жертву. К счастью, хоть и сыграл он как по нотам, но – по нашим! Теперь так… О том, что здесь произошло, и прежде всего, что Вологодцев жив, – никому ни слова. Ясно? Никаким СМИ – никаких интервью.

Зайдя к завотделением Зубинцеву, он вкратце пояснил суть происходящего и попросил того продолжить лечение Вологодцева анонимно, чтобы ни одна живая душа не знала, в какой именно палате он находится. Врач пообещал, что в течение дня Бориса переведут в другое, более надежное место.

Когда Лев подъехал к главку, то сразу увидел Станислава, поднимающегося по ступенькам крыльца. Оглянувшись, тот просиял улыбкой и помахал рукой:

– Привет! Ну, что там новенького?

– Привет! – подходя к приятелю, сдержанно улыбнулся Лев. – Новенького сегодня с явным преизбытком.

Он рассказал о случившемся ночью. Слушая его, Стас, что называется, пребывал в некотором даже ступоре.

– Ни хрена себе прибабахи! – ошарашенно проговорил он. – Неужели этого киллера наняла Свербицкая? Чем же ей так сильно мешает Вологодцев? Занятный случай!

– Мне так думается, нанимать киллера ей не пришлось. Скорее всего, он у нее свой, так сказать, штатный, – уверенным тоном ответил Лев, направляясь к двери. – Пошли к Петру, он уже ждет.

Орлов, который тоже только что пришел на работу, отхлебывал из чашки чай, приготовленный Верочкой. Та принесла по чашке и сыщикам. К удивлению Гурова, Петр кое-что уже успел узнать о происшествии в больнице на Первухинской.

– Ну, и каковы теперь твои планы на дальнейшее? – выслушав лаконичный доклад Льва, поинтересовался он.

– Если Свербицкая не смоется, то буду работать с ней. Причем очень плотно. Сейчас к нам должен прибыть следак Друшмалло для составления фоторобота подручного Стефании. В случае чего, я надеюсь, этот фоторобот поможет ее разговорить, – со значением добавил Гуров.

– А ты считаешь, что она может смыться? – спросил Крячко.

– Не исключаю. Вообще, надо сказать, с этой особой стоит быть постоянно начеку…

Лев в нескольких словах рассказал Стасу о своей вчерашней встрече со Свербицкой, о разъездах следом за ней по городу и о разговоре с Друшмалло у больницы. Слушая его, каждый из собеседников реагировал по-своему. Петр сидел не шевелясь и хмуро вслушивался в каждый эпизод повествования. Стас, напротив, был довольно-таки оживлен, то мимикой, то междометиями реагируя на услышанное. Он громко фыркнул, когда Лев упомянул о непонятном препарате, добавленном Стефанией в чай, и брезгливо скривился, слушая об увлечении маленькой Стеши казнями соседских кошек.

– Твою мать! Ну и стерва! – наконец, не выдержав, возмущенно резюмировал он. – Первый раз в жизни слышу о такой твари. Хотя, вообще-то, что удивляться? Бандеровцы, они всегда были такие – с болячкой на всю голову, что в войну, что сегодня. На Донбассе вон что творят!

– М-да-а!.. Черт знает что! – словно отделываясь от дурного наваждения, потряс головой Орлов. – Прямо-таки сюжет для фильма ужасов. До какой же низости может дойти внешне вроде бы нормальный человек?! Тьфу!.. Ну да ладно, хрен бы с ними. Возвращаемся к нашей нынешней рабочей реальности. Что же мы имеем на данный момент? Ты вчера говорил о некой «третьей силе», которая из-за кулис управляет видимыми нами событиями. Ну и? Какие-то подвижки в этом направлении есть?