Старая рана - Алексей Макеев

Он отошел в сторону со словами «не буду вам мешать», однако из комнаты не вышел, а устроился перед тем самым овальным столиком, за которым минуту назад сидел Вадик. Гуров увидел, что Виктор Борисович сразу потянулся к стоявшей на стеклянной столешнице бутылке с коньяком и с характерным треском отвернул крышку.

Вадик тем временем вопросительно посмотрел на Гурова, и тот сразу перешел к делу. Особой скорби на лице Вадима он не заметил, впрочем, как и тревоги или беспокойства. Скорее растерянность. Вот именно – растерянность и неуверенность.

– Вадим, вы готовы ответить на мои вопросы? – начал полковник и, поймав утвердительный кивок, задал первый: – Когда вы в последний раз виделись с женой?

– Вчера вечером.

После ответа парень отвел глаза в сторону, а Виктор Борисович очень удивился. Он застыл с бутылкой в руке, посмотрел на Вадима и спросил:

– Вадик, а что, Регина вчера была в загородном доме?

– Нет, не была, – бросил Вадим, не глядя на тестя. Гурову стало понятно, что его опасения оправдались: в присутствии отца Регины Вадим многое не расскажет, и нужно было как-то менять ситуацию.

– Виктор Борисович… – начал он, на что Берестов, сразу его поняв, ответил:

– Хорошо, я все понимаю. Пойду на кухню.

Он поднялся с дивана и, прихватив бутылку с собой, направился к двери. Возле нее обернулся и, еще раз посмотрев на зятя, сказал:

– Я надеюсь, мы позже объяснимся?

– Обязательно, Виктор Борисович! – с какой-то решимостью во взгляде ответил Вадим.

Берестов тихо кивнул и вышел.

– То есть с женой вы виделись в последний раз вчера? А почему не сегодня? – спросил Лев, когда они остались наедине.

Вадим прикусил губу, потом с вызовом взглянул на него и произнес:

– Потому что я не ночевал дома, вот и не виделись.

– Понятно, – качнул головой Гуров. – А по какой причине не ночевали?

– По личным делам, – сухо проговорил Денисов и вновь отвел глаза в сторону.

– Хорошо, поставим вопрос по-другому: где вы ночевали?

– У одного знакомого, – не раздумывая, бросил Вадик.

– Просто у знакомого? У случайного? – сыронизировал Лев.

– Ну, что вы к словам придираетесь? У друга ночевал!

– Хорошо, продиктуйте мне имя и адрес вашего друга.

– Это еще с какой стати?

– С такой, чтобы удостовериться в том, что вы меня не обманываете.

– Я не хочу подставлять друга и адреса его оглашать не буду. Это мое личное дело! – Вадим вздернул подбородок. Подбородок был мягким, округлым и отнюдь не добавлял внешности Вадима мужественности. При этом парень был весьма привлекателен и наверняка ловил интерес представительниц прекрасного пола.

Гуров, подавив вздох, присел на диван, разгладил брюки на коленях и терпеливо продолжил:

– Молодой человек, в такой ситуации никаких личных дел у вас быть не может. Сейчас как раз тот случай, когда вам выгоднее быть полностью откровенным со мной. Я веду это дело не то чтобы в частном порядке, как выразился ваш тесть, но, можно сказать, неофициально. А вот Следственный комитет – другое дело. Как вы понимаете, они тоже не поверят вам на слово и станут выяснять, где вы ночевали на самом деле. И поверьте мне – они это выяснят. А когда поймают вас на вранье, их отношение к вам очень изменится, и отнюдь не в лучшую сторону. Поэтому мне, – сделал Лев акцент на слове «мне», – вам выгодно рассказать правду. Вы сейчас находитесь не в том положении, чтобы скрывать что-то. Вы растеряны и явно нуждаетесь в помощи и совете, и если хотите, чтобы я вам помог, вы должны рассказать мне все, и не утаивать никаких деталей.

– Я не нуждаюсь в помощи, – упрямо повторил Вадим.

Гуров пристально посмотрел на него. Как ни странно, острого раздражения парень у него не вызывал. Он видел перед собой глупого мальчишку, который упрямится из какого-то выдуманного самим принципа. Но «мальчишке» было все же уже под тридцать, посему особо церемониться с ним полковник не стал.

– Вадим, вы, кажется, не отдаете себе отчета, в каком дерьме оказались, – проговорил он. – Поймите, ваша жена не просто умерла – она убита. Вы не ночевали дома и утром находились непонятно где. То есть, выражаясь языком юриспруденции, алиби на момент ее гибели у вас нет. Кстати, кто становится наследником вашего имущества?

– А это здесь при чем? – вспыхнул Вадим.

– При самом, что ни на есть, при том! Очевидно, что наследник – вы. Ну, и ваш сын, разумеется, что в данном случае одно и то же. Если, конечно, вы не заключали брачный договор, в котором прописано, что в случае смерти супруги лишаетесь всего. Вряд ли Регина предполагала умереть в двадцать восемь лет, ведь так?

Вадим молчал. Кажется, до него начал доходить смысл разъяснений Гурова…

– Так вот, – продолжал тот. – Ваша жена убита, вы владелец роскошной квартиры в центре столицы и остальных материальных благ, как думаете, кто станет первым подозреваемым при таком раскладе?

Теперь в глазах Вадима появился явный испуг.

– Но я правда не убивал свою жену! – воскликнул он. – Если не убивал – чего мне бояться, верно? А где я был – это лишь мое дело, не так ли?

– Ваше, но не в данном случае, – покачал головой Гуров.

В этот момент послышался звонок в дверь. Вадим испуганно посмотрел на сыщика и вышел из комнаты. Из кухни высунулся Виктор Борисович.

– Вадик, ты кого-то ждешь? – спросил он, и Гуров отметил, что с момента, как Берестов уединился с бутылкой коньяка, его артикуляция нарушилась еще сильнее.

– Н-нет, Виктор Борисович, – проронил тот и шагнул к двери.

– Постойте, – остановил его Гуров и прошел сам.

Берестов предпочел скрыться в кухне, видимо, ощущая себя не на высоте от выпитого и предпочитая не показываться в подобном виде перед кем бы то ни было.

Гуров посмотрел в глазок и увидел двоих мужчин. Хотя они были в штатском, полковник безошибочно определил, что они имеют отношение к силовым структурам. В подтверждение из-за двери послышался мужской голос, полный уверенности от привычного ощущения власти:

– Следственный комитет, откройте, пожалуйста!

Лев тут же открыл дверь.

– Денисов Вадим Константинович? – казенным голосом осведомился один из мужчин – средних лет, одетый в «президентскую» аляску.

– Нет, это не я. А на документы ваши можно взглянуть?

Комитетчики не стали спорить и практически синхронно вытащили свои удостоверения. Главным был майор Коршунов, а его спутником – капитан Гончаренко.

– Хорошо, – проговорил Гуров, доставая свое. – Полковник Лев Гуров, Главное управление внутренних дел…

Комитетчики переглянулись.