Следов не оставлять - Джеймс Хедли Чейз

Льюису, невысокому, ладному брюнету, стриженному под «ежик», с круглым загорелым лицом, было лет двадцать семь. Со службы он уходил в восемь вечера.

Доктор Макс Херц, грузный лысеющий мужчина с добродушным мясистым лицом, откинулся в кресле и спросил:

— Все в порядке, Фред? Происшествий нет?

— Нет, сэр. Правда, мистер Машингем слегка нервничает. Я сказал сменщику, ему дадут успокоительное. Остальные ведут себя хорошо.

Он расписался в журнале и воткнул ручку в подставку на столе доктора.

— До завтра, — попрощался Херц.

— До завтра, сэр. Спокойной ночи.

Льюис прошел на стоянку, сел в свой видавший виды «бьюик» и подъехал к воротам. Из будки вышел сторож Гарри Эдвардс, полный человек лет семидесяти. В сторожах Эдвардс служил уже тридцать лет.

— Привет, Фред, — сказал сторож, раскрывая ворота. — Как поживает куколка, за которой ты бегаешь?

Фред попытался залихватски улыбнуться:

— Завтра расскажу.

— Не делай ничего такого, о чем нельзя рассказать мне. — Эдвардс завидовал молодости Фреда. — Но уж если сделаешь, тоже скажи, но по секрету.

И снова Фреду пришлось выдавить ухмылку, но, когда он вырулил на дорогу, которая, огибая пляж, вела к городу, ухмылка сразу испарилась. Льюис пожалел, что нахвастался Эдвардсу о своих отношениях с Дреной Френч. Но ведь надо же кому-то выговориться! По крайней мере, Эдвардс не подшучивал над ним, не то что другие.

Он познакомился с Дреной три месяца назад. Однажды вечером Льюису до такой степени опротивела его душная комнатенка, что он решил пройтись и забрел в «Веселый клуб». Кораблей на рейде не было, так что в клубе было пусто. Дрена обрадовалась, что подвернулся хоть какой-то парень, пригласила его танцевать и скоро поняла, что этот серьезный, приличный юноша не чета нахальным, распускающим руки «морским волкам». Во время танца Льюис держал ее словно драгоценную фарфоровую вазу, и Дрена заметила в его глазах трепетное преклонение перед ней. Такого в ее жизни еще не было.

Она пригласила Льюиса к себе — ей было интересно, каков этот парень в постели. Однако новый знакомый даже не попытался раздеть Дрену. Усевшись на краешке стула, он говорил и пожирал ее глазами. Он выпил всего рюмку виски, а в три часа утра поднялся и сказал, что ему пора домой. Дрена чуть все не испортила — ее так и подмывало предложить Льюису переночевать у нее. Однако она сдержалась и вышла проводить его в прихожую. У двери он поцеловал ей руку, что потрясло Дрену до глубины души. Ни один мужчина не целовал ей рук. Обычно ее похлопывали по заду или старались влезть в лифчик.

С тех пор Льюис просиживал в клубе все свободные вечера и тратил там уйму денег. Он танцевал с Дреной и преклонялся перед ней.

Через два месяца он сделал Дрене предложение.

— Мы могли бы пожениться, — с трудом выговорил Льюис, стиснув пальцами колени. — Я зарабатываю не так много, но прожить можно. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты ушла из клуба. Как ты на это смотришь?

Дрене никогда раньше такого не предлагали. Ее охватило волнение, но ненадолго. Она уже привыкла к Льюису. Ей нравились его ухаживания, но сама мысль о том, чтобы жить с ним в тесной, душной комнатенке, ходить за покупками и готовить ему обеды, показалась нелепой.

— Я еще не созрела для семейной жизни, Фред, — ответила Дрена.

Льюис смирился: хорошо, что не прогнала. Но шли недели, его влечение к Дрене возрастало. Нужно уволиться с работы, твердил он себе, найти доходное место. Но где? Эти мысли приводили его в уныние. Он понимал, что ему не хватает образования, и решил, что если заниматься по ночам, то можно подготовиться к экзаменам на звание врача. Он обсудил это с Дреной. Она не проявила особого интереса, сказала, что за доктора, может быть, и выйдет замуж, но тут же заметила, что он не сможет одновременно работать в лечебнице и учиться по ночам. А когда же им встречаться?

Льюис как раз вспомнил этот разговор, когда ставил машину у мрачного кирпичного дома, где он жил. Одолев три лестничных пролета, он вошел в грязноватую маленькую квартиру, включил свет. В холодильнике, занимавшем чуть ли не всю крохотную кухоньку, его ждали холодные макароны и кусок изрядно подсохшей ветчины, припасенной на ужин. Он принялся за еду. Неожиданно зазвонил телефон. Льюис удивился и снял трубку.

— Фредди? Это Дрена. — При звуке ее голоса кровь Льюиса забурлила. — Я хочу с тобой поговорить. Сейчас приеду.

— Сейчас? — Льюис был озадачен. — Но… ведь только десятый час. А как же работа в клубе?

— Да плевать, — отозвалась Дрена. — Скоро буду.

Сердце Льюиса забилось от восторга. Он торопливо проглотил остатки ужина. А вдруг и Дрена захочет поужинать? Он лихорадочно обшарил квартиру, нашел в ящике стола двадцать долларов и с облегчением перевел дух. Если ей захочется куда-нибудь пойти, деньги есть.

Но никуда идти не пришлось. Дрена сама принесла бутылку шотландского виски и пакет сандвичей. В облегающей синей блузке и мини-юбке она выглядела просто потрясающе.

Когда они устроились на диване и принялись за сандвичи, Дрена сказала:

— Фредди, мы могли бы пожениться, если ты не передумал.

Льюис раскрыл от изумления рот, не донеся до него сандвич. Он не верил своим ушам.

— Передумал? Дрена, как ты можешь так говорить?

— Да, поженимся, если ты не против, — мягко сказала Дрена. — На следующей неделе… после одного дельца.

Льюис робко коснулся ее руки:

— Ты не шутишь? Мы на самом деле сможем пожениться на следующей неделе?

— В таких случаях девушки редко шутят.

— Боже мой! Ну конечно! Но я не понимаю… ты сказала — после одного дельца?

— В гавани есть один ресторанчик, где подаются рыбные блюда. Около него часто швартуются корабли, так что это заведение у моряков прямо под носом. Хозяином там Джефф Хокинс, мой старый приятель. А жена у него — ревнивая образина, так что, естественно, все официантки в ресторане — старые жуткие хари. Ну, понятно, матросики и обходят это заведение стороной. — Дрена откусила кусок сандвича и продолжала говорить с набитым ртом. — Он хочет бросить дело. Если мы купим ресторан, то сделаем из него золотую жилу. Повара оставим — готовит он классно. Трех девушек возьмем из нашего клуба официантками, я сяду на кассу, а ты будешь управляющим. Просто блеск! Mo Мински, лучший вышибала в клубе, перейдет к нам, так что порядок будет, Фредди! Представляешь, как будет здорово! — Дрена сжала его руку, глаза ее сверкали. — Мы не прогадаем. Над рестораном — спальня и приличная гостиная. Конечно, нужен ремонт, но это не так уж и дорого обойдется. И музыкальный автомат поставим. Ну, как тебе моя идея?

Льюис безучастно смотрел на Дрену.

— А деньги откуда взять? Сколько просит твой приятель?

— Я с ним уже переговорила. Он возьмет семь тысяч наличными. Это по-божески. Ты что думаешь, я не поторговалась? Еще как! В общем, нужно всего семь тысяч! Подумай только! Мы поженимся, у нас будет ресторан, поднакопим деньжат и через пару лет откроем еще один. Потом купим тебе «кадиллак», а мне — норковое манто.