Иди на мой голос - Эл Ригби

– Гости, Артур?

Я не успел ответить: Лоррейн моментально превратилась из скорбного ангела в разъяренную эриннию^[8], отскочила от своего полицейского и зашипела:

– Токсикологическая экспертиза, мистер Нельсон. Посторонним…

Он, не слушая, приблизился и энергично тряхнул мою руку.

– Впрочем, чему же я удивляюсь. Что ж, давай официально: здравствуйте, мистер Сальваторе.

– Послушайте, вы сами отвергли гипотезу с ядом, – продолжала возмущаться за нашими спинами мисс Белл. – И если вы…

– Отверг. Но сейчас решил, что будет лучше все же узнать результаты.

– Кто вам их даст?

– Мой друг Артур.

– Мой друг Артур, – процедила сквозь зубы Лоррейн, – даст результаты только мне и констеблю. Ведь правда? – Она бесцеремонно ткнула меня в грудь.

– И еще мне. – Сыщик навалился на мое плечо. – Правда, Артур? Ты никогда еще меня не подводил.

Как же. Подведешь тебя…

Герберт Нельсон с первой встречи часто оказывался причиной моих проблем. Ослиное упрямство, самолюбование и гордыня дополняли его острый ум самым плачевным образом. О пестром букете прочих противоречивых качеств говорить было излишне. На службе в Королевском Воздушном Легионе он быстро сделал карьеру и получил высокое звание, обойдя многих. В жизни общение с ним утомляло и вело зачастую к дурным следствиям. Взвод, которым он командовал, боготворил его, но друзьями, кроме меня, Нельсон не обзавелся. Конечно, никому не приходилось столько вытаскивать его из пекла, сколько мне. Я вытаскивал, в какой-то мере симпатизируя ему, а в какой-то просто испытывая ответственность. Не за него, за тех, кто, даже истекая кровью, бросался в атаку по одному красивому взмаху руки командира Нельсона. Своего командира.

Служба давно осталась в прошлом. Нельсон успел разочароваться в военном деле, пожить в Штатах и обожаемой Франции, раскрыть не один десяток преступлений, загубить репутацию и приобрести кличку «Падальщик». Он давно выбирался из пекла без моей помощи, виделись мы нечасто, наша дружба увядала: Герберт вообще становился все нелюдимее. Одно осталось незыблемым как нагорья Тибета: факт, что Падальщик, где бы ни объявился и о чем бы ни попросил, приносит несчастья.

Я закатил глаза и отпихнул его.

– Если полиция уполномочивает, я дам результаты вам обоим, как велит Устав Королевских Криминальных Экспертов. Но для этого мне нужно их получить, а работать в атмосфере громовых раскатов я не намерен. Вон. Оба. Зайдите вечером. Надеюсь, мисс Белл, вы не забыли, что кто-то должен наблюдать за моими действиями и в случае чего отвечать на вопросы по обстоятельствам дела? Мне может потребоваться что-то прояснить. Вы останетесь?

Частные сыщики переглянулись. Быстро бросив констеблю: «Следи за экспертизой», Лоррейн махнула мне и вышла из лаборатории. Нельсон присвистнул и последовал за ней, хлопнув меня по плечу.

– Не скучай. В другой раз я составлю тебе компанию.

Соммерс открыл рот, чтобы его одернуть, но тут же закрыл – вероятно, догадавшись, что Падальщик просто пошлет его куда подальше. Мы остались вдвоем. Молодой констебль потерянно заморгал: быть наблюдателем он явно не планировал.

– Я должен… Гриндель… он меня убьет!

Убьет, можно не сомневаться. Если, конечно, узнает и если мисс Белл не выяснит что-то ценное, а она наверняка выяснит. Я, начиная расставлять склянки, кинул вопросительный взгляд через плечо.

– Эти двое… всегда так?

– С первой встречи. – Полицейский вяло усмехнулся.

– А когда она была?

– Вчера.

– Это многое объясняет. – Вынимая из шкафа реактивы, я тяжело вздохнул. – Поможете мне со спиртовкой?

[Лоррейн]

Не намеренная обращать на великого сыщика внимания, я зашагала вперед. Мой путь лежал в художественную школу Хелены, и я надеялась поговорить с ее учителем, пока Артур закончит работу. Мистер Блэйк был одним из последних, кто видел ее живой, и, может, заметил в ее поведении что-то странное. Или… принял в этом «странном» непосредственное участие?

Обернувшись, я увидела, что Нельсон идет следом. Его высокие сапоги скрипели по выпавшему за ночь свежему снегу. Я остановилась, а когда он поравнялся со мной, грубо схватилась за край серого шарфа.

– Куда это вы, можно узнать?

Он невозмутимо глянул на меня сверху вниз.

– В школу искусств. Поговорить о вашей сестре. А вы?

– Туда же, – помедлив несколько секунд, мрачно ответила я.

– Мисс Белл, скажите честно. – Нельсон деланно вздохнул. – Я правильно понимаю, что у меня нет шансов избавиться от вас?

– Правильно. Ответите на такой же вопрос?

Сыщик фыркнул и с достоинством выпрямил спину. Отвечать на вопросы? Мне? Многовато я хочу. Молчание затягивалось, и я все же решила прояснить кое-что еще:

– Поймите. Это мое личное дело. Моя сестра, которая, оказывается, пускала в комнату непонятно кого. Я догадываюсь, это из-за того, что мать не дает нам ни капли свободы. Я… я должна узнать правду, мистер Нельсон. И… – я поколебалась, но все же закончила: – Лучше я предупрежу. Не мешайте мне, или я найду способ убрать вас с дороги.

Нельсон пригладил волосы и, подняв голову, посмотрел в небо. Не знаю, молился ли он о моем немедленном превращении в жабу или собирался с мыслями, но вид у него был либо как у поэта, либо как у далматинца, – со всеми этими маленькими черными родинками на бледном лице. Пожалуй, второе было ближе к правде.

– Вы страстная особа, мисс Белл. Если вы уже готовы устранять меня… – Он опустил взгляд, и я в очередной раз поразилась его длинным девичьим ресницам, – не устранили ли вы сестру? И примечательно, что дело дали полицейскому из вашего окружения.

Только мысленное напоминание о приличиях помешало мне что есть силы стукнуть его тростью по голове. Впрочем, нет, свою роль сыграла еще лень: трость нужно было поднять. Я ограничилась легким туше в колено, и Нельсон отскочил.

– Можете подозревать меня, пока не подтвердили алиби, – я прищурилась, – но не смейте трогать Дина.

– Его алиби я тоже проверяю.

– Удачи.

Сделав вид, что забыли друг о друге, мы пошли дальше. Полупустые улицы Лондона располагали к тому, чтобы помолчать и успокоиться. Это я и попыталась сделать, с удовольствием разглядывая пестрые вывески лавок, подмерзающий в глиняных кадках вереск и пролетающие иногда над крышами гондолы.

– У вас с сестрой были хорошие отношения? – спросил Нельсон через какое-то время.

Уже немного умиротворившаяся, я неопределенно пожала плечами.