Иди за мной - Наталья Солнцева

— Хватит!

— Не обижайся. У меня похожая ситуация. Я встречаюсь не с теми женщинами, о которых мечтаю. Мне попадаются заботливые «мамочки» вместо юных и страстных Джульетт.

— Ты не Ромео, Михеев, — не выдержала Лариса. — В этом твоя беда. Ты стар для пылкой и безумной любви. Ты слишком расчетлив, не готов поступиться принципами…

— Не допускаешь, что я созрел?

— Ты перезрел, как яблоко, которое вовремя не сорвали.

— Говори прямо, что я червивый и с гнильцой.

— Есть немного, — улыбнулась она. — А с чего тебя потянуло на признания? Почему ты выбрал меня в качестве «жилетки»? Надо было рассказать все Вернеру…

— Я рассказал.

— И что? Он не знает лекарства от твоей хвори?

— Знает. Поэтому я и звоню. Ты ведь тоже получила рецепт?

— К чему ты клонишь?

— К тому, что мы с тобой — родственные души.

Этого она от Рената не ожидала. «Родственные души!» Вот так сюрприз. Сейчас дизайнер начнет набиваться в кавалеры, а чем он отличается от Эдика?

— Не пугайся, я не собираюсь тебя «клеить». Давай сверим рецепты! Только Вернеру ни гу-гу. Обещаешь?

— Клянусь кровью святых девственниц, — прыснула Лариса.

— Идет. Ну, так что он тебе заливал? Про одиннадцать дней и ночей в пустыне говорил?

Лариса перестала хихикать. Ренат задел ее за живое. Неужели гуру всем рекомендует одно и то же? Это было бы непорядочно с его стороны.

— Значит, я не ошибся. Вернер уверен, что все гениальное — просто. Красавец!.. Впрочем, рано судить его за обман. Не мешало бы проверить метод на практике. Я намерен разоблачить шарлатана, который прикидывается магом. Для этого я и позвонил. Предлагаю объединиться для честного совместного опыта. Ты сможешь взять отпуск на две недели?

— Наверное. Я в этом году еще не отдыхала.

Лариса колебалась, но чаша весов склонялась в пользу Рената. Одной ей будет страшновато медитировать в пустыне. Больше того — положительный результат опыта пугал ее сильнее, чем неудача.

— Тогда едем в пустыню?

Лариса представила себе желтые пески, сухой горячий воздух и палящее солнце над головой.

— В Сахару? Гоби? Каракумы? Меня от одних названий оторопь берет.

— Думаю, это чистая условность, — успокоил ее Михеев. — Пустыня в нашем случае — просто безлюдное место, где нам никто не помешает.

— Безлюдное место… — эхом повторила она. — Мне уже страшно!

— Поэтому я и предлагаю объединиться. Провести одиннадцать суток вдали от людей — стремно. Поселимся в заброшенном доме на опушке леса.

— Даже не знаю…

— Лесная сторожка подойдет? У меня приятель — заядлый охотник. Он в лесу, как дома. Я с ним переговорил, он укажет домик, куда наведывался лесник, пока был жив. Сейчас там ночлежка для охотников, которые замерзли, заблудились или просто устали.

— А мы не заблудимся?

— Я возьму с собой навигатор.

Ларису пугала лесная чаща, пугал Ренат с его дикой идеей, пугал сам метод Вернера, который казался изощренной выдумкой. Но отчего-то эта выдумка леденила кровь.

— Ты не маньяк, Михеев? Завезешь меня в лес, прикончишь и закопаешь труп под елками!

— Ты упустила самый пикантный момент. Перед тем как убить, я тебя изнасилую.

Лариса попыталась выдавить беззаботный смешок, но во рту пересохло, а губы не слушались.

— Я должна подумать, — промямлила она, понимая, что скорее всего согласится.

Ренат прав. Поодиночке на такой эксперимент решиться трудно. «Я точно не решусь, — констатировала Лариса. — Мне и вдвоем-то страшно. А одна я подавно с ума сойду!»

— Подумай, только недолго. У тебя есть сутки, чтобы взять отпуск и собраться.

«Второго шанса не будет, — размышляла она. — Никого нельзя посвящать в подробности метода Вернера, кроме тех, кому он уже известен. В данном случае Михеев — идеальный вариант. Скажи я Эдику про эксперимент, он потащит меня к психиатру!»

Последний аргумент сыграл ключевую роль. Эдик не годится в помощники, а без страховки Ларисе не обойтись…

Глава 10

Ренат до рассвета засиделся за компьютером, переписывался в чате с Соней — блондинкой с рыжими локонами, которые делали ее прическу похожей на оперение жар-птицы. Все в аватаре таинственной незнакомки очаровывало дизайнера. И ее вытянутые к вискам глаза водянистого цвета, и вздернутые брови, и хищные алые губы, и тонкая талия, и тяжеловатые бедра, и длинные стройные ножки.

Осыпая Соню комплиментами, он напевал себе под нос известный хит «Белого орла»: «Потому что нельзя… потому что нельзя быть на свете красивой такой…»

Эти слова были о Соне. В жизни Ренат никогда не встречал подобных женщин. Их просто не могло быть! Только виртуальный образ может соединить воедино все черты недостижимого идеала. Но виртуальная блондинка, несмотря на объемную структуру и максимальную «жизненность», казалась куклой. Все же она — не человек.

Ренат не хотел даже гадать, кто в действительности скрывается за аватаром Сони. Зачем? Если он может наслаждаться грезами, не стоит портить воображаемую картину грубой реальностью.

Образ Вернера засел в его уме, напоминая о последнем разговоре за ширмой. Что это было? Обязательная «исповедь», заведенная гуру для членов группы? Сеанс замаскированного внушения? Циничное надувательство?

Ответ будет получен в скором времени. Встреча с Вернером пробудила в Ренате задатки детектива. Его природное любопытство стало почвой для зерен, которые обильно разбрасывал гуру. Желание выяснить всю правду о Вернере взяло верх над ленью.

Утром Ренат сложил рюкзак и заказал по Интернету два билета на поезд, себе и Ларисе. В том, что она поедет, он почти не сомневался. Ей, так же, как и ему, неймется.

Интересно, почему гуру уделял им больше внимания, чем остальным членам группы? До сих пор Ренат не придавал значения этому факту.

— Выходит, Вернер заметил сходство между мной и Ларисой…

Он выглянул в окно и увидел во дворе машину Зои. Она выслеживает его, как лиса добычу! Ренат отпрянул и чертыхнулся. Зоя не поверила в командировку и намерена уличить его во лжи.

Он заблокировал свой телефон для всех, кроме Ларисы. Он ждал ее согласия. Поезд отправляется с вокзала в три часа дня, и до этого она должна сообщить, что едет.

— Не подведи меня!

С некоторых пор Ренат начал разговаривать сам с собой. Он был для себя лучшим собеседником. Незлобивым и покладистым. Понимающим. Немногословным.