Одна на миллион - Марина Серова

– До свидания, Татьяна, – сказала Кира Леонидовна, а ее супруг только кивнул.

– До свидания.

Из соседней квартиры практически одновременно со мной вышла женщина средних лет и поздоровалась с Барановой. Потом она нажала на кнопку лифта, который сразу же открылся перед нами. Оказавшись вдвоем в замкнутом пространстве лифта, мы переглянулись и мило улыбнулись друг другу. Я решила заговорить с соседкой Барановой.

– Извините, а вы Машу давно видели?

– А разве ее сейчас нет дома? – удивилась она.

– Нет, там только родители.

– Я сегодня ее видела, правда, лишь в глазок.

– А вы уверены, что это была именно Маша?

– А почему вы меня об этом спрашиваете? – насторожилась женщина.

Дверцы лифта раскрылись, и соседка, не дожидаясь каких-либо объяснений, поспешила покинуть кабинку.

– Подождите, – окликнула я ее. – Дело в том, что я частный детектив. Могу показать свою лицензию.

– Не надо, если Барановы вас пустили в квартиру, значит, не сомневаются в вас.

– Вы могли бы ответить на несколько моих вопросов?

– Спрашивайте, – охотно согласилась женщина и открыла подъездную дверь.

Мы вышли во двор, и я сразу обратила внимание на стоящий рядом со служебной машиной Киры Леонидовны золотистый «Лексус». Наверняка именно на этом престижном автомобиле приехал сюда Семен Петрович.

Мы свернули за угол, и я поинтересовалась:

– Вас как зовут?

– Нина Ивановна.

– А меня Татьяна. Нина Ивановна, вы уверены, что видели в глазок именно Машу?

– А что, квартирку Барановой обчистили, да?

– Нет, здесь дело совсем в другом, я пока не могу вам всего рассказать, – замялась я.

– Понимаю, тайна следствия. Знаете, я сегодня протирала в прихожей пыль, – доверительно сообщила мне соседка, – и услышала звон ключей. Это меня заинтересовало, я посмотрела в глазок. Сами понимаете, четкой видимости сквозь эту стекляшку нет, да и смотрела я всего секундочку, но мне показалось, что именно Маша открывала дверь. Во всяком случае, девушка была на нее очень похожа, хотя лица ее, конечно, я не видела. Только мне показалось странным, что она сразу не смогла открыть дверь. Минуты две мучилась с замками, хотя потом все-таки открыла.

– А раньше у Маши были проблемы с открыванием двери? Может, замки всегда барахлили?

– Нет, не замечала, – ответила Нина Ивановна.

Я вспомнила, что Кира Леонидовна без проблем открыла дверь. Возможно, Маша сегодня чрезмерно волновалась или это была другая девушка. Я замешкалась со следующим вопросом, и соседка подумала, что на этом наш разговор окончен, поэтому ускорила шаг.

Я поспешила за ней:

– А что вы вообще можете сказать о Маше?

– Ну что сказать?.. Она здесь уже год живет и ни разу еще на площадке не убиралась. У нас, знаете ли, уборщицы нет, поэтому жильцы по очереди свой этаж моют. Никто не брезгует. А когда ей об этом сказали, так она сразу на дыбы встала – не будет такого никогда, и все тут! Она Татьяне из шестьдесят восьмой квартиры пятьдесят рублей каждый месяц платит, чтобы та за нее убиралась. Она иногда и у нее в квартире прибирает за отдельную плату.

– А эта Татьяна внешне на Машу похожа?

– Ну в общих чертах... Вы хотите спросить меня, могла ли это быть Таня?

– Вы отгадали.

– Нет, я в это не верю. Таня такая набожная, у нее ребенок неизлечимо больной родился, вот она и уверовала в бога, в церковь ходит, все посты соблюдает...

– Ясно. А вы видели, когда Маша или другая девушка, на нее похожая, вышла из квартиры?

– Нет, не видела, – коротко ответила Нина Ивановна и посмотрела на часы.

– Скажите, а в котором часу она приходила?

– Примерно с часа до двух, точнее не скажу.

– А вы вообще обращали внимание, кто бывал в гостях у вашей соседки?

– Машина мама часто бывала, папа – немного реже. Подружка периодически заходит, высокая такая блондинка. А еще парнишка один все время к ней бегает, иногда ночевать остается...

– А когда вы его в последний раз видели?

– Недавно. Может быть, вчера или позавчера.

– А при каких обстоятельствах? Они были вместе с Машей?

– Нет, он мне встретился один. Я выходила из лифта, а он входил. Такой озабоченный был, нервный, – сказала Нина Ивановна, и я сделала для себя определенные выводы.

– А Машу когда в последний раз видели?

– Так сегодня же, в глазок...

– Ну это понятно, а до этого?

– Да уж давно не встречалась с ней, может, с неделю, а что?

– Нет, ничего, так...

– Тогда вы извините меня, я должна ехать на работу, это мой троллейбус.

– Да, конечно, спасибо за помощь.

Я вернулась во двор, ни «Лексуса», ни «Хонды» там уже не было. Это означало, что Семен Петрович уже уехал, и Баранова своего водителя тоже отпустила. Быстро, однако, супруги расстались. Будто им поговорить друг с другом не о чем. Впрочем, я не стала сильно морочиться взаимоотношениями Барановых. Машина соседка дала кое-какую пищу для размышлений, и ее надо было переварить.

Я уселась в свое любимое кресло, сделала глоток обжигающего кофе, затянулась сигареткой и стала думать думу. Дело, которое мне предстояло расследовать, не казалось архисложным. Я просто не располагала пока всей нужной информацией. Было такое ощущение, что из поля моего зрения выпала какая-то мелочь, сущий пустячок, но без которого нельзя сложить целостную картину произошедшего.

Итак, жила-была рыженькая девушка, двадцати двух лет, не суперкрасавица, но и далеко не уродка. Что касается ее умственных способностей, то тут все было в норме. Двенадцатигранные косточки сказали, что она человек с интеллектом. Стоит уточнить – с дипломом о высшем образовании. Конечно, журналистского опыта у Барановой не было. Но это не беда. Опыт получишь – всему свое время. Нужно только захотеть. Кстати, насчет желаний. У Маши имелось огромное желание работать в «культурном» месте, пройдя испытательный срок на «криминальном». Желание-то было, а вот с возможностью как-то не очень сложилось, потому что главный редактор газеты «Мы» хоть и обещал, но не собирался брать ее на работу вместо Лены Ваниной. Сволочь, конечно, но, как говорится, хозяин – барин.

Стоп! Возможности у молодой журналистки были, стоило только ее родителям замолвить словечко, и Машу взяли бы с удовольствием в любую тарасовскую редакцию. Кстати, а как это Шиянов не догадался, чья дочурка к нему пришла на работу устраиваться? Впрочем, фамилия у нее довольно распространенная... А может, и догадался, но плевать хотел на Барановых. Типа, что хочу, то и ворочу! «Таня, не отвлекайся на редактора, вернись к журналистке». Возвращаюсь...