Платит проигравший - Михаил Март

Каждый из нас говорил сам с собой. Девица икнула и добавила: «Xa».

– Заведение не из дешевых, -поддержал я светский разговор.

– Умеренное. Повар классный и люди платят, – угрюмо похвастался бармен, разглядывая протертый стакан на просвет.

– Поди, одни завсегдатаи?

– Всякие встречаются. Но в основном свои.

– Я из залетных. Друга навестить приехал, а его в городе нет. Говорил он мне о вашей коробке. Эрвин Кейлеб. Слыхал?

Бармен стрельнул взглядом в мою сторону. Одной секунды ему хватило для окончательного вывода и отвечал он уже глядя на дно другого стакана:

– Не слыхал. Имена для меня пустое место.

– Странно. Он малый знатный. Приятеля его зовут Мейкоп.

Бармен едва не выронил стакан, но мышцы лица оставались неподвижными, как у восковой маски.

– Брось это, парень, -буркнул он злобно и холодно, – Не туда забрел.

– Налей еще, Рэд, – промурлыкала девица.

– Хватит с тебя. Проваливай.

Девица фыркнула, соскользнула с табурета и, покачиваясь, направилась к выходу, не забывая при этом вилять бедрами. Бармен вел себя странно. Имя «Мейкоп» его напугало так, будто он увидел на дне пустого стакана тарантула. Я осмотрелся. Зал пустовал. От ковбоя информации не добьешься, по ясно одно-Мейкоп не фантазия Хэйзл, а вполне реальное лицо, человек, наводящий страх на окружающих. Стоит пожалуй навестить это заведение вечером, когда соберутся посетители. Возможно, найдется смельчак, который не испугается Мейкопа и развяжет язык после нескольких рюмок, а если повезет, то и самого Мейкопа удастся разглядеть поближе.

Выходя, я перебросился несколькими фразами со швейцаром. Тощий хлыст, вырядившийся как карикатура на сливки общества, но он оказался нем, как рыба, едва я завел разговор о посетителях. В итоге я ретировался несолоно хлебавши. Ничего удивительного, девяносто процентов времени уходит на изнашивание обуви.

Когда я открывал дверцу машины, за моей спиной раздался хриплый голос:

– Мой товар, твои деньги.

Я обернулся. Девица из бара стояла вплотную ко мне, вытаращив свои глаза-блюдца с красными прожилками. От нее исходил такой запах, что она с успехом могла бы заняться истреблением мух в жилых помещениях.

– Не рассчитывай, что я использую тебя в качестве матраца.

– Я не торгую телом, я торгую сведениями, которые стоят дороже.

– Точнее.

– Отъедем подальше от окон.

Я сел в машину и открыл боковую дверцу. Она рухнула на сиденье рядом, задрав юбку до бедер.

Машина медленно покатила по улице, девица пару раз оглянулась, и когда мы свернули на Девятую авеню, заговорила.

– Тебя интересует Мейкоп. Я знаю о нем достаточно, чтобы заработать на этом.

Я взглянул на перемазанное чучело и попытался понять, стоят ли ее слова чего-нибудь, или это обычная уловка.

– Как он выглядит?

– Среднего роста, брюнет с усиками, коренастый. Курит гаванские сигары.

Похоже на то, как описывала Хэйзл.

– Сколько ты хочешь?

– Все зависит от информации.

– От затылка до каблуков.

Она закурила. Мне показалось, что женщина не так уж и пьяна, в баре она явно перестаралась.

– Тридцать долларов.

– У меня нет таких денег.

– Врешь! Тот, кто тебя нанял, за эти сведения о Мейкопе выложит в десять раз больше. Он стоит того. Начнешь торговаться – уйду.

Я затормозил на углу какой-то забегаловки. Но девица не собиралась уходить. Она выжидала.

– О'кей. Я должен заехать в банк и заглянуть в свой мешок. Не знаю, сколько у меня осталось.

– Это меня не касается. Я подожду в этом баре. Если через час не вернешься, то можешь меня не искать.

– Договорились.

Она вышла из машины и прошмыгнула в дверь напротив. Конечно, история, в которую я впутался, потребует немалых расходов. Придется снять со счета все, что есть. Аванс Хэйзл я еще не отработал.

Остатков оказалось больше, чем я предполагал. Двести долларов я оставил на счету, а пятьдесят семь перекочевали в потертый бумажник. Вся процедура вместе с дорогой заняла у меня сорок минут. Когда я вернулся в бар, то своей осведомительницы там не застал. Несколько человек с заспанными лицами поглощали запоздалый завтрак. Я сел за столик и заказал блуждающему официанту бутылку пива.

Минут через пять красотка объявилась. Осмотревшись по сторонам, она прошла к моему столику и села.

– Мы что, в прятки играем? Раз, два, три, четыре, пять-я иду искать? Не тот случай!

– Кто тебя знает, может, ты копов решил привезти, а не деньги. Я не доверяю таким, как ты.

– Если бы мозгами шевелила, как задницей, тебе бы цены не было. Будешь рассказывать?

– Деньги при тебе?

– Карманы рвутся.

– Плата вперед.

– Ты уверена, что сама внушаешь доверие?

– Я согласилась говорить только потому, что уезжаю. Черта с два меня кто-нибудь найдет. Ладно. Закажи мне выпивку.

Я заказал двойную порцию виски.

– Гони монету!

– Уверена?

– Ты ведешь себя так, словно у тебя есть выбор.

– Половину. Вторую в конце.

– Идет.

Я положил на стол три пятерки, которые тут же исчезли в лифчике, размеры которого позволяли вместить мешок таких бумажек.

Официант принес виски, она выпила и потребовала еще. Я не возражал, но терпение мое иссякло.

– Мейкоп самый опасный тип из всех, кого я знала. С ним лучше не связываться. Его здесь побаиваются. Слышала, что он гангстер и заправляет крупными делами на севере.

– Откуда у тебя такие сведения?

– Я спала с его телохранителем. Тот еще головорез. У него даже в трусах револьвер вместо… Короче говоря, охраняют Мейкопа двое. Может, и другие еще есть, не знаю. Одного зовут Кит. Второй кореец, Ли. Тот больше ногами орудует. Видела однажды, как они отключили пятерых местных. Глазом моргнуть не успела. Кит и Ли ходят за Мейкопом, как тени. Сам Мейкоп приезжает сюда за товаром. За каким, не знаю.

– Ты слышала имя Кейлеба?

– Один раз. Кит приволок меня к себе в номер…

– Где они остановились?

– Не знаю. Он отвозил меня на машине. Какой-то мотель за городом. Привозил и увозил ночью. Я не очень-то следила за дорогой.

– Дальше.

Моя собеседница нервничала, будто впервые вышла на панель. Ее высокая грудь вздымалась, как у зобатого голубя.