Лето у моря - Анжелика Бронская

— Что происходит? — удивлялась по утрам Бланш. — Я совершенно не могу вас добудиться!

Еще бы! Вот уже почти месяц они засыпали с рассветом, каждую ночь предаваясь любви.

— Это климат, — пытался оправдаться он. — Лично на меня так влияет здешний климат. Никак не могу проснуться утром!

— А на меня — шум моря, — поддержала его кузина. — Все из-за него: с трудом засыпаю за полночь, потом не могу заставить себя подняться.

— Странно, — пожала плечами Бланш, — раньше я как-то этого не замечала.

— А он недавно стал на меня так влиять, я имею в виду климат, как-то внезапно обострился… — он нес полную чушь, понимая это по чересчур внимательному взгляду Бланш, которая уже открыла рот, чтобы кое-что прояснить для себя.

— В чем бы пойти на праздник? — кузина поспешила перевести разговор на безопасную тему.

— О, дорогая! Это очень важный вопрос! — оживилась Бланш. — Пойдем-ка посмотрим, чем мы, бедные девушки, располагаем в наших скудных гардеробах. Ведь праздник уже очень скоро, — и утащила кузину в свою комнату.

Решено было, что в поселок на торжество по случаю Дня Святого Варфоломея они пойдут пешком, тем более что это не так далеко от их коттеджа.

— Милые дамы! — взывал отец, полностью готовый и ожидающий их вместе с ним в столовой. — Поторопите своих парикмахеров, портных и кого-там-еще! А то все угощения съедят без нас.

— И все вино выпьют! — вторил он отцу.

— Мы идем! — крикнула Бланш откуда-то из недр второго этажа, и через минуту вместе с кузиной они появились на лестнице:

— Ну? Что скажете?

Отец присвистнул от восторга:

— Да-а, сын, этого стоило и подождать, не находишь?

Он восхищенно смотрел, как она в кружевном белом платье с пышной юбкой спускается вниз. Ее прекрасные руки и плечи были полностью обнажены, глубокий вырез корсажа открывал взору соблазнительную ложбинку на груди; длинные черные волосы распущены во всей своей красе, ни одного украшения — такая изысканная, ничем не прикрытая красота, от которой у него просто захватило дух.

— Боже мой! — вымолвил он.

Отец подтолкнул его:

— Повезло же нам сопровождать таких красавиц!

Бланш тоже была великолепна в своем темно-синем туалете с искусно уложенными волосами.

— Вперед! Уверен, нас ждет потрясающий вечер!

Бланш взяла отца под руку, а он молча сжал в руке ее пальчики, и они вышли из коттеджа…

Едва войдя в поселок, они сразу окунулись в атмосферу праздника и всеобщего веселья: на улице было полным-полно нарядных сельчан, которые смешались с такими же приехавшими на лето жителями городов, как и они, выделявшимися среди этой разношерстной толпы вечерними туалетами и дорогими костюмами. Люди пели, громко разговаривали, кое-кто уже танцевал, повсюду раздавался смех и детский гомон.

Деревья и кустарники на центральной и единственной площади поселка были украшены воздушными шарами и разноцветными гирляндами, которые должны были с наступлением темноты озарить все вокруг волшебным светом. Прямо на площади стояли шатры с различными аттракционами, палатки со сладостями, накрытые столы ломились под тяжестью всевозможных яств, которые каждый желающий мог продегустировать, вино лилось рекой, играла легкая, веселая музыка. Посреди площади и дети, и взрослые соревновались в перетягивании каната, бегали наперегонки в мешках: народ веселился от души.

— Идите, развлекайтесь! — сказал им отец. — А мы по-стариковски побродим тут, потом встретимся за столиком, вон у того дерева.

— Пойдем? — спросил он с улыбкой.