Симфония тьмы - Чингиз Абдуллаев

– Вы будете что-нибудь пить? – спросил Дронго.

– То же, что и вы, – улыбнулся незнакомец,показывая свои искусно сработанные дантистом зубы, – а так как вы ничегоне пьете, то давайте ограничимся кофе. Хотя нет, его вы тоже, кажется, нелюбите. Тогда лучше чай.

– Вы, наверное, изучали мои привычки, – усмехнулсяДронго, заказывая чай, – или это вы говорите специально, чтобы произвестивпечатление?

– Я говорю это специально, чтобы произвести на васвпечатление, – очень спокойно подтвердил незнакомец, – а заодно датьвам понять, с кем именно вы будете иметь дело.

– И с кем я буду иметь дело?

– С организацией, которая имела возможность узнать овас все. Вы бывший эксперт специального комитета ООН по вопросам преступности,один из лучших аналитиков мира, если не самый лучший, совмещающий часто своитеоретические изыскания с практической работой. В свое время именно с вашейпомощью были проведены крупные операции в Индонезии, Мексике, США. В 1988 годувы сумели предотвратить покушение на жизнь президентов США и СССР, получив приэтом тяжелое ранение. Потом некоторое время вы сотрудничали с разведкой.Выполняли их деликатные поручения. Работали в Европе и Америке. Я ничего непропустил?

– Нет, – Дронго уже ничему не удивлялся, – увас хороший архив. Я, правда, не знаю, чем обязан такому интересу с вашейстороны. Кстати, вы еще не представились.

– Рамеш Асанти, – улыбнулся незнакомец.

– Интересно, – вслух сказал Дронго, – ядумал, вы бывший гражданин СССР. Вы говорите на хорошем русском языке. Могупоспорить, что вы раньше жили где-нибудь в Средней Азии.

– Да, – улыбнулся Рамеш, – я вырос в Душанбе.Отец у меня был индусом, а мать – таджичка. Вы всегда так точно определяете?

– Нет. Просто Асанти – фамилия необычная. Ни отец, нимать не могли иметь такой фамилии. Верно?

– Я ношу фамилию отчима, – кивнул, явнозаинтересовавшись, Рамеш, – вы действительно интересный человек, мистерДронго. Я не думал, что вы так, с ходу, начнете демонстрировать свои способности.Это очень интересно.

– Могу добавить, что вы уже давно переехали из этойстраны и теперь в вашей речи ощутимо присутствует английский язык. Вы дажеговорите с английским акцентом. Но по тому, как вы со мной говорите, я понял,что вы живете в Америке. Я прав?

– Да. – Рамеш уже не удивлялся. Он толькопристально смотрел на своего собеседника. – Кажется, вы действительнопрекрасный аналитик, мистер Дронго.

Принесли чай и пирожные. Рамеш пододвинул к себе чашечку иположил два куска сахара. Дронго, не любивший пить чай с сахаром, взял однопирожное.

– И зачем я был нужен вам? – спросил он. – Вытак тщательно собирали обо мне весь этот материал, что скоро можете написатьмою биографию. Надеюсь, у вас нет такого намерения?

Рамеш оценил шутку.

– Нет, – сказал он, – я не собираюсь писать.Я уполномочен сделать вам необычное предложение. Мы хотели бы с вами немногопоработать.

– Это уже конкретнее. Кто это «мы»? Какую страну выпредставляете?

– Никакую, – покачал головой Рамеш, – мы неслужим ничьим интересам. Мы – благотворительная частная компания, занимающаясясвоими проблемами. Своеобразный фонд развития.

– И у этого фонда была возможность даже изучить моюбиографию?

– Да.

– Интересные возможности вашего фонда начинают меняинтриговать. И как называется ваш фонд?

– Фонд развития независимых демократий, –улыбнулся Рамеш.

– Никогда о таком не слышал. Где находится ваш центр?

– В Женеве. Филиалы есть в Буэнос-Айресе,Йоханнесбурге, Сиднее и Бангкоке.

– Значит, у вас интернациональная компания.

– Вы правильно все поняли.

– И как у вас идет работа с независимыми демократиями?Получается?

– Иногда да, иногда нет. Мы занимаемся чистотеоретическими изысканиями, не вмешиваясь в практические дела молодыхгосударств.

– И это понятно. Так чем я могу быть полезен вашемуФонду? И, если можно, вразумительно объясните, почему именно я? Вы прилетелиспециально из Америки, чтобы встретиться со мной? Не слишком ли это накладно?Или в Америке нет специалистов подобного уровня?

– Я отвечу на все вопросы, – сказал Рамеш,поставив чашку на стол, – я действительно вчера прилетел из Вашингтона. Идействительно хотел встретиться только с вами. У нас возникла проблема, решитькоторую можете вы. Именно вы, так как однажды вы уже справились с подобнойзадачей. Поэтому я и прилетел к вам.

– Что это за проблема?

Вместо ответа Рамеш достал из кармана фотографию, передал ееДронго.

– Вы знаете этого человека?

Дронго пригляделся.

– Кажется, я его видел. Да, я его знаю. Это АльфредШварцман. Профессиональный убийца по кличке Ястреб. Но он сидит в тюрьме. Егоарестовали в Бразилии в восемьдесят восьмом году.

– С вашей помощью, – уточнил Рамеш.

– Да. С моей. Его приговорили к двадцати годам, и онеще долго будет сидеть в тюрьме.

– Он сбежал, – возразил Рамеш, – и сейчаснаходится в Европе.

– Мне нужно его найти и вернуть на место, –усмехнулся Дронго. – Вы не считаете, что этим должен заниматься Интерпол?

– Не считаю. Дело в том, что, по нашим сведениям,Ястреб прилетел в Европу не просто так. Он готовит убийство.

– Опять какой-нибудь президент или премьер, –улыбнулся Дронго, – я в эти игры уже не играю. У каждого должностного лицаподобного ранга есть своя многочисленная охрана, государственные службы,разведка и контрразведка. Вот пусть эти профессионалы и занимаются охранойсвоего лидера. Я на роль палочки-выручалочки не подхожу. Надеюсь, вы помните,что означает это слово?

Рамеш не обиделся. Вместо этого он забрал фотографиюШварцмана и положил ее снова в карман. Потом достал другую, передавая ееДронго. Тот взял фотографию и долго смотрел. Этого человека он никогда невидел. За фортепиано в черном фраке сидел сравнительно молодой человек, летсорока – сорока пяти, и вдохновенно играл. Дронго перевернул фотографию.Никаких надписей не было. Он вернул ее Рамешу.

– Я не знаю этого человека. И никогда его не видел.

– Правильно, – кивнул Рамеш, – это ДжорджОсинский, американский композитор и исполнитель. В Европе его называют «вторымШопеном». Недавно в парижской Гранд-опера состоялась премьера его оперы.Говорят, это было незабываемое зрелище.

– Очень рад за Осинского. При чем тут он? И при чем тутя?

– Ястреб прилетел в Европу, чтобы убитьОсинского, – сообщил Рамеш.