Труп в холодильнике - Наталья Александрова

Синицкая ловко отскочила, вернулась за свой стол и задумчивопроговорила:

– Коленный рефлекс хороший, даже слишком. А головных болей увас не бывает?

– Да нет, пожалуй... – Надежда честнозадумалась. – Ну разве что при резкой перемене погоды...

На самом деле голова у Надежды болела крайне редко, дажесегодня, после вчерашних возлияний, она удивительн?? быстро пришла в себя, непонадобились никакие таблетки. Но надо же было что-то сказать этой Синицкой.

– При перемене... – повторила за ней психолог и что-точеркнула у себя в блокноте. – А не было у вас в последнее время стрессов,тяжелых переживаний?

Тут уж Надежде Николаевне действительно было над чемподумать. Она так часто попадала в какие-то криминальные истории, чтокакой-нибудь другой женщине одного такого эпизода хватило бы, чтобы испортитьнервную систему на всю оставшуюся жизнь, но ей самой это ничуть не портилонастроения, напротив, Надежде чего-то не хватало, если в ее жизни долго ничегоне происходило. Наверное, ее организм привык к повышенному содержаниюадреналина.

– Нет, пожалуй, последнее время у меня все в порядке.Никаких особенных стрессов.

– Могу вам только позавидовать. – Синицкая опять что-тозаписала в блокноте.

– Муж? – коротко спросила она через минуту.

– Что – муж? – в таком же тоне ответила Надежда.

– Какие у вас отношения с мужем? – пояснила психолог и кивнулана Надеждино обручальное кольцо.

– Нормальные, – сухо ответила Надежда, – муж кмоему визиту сюда не имеет отношения...

– Это вам повезло... – вздохнула Синицкая. –Большая часть моих клиенток озабочена именно семейными проблемами. Чего толькомне не приходилось выслушивать!..

– Только не я! – отрезала Надежда.

– А в детстве? Можете вы вспомнить какой-то эпизод из своегодетства, который оставил у вас в душе глубокий след? Какую-то психическуютравму?

Надежда Николаевна удивленно взглянула на психолога.

– Да-да, – повторила та. – Какой-то случай извашего детства, который остался в вашей душе...

Надежда вспомнила многочисленные эпизоды из американскихфильмов, где нервный клиент рассказывает мудрому, внимательному психоаналитику,как детская травма повлияла на всю его дальнейшую жизнь, из-за чего он сталбояться высоты или, наоборот, принялся с упорством, достойным лучшегоприменения, каждое полнолуние убивать старушек в черной шляпке... Так-так,стало быть, эта докторша тоже не чужда основам классического психоанализа. Нуеще бы – вон кушеточка-то у окна ожидает посетителя. И бюст на столе бронзовый– наверняка Зигмунд Фрейд, кому еще и быть-то!

Надежда Николаевна слабо разбиралась в психоанализе, но имяпрофессора Фрейда, конечно, слышала.

И тут Надежда решила подыграть Нелли Дмитриевне.

– Когда мне было то ли пять, то ли шесть лет, – началаона, – меня отправили на лето к родственникам в деревню Большие Бугрывозле города Ртищево Саратовской области. Там была речка, в саду росли чудесныеяблоки, возле дома толклись куры. И вот как-то я увидела, как моя тетя Варяпоймала одну курицу и отрубила ей голову. Я была так потрясена этим зрелищем!Мир в моих глазах перевернулся. Я убежала за сарай, спряталась в заросляхлопухов и проплакала там до обеда. Когда же меня позвали обедать и я увидела настоле куриную лапшу – мне стало еще хуже, и я дня два вообще ничего не моглаесть.

Надежда Николаевна подробно и очень красноречиво рассказалаСиницкой эту душещипательную историю, которую тут же на ходу выдумала, сама насебя поражаясь.

Не было у нее никакой тети Вари, и курочки любимой тоже небыло. Если на то пошло, то у родственников вообще не было никакой домашнейживности, кроме собаки. Муж хозяйки работал диспетчером на железной дороге, аона сама – учительницей в школе. Вот сад у них действительно был – яблоньтридцать, не меньше. У Надежды до сих пор встает иногда перед глазами этояблочное изобилие и слышится глухой стук падающих на землю плодов.

А вот интересно, как сам великий доктор Фрейд трактует падающиеяблоки? Но Надежда ни за что не расскажет про это Синицкой, вдруг та и вправдуразбирается в психоанализе и прочитает что-то такое в Надеждиной душе?

Надежда не слишком доверяла этой женщине, потому и выдумалаисторию по курочку.

Синицкая, похоже, ни о чем не догадалась, она оченьвнимательно выслушала Надежду, взглянула на бронзовый бюст, словно мысленнопосоветовавшись со своим великим учителем, и снова что-то записала у себя вблокноте.

– Да, – проговорила она наконец с явнымэнтузиазмом, – конечно, эта детская травма могла вызвать в вашем мозгуособый заместительный процесс. Вы стали забывать то, что по каким-то причинамвозвращало вас к тому детскому воспоминанию. Все, что могло так или иначенапомнить вам эту давнюю травму. Например, история с вчерашней блондинкой.Возможно, заместительный процесс включился от того, что та девушка была одета вкрасное, как и ваша тетя... или просто красный цвет ассоциируется у вас скровью...

«Вот интересно, – подумала Надежда Николаевна, –ведь я не говорила ей, что та девушка была одета в красное! Откуда же она этознает? Значит, она прекрасно знает, кого я имела в виду! Отлично помнит этублондинку! Почему же тогда она скрывает это от меня? А может, я все же сказалаей, что та девушка была в красном платье? Черт, говорила я ей это или неговорила? Не могу вспомнить! Ну вот, у меня действительно начались провалы впамяти!»

– Не расстраивайтесь, – Нелли Дмитриевна правильноугадала настроение Надежды Николаевны, – не сомневайтесь, мы вамобязательно поможем. Не скажу, что ваш случай простой, однако довольно частовстречающийся.

«Еще бы», – подумала Надежда и порадовалась, что ей такудачно пришла в голову мысль рассказать об убиенной курице.

– Вам нужно провести несколько сеансов, – НеллиДмитриевна кивнула на кушетку, – запишитесь у моей помощницы на удобноедля вас время. И не тревожьтесь, мы обязательно вернем вашу память в нормальноесостояние!

«Интересно, кто это мы, – с неудовольствием подумалаНадежда, разглядев сумму, которую ей придется выложить за первый прием упсихолога, – по-моему, там были только она и я, кого это еще я должнаоплачивать?»

И только на улице ей пришло в голову, что Синицкая,возможно, имела в виду профессора Зигмунда Фрейда.

Вечером Надежда пыталась приступить к мужу с расспросами. Ееинтересовало, как коллектив фирмы оценивает прошедшее мероприятие, не случилосьли на вечеринке ничего неординарного, и все ли после такого веселья вышли наработу.

Разумеется, ее расспросы не увенчались успехом, потому чтоСан Саныч, как всякий мужчина, уже позабыл про вчерашний праздник, тем болеечто директор уехал в командировку и на него свалилось все руководство фирмой.Только ему и дела было обсуждать, кто с кем вчера танцевал, кто сколько выпилда кто кого провожал!