Возвращение Мориарти - Джон Гарднер

— Вот как? — Мориарти вскинул бровь. — Впервые слышу. Так Пейджет, значит, теперь семейный во всех отношениях человек? — Он пристально взглянул на Спира, лишь теперь заметив, что уродливый, пересекающий щеку шрам придает его лицу выражение постоянного удивления.

— Ну, в церковь они не ходили, если вы про это. Но живет девушка здесь, у него.

— Она и сейчас здесь? — поинтересовался Профессор и холодно взглянул на Спира. — Меня беспокоит Моран. Оказывается, он представил мне далеко не полную картину. И что? Теперь полковник под арестом, и остается только гадать, что он там напоет о нас, чтобы не задержаться надолго в соляной кубышке.[19]

— Полковника, судя по всему, взяли с поличным, и соскочить с крючка ему теперь никакие откровения не помогут.

— Но он все равно может многое насвистеть. Ему ведь известно немало. Думаю…

Закончить мысль Профессор не успел — с лестницы донесся звук быстрых шагов, а секундой позже в комнату ворвался Пейджет. За ним с небольшим опозданием следовал Эмбер.

— Я только сейчас узнал, — выдохнул Пейджет. — Так это правда?

— Как и то, что солнце встает на востоке. А ты не спешил.

— Я сначала навестил Элтона в его пивнушке, в Клеркенвелле. Он согласен, но вам это обойдется недешево.

— Нам обойдется недешево, — поправил Мориарти, поднимаясь и потягиваясь у огня. — Дело это семейное, и я намерен вытащить братьев Джейкобс из Стила как можно скорее.

— Сделать можно. Элтон готов встретиться с вами в любое время — вы только назовите место.

— Что с Культяшкой и Питером?

— В Уайтчепеле.

— Оба?

— Оба. Прибрали к рукам пивную возле Коммершл-роуд. У них теперь четыре или пять ночлежек. Пару дюжин шлюх обложили. Встретил Слепого Фреда в «Ягненке и Ворсянке». Фред сказал, что за последние три месяца несколько раз жаловался полковнику, и тот обещал что-нибудь сделать, но так ничем и не помог. Нескольких наших сильно побили, и я точно знаю, что Культяшка брал деньги с пары притонов и еще дюжины ночлежек, к которым он никаким боком. Этот человек, Профессор, сущий трассено,[20]а не дон,[21]как вы.

Мориарти пропустил неуклюжий комплимент.

— Какие у него силы?

— Трудно сказать, но за ним, похоже, многие: громилы, карманники, взломщики. Большие дела делает.

Застывшее лицо Мориарти походило на маску печали. Все четверо «преторианцев» хорошо знали это выражение и чувствовали разлившееся в воздухе напряжение. Когда Профессор становился таким, каждый знал, что нужно быть настороже, следить за собой и держать язык за зубами. Если на Мориарти находило, он мог быть опасным, как ядовитая змея, а странное покачивание головы делалось более заметным.

— Это наша территория, и она была такой многие годы, — только и сказал Профессор.[22]

Остальные согласно кивнули.

— Так что с полковником, хозяин? — Лицо Пейджета выдало беспокойство.

— Да. — Голос Мориарти прозвучал еще мягче, чем обычно. — Действительно, что же с полковником, Пейджет? Чем, черт возьми, занимался полковник в мое отсутствие? Похоже на то, что полковник Моран уклонялся от обязанностей в ущерб общим интересам.

Спир переступил с ноги на ногу. Пришло время выразить верноподданнические чувства и будь что будет.

— Вашим интересам, Профессор.

Другие промямлили что-то в знак согласия.

— Общим! — прошипел Мориарти. — Если мы начнем терять свое, проигрывать и уступать, то пострадает в итоге вся семья.

— Полковник много времени проводил с девками. Большой был любитель этого дела.

— Я знаю, что он играл, а выигрыш спускал на женщин. В этом нет ничего плохого. У каждого свои слабости и свои увлечения. Плохо, когда удовольствия путают с делом. Я не получил ни одного отчета, в котором говорилось бы о Культяшке, Питере или Уайтчепеле. Если уж на то пошло, — Мориарти бросил взгляд на Пейджета, — мне вообще о многом не сообщали. Например, о том, что у тебя здесь жена. Уж об этом-то меня следовало бы известить.

Пейджет почти покраснел.

— Я думал, сэр, что вам об этом полковник скажет, — пробурчал он невнятно.

— Получается, что не сказал. Кто она, Пейджет? Надежная моллишер,[23]девчонка из борделя или кто?

— Она из деревни, сэр. Зовут Фанни Джонс. Я с ней год назад познакомился, когда она служила у одних богачей, сэра и леди Брэй. У них особняк на Парк-лейн, недалеко от того дома, где Адэра застрелили. Хозяева выгнали ее за какой-то пустяк. Не повезло. Дом Брэев она знала как свои пять пальцев, вот я и подумал, может, пригодится. Я еще думал, что из нее тоффер[24]получится, даже поговорил с Сэл Ходжес, но… ну, хозяин, вы же сами знаете, как это бывает…

— Я знаю, как это бывает, мой дорогой Пейджет. А с этой твоей Фанни я еще познакомлюсь со временем. Так за что ее уволили Брэи?

— Уволила ее леди Брэй, герцогиня. Фанни отлучилась на часок, ушла из дому вечерком навестить подругу. Дворецкий как-то прознал, что ее нет, и сообщил леди Брэй. А та сразу и выгнала. Выставила на улицу со всеми пожитками. Фанни хорошая девушка, хозяин.

Мориарти метнул взгляд в сторону Спира, который, верно его истолковав, осторожно посмотрел на Пейджета — не заметил ли тот. Профессор хотел, чтобы кто-нибудь порасспрашивал насчет Фанни, выяснил кто она откуда и что о ней говорят. Моран такими делами не занимался, и Спира основательность и дотошность Мориарти в какой-то степени порадовали.

Минуту-две все молчали. Мориарти, похоже, о чем-то задумался, остальные смотрели на него. Первым заговорил Пейджет.

— Профессор, если насчет полковника все правда, что ж нам теперь делать?

— И зачем только ему понадобился Холмс? Глупец, — задумчиво произнес Мориарти, переводя взгляд с Пейджета на Спира. — Неужели не понимает, как сильно мог навредить нам? И это после всего, что было, после всех наших с Холмсом договоренностей. Видит Бог, теперь Холмс может подумать, что это я нарушил перемирие. — Он помолчал, поглядывая из-под полуприкрытых век. — Что ж, судя по всему, полковника взял инспектор Лестрейд. Ясно, что…