Нигерийский синдром - Хельга Графф

Они встали и, попрощавшись, пошли к выходу, и лишь Марго на прощанье обняла меня и, крепко прижавшись, нежно поцеловала. Господи, может, она лесби?! Да не дай бог! За соседним столиком спиной к нам в одиночестве невозмутимо сидел Олежка, Ричарда не было. Очевидно, он вышел вслед за гостями во двор, чтобы окончательно убедиться, что все они уехали, а не выслеживают нас, как масаи добычу. Через десять минут доктор вернулся и сообщил, что вражеская группировка в полном составе благополучно отправилась восвояси.

Стоило обсудить предстоящие события, и по приезду в отель мы экстренно собрались в номере наших партнеров. Иван достал подслушивающе-записывающую аппаратуру и надел наушники. Как я поняла, весь разговор, состоявшийся между нами, после преподнесенного в качестве подарка браслета был зафиксирован системой – настоящим чудом российской техники!

– Значится так, – в предвкушении битвы потер ручонки Олег и обратился к Ване: – Иван, потом вместе с Ричем займешься разговорами, а сейчас обсудим путешествие на виллу.

– Хорошо, – сняв наушники, наш младший товарищ присоединился к нам.

– Встречу надо назначить… на послезавтра, – сказал Олег, – а завтра мы должны увидеться Флетчером. Катя, позвонишь Коко и скажешь, что мы готовы заплатить, но послезавтра. К поездке на виллу надо подготовиться. Мы с Ричардом поедем следом за вами и проследим за объектом с внешней стороны, а вы с Ольгой, – перешел старший на мое настоящее имя, – проведете разведку внутри дома. На вас будут скрытые камеры, мы тоже займемся съемкой.

От волнения меня кинуло в жар, лоб покрылся холодным потом, и я, сунув руку в карман, вытащила мой любимый носовой платок, чтобы вытереть им вспотевшее лицо. Неожиданно из кармана вслед за платочком выпал свернутый клочок бумажки… записка! Удивительно! И тут я вспомнила, как странно на прощанье прижалась ко мне всем телом Марго. Развернув в тревоге бумажку, вслух прочитала следующее: «Катя, нам надо поговорить. Рита». Значит… ее идиотское поведение – просто игра, спектакль для мафиозной тусовки?!

– Мне тоже показалось, – припомнил Иван нашу встречу с Маргаритой, – что она совсем не такая, какой представлялась там.

«Вот и женись на ней», – усмехнулась ревность.

– Думаю, ей что-то нужно от нас. Оля, звони Марго сегодня, хотя, может, это и рискованно. Нет… вот что… напиши sms, засекретив номер, что в определенное время, часиков этак в шесть вечера, будешь ждать на прежнем месте. Не подстава ли?! – заволновался офицер. – Подпись не делай. Рич, отвезешь ее в отель… Нет, я тоже поеду, подстрахую.

Ричард согласно кивнул головой, а я, засекретив номер, отправила сообщение о встрече. На ответ не рассчитывала, потому что мой номер не проявился, но надеялась, что на свидании Рита появится обязательно.

– Оля, то есть, черт, Катя, – чертыхнувшись, поправился Олег, – прощупай ее по вопросу перевербовки, чего хочет, нужны ли деньги и так далее.

О! Это у меня получается просто великолепно! Не успевает закончиться деловой разговор, а я, как правило, знаю о своем собеседнике многое, если не всё: его слабости и проблемы, состояние семейных дел и бизнеса, и уже понимаю, на какие рычаги нужно нажать, чтобы вопрос решился в нашу пользу. С Маргаритой, думаю, особых проблем не будет, если только она… не хитрая прожженная бестия, на которой и пробу ставить негде! Все же, надеюсь, что это не так. Я взялась за телефон и послала sms.

– Жених ей нужен. Может, кто-то из вас двоих даст Коко надежду?

– Какой еще, на хрен, жених?! – зарычал Олег. – Никаких даже ложных амуров! Запрещаю! Предложи ей «бабки».

– Сколько? – поинтересовалась я.

– В пределах разумного, – строго сказал Викентьевич, – а то пока дело до получения денег дойдет, с такими непредвиденными расходами и вовсе разоримся! На послезавтрашнюю операцию возьмете на всякий случай оружие, мало ли что!

Затем Иван позвонил англичанину.

Норман Флетчер, как рассказал нам Никита, был калиброванной гнидой в десятом колене. Он не гнушался ничем. В его послужном списке значились такие омерзительные вещи, как продажа в сексуальное рабство совсем юных девочек и мальчиков, и рейдерские наезды на иные, имеющие финансовый успех предприятия, которых здесь совсем немного, и активное посредничество в таких «актуальных» для дремучей Африки направлениях, как торговля оружием и наркотиками.

Надо же, и с такой мразью придется иметь дело! Как мы поняли, Флетчер был крайне опасным сукиным сыном, но имел лишь одно неоспоримое достоинство – всегда держать данное им слово. Он ни разу не кинул ни одного из тех, кто имел с ним деловые отношения, и, наверное поэтому стабильно держался на плаву, приумножая свое состояние. Часть его обширного бизнеса была в России, и мы надеялись, передав ему похищенные здесь миллионы, получить там эквивалентную сумму, оплатив, разумеется, за его услуги требуемый процент, но по совету Никиты ополовиненный.

Иван легко договорился с рисковым англичанином о встрече, предварительно предупредив его, что мы по рекомендации Никольского. Рандеву было назначено на завтрашний день, на 11:00, в резиденции грязного и мутного бизнесмена британского происхождения.

Уважаемый Олег Викентьевич, он же Семен, он же товарищ Петров, почесал макушку.

– Ричард, что-то хотел тебе сказать… да, а что там у нас с клетками и львами?

– Я говорил с Нкозана, всё в порядке, он готов продать. Вместе с клетками покупка обойдется в десять тысяч долларов.

– Не так уж и дорого. Пусть только для начала клетки отдаст и скажи ему, что их надо укрепить, чтобы по пути не развалились, так как груз отправится в Европу на судне.

– Хорошо, – согласился Рич, – клетки доставим завтра. У меня есть небольшой домик в тридцати километрах от Аккры, там мои проверенные люди и займутся тайниками.

Олег насторожился: