Все оттенки тьмы - Питер Робинсон

Несколько раз Бэнкс готов был набрать номер Софии, но все-таки удержался.

Во-первых, она сказала, что ей необходимо время, а во-вторых, судя по всему, уже нашла ему замену Ну что же. Такое частенько случается.

Бэнкс знал, что на момент расставания у кого-то из пары, как правило, уже есть кто-то еще. Иногда этот «кто-то» служил лишь поводом к разрыву, а серьезные отношения с ним не получались. Именно так вышло и с Сандрой. Правда, она все-таки вышла замуж за того ублюдка и даже родила ему ребенка. А вот с Энни все было иначе. Она бросила Бэнкса не ради кого-то еще. Она просто ушла.

Может, он и впрямь неверно все воспринял? Может, в этой встрече с блондинчиком не было ничего такого? Он никогда не узнает истину, если так и не решится спросить у самой Софии.

Переключив внимание на красное вино, Бэнкс наполнил бокал и направился на террасу. Он уже собрался с духом, чтобы все-таки ей позвонить, как вдруг услышал снаружи какой-то подозрительный шум. Похоже, кто-то открыл щеколду на воротах. Бэнкс затаил дыхание. Опять тот же звук. В саду кто-то прятался, в кустах. Бэнкс хотел схватить кухонный нож и идти на разведку, и тут в дверь террасы тихонько постучали. На улице давно стемнело, и сквозь матовое стекло Бэнкс не мог разобрать, кто же там за дверью. Стук повторился. Наконец Бэнкс подошел и взялся за ручку.

— Кто там? — спросил он. — Кто вы?

— Это я, — прошептал знакомый голос. — Дерек Ваймен. Впустите меня. Пожалуйста!

Бэнкс открыл, и Ваймен ввалился в дом. Даже в темноте было видно, что он промок до нитки.

— Ничего себе, — присвистнул Бэнкс, включив настольную лампу. — Вы только посмотрите на себя. Шпион, который явился с лютого холода.[15]

Ваймена трясло. Он так и стоял в проходе, а на полу собиралась лужица.

— Да заходите же. Надо бы, конечно, задать вам хорошую трепку, но лучше я поищу полотенце и сухую одежду. Выпьете чего-нибудь?

— Виски, и п-побольше, — клацая зубами, ответил Ваймен.

Прошли на кухню. Бэнкс налил Ваймену полный стакан «Беллс». Затем поднялись на второй этаж. Пока Бэнкс рылся в шкафу в поисках старых джинсов и рубашки, Ваймен растирался полотенцем в ванной. Рубашка села на Ваймена как родная. Джинсы оказались чуть коротки, но размер подходящий.

Потом они вернулись на террасу. Бэнкс подлил себе еще вина.

— Где же вы прятались? — спросил он, когда Ваймен уселся напротив.

С шеи Ваймена свисало полотенце. Будто он только что вышел из душа после забега на длинную дистанцию или после футбольного матча.

— В пустошах, — ответил Ваймен. — Я знаю эти места как свои пять пальцев. Много тут бродил когда-то.

— Мы думали, вы уехали в Хэррогейт, а там пересели на поезд.

— Была такая мысль, но потом я решил, что это слишком рискованно. Что именно на вокзалах они станут искать меня в первую очередь. — Ваймен трясущейся рукой поднес стакан ко рту и сделал большой глоток.

— Вы не торопитесь так. Успокойтесь. Вы ели?

Ваймен покачал головой.

— У меня есть карри, — предложил Бэнкс. — Не очень вкусное, но свежее.

— Спасибо.

На кухне Бэнкс подогрел в микроволновке карри и половинку лепешки наан, отнес тарелку Ваймену. Тот накинулся на еду и вмиг все уничтожил. С карри так быстро не управишься, но ему это удалось.

— Вы сказали «они», — продолжил разговор Бэнкс.

— Не понял?

— Вы сказали, что «они» будут проверять вокзалы. Не мы, полицейские, а именно «они».

— Ах, это. Ну да.

— Может, расскажете уже, почему сбежали? — предложил Бэнкс.

— Я увидел их у дома, — начал Ваймен. — Шпионов. Я как раз возвращался после дневного спектакля, хотел попить дома чаю. Они выносили вещи. Компьютер, бумаги, коробки. Неспроста ведь.

— Как вы узнали, что они из разведки? В конце концов, вещи выносить могли и полицейские.

— Мы уже встречались. Они тогда предупредили меня. Сказали, чего ждать.

— Когда это было?

— Накануне. В субботу, сразу после того, как я вышел из полицейского участка. Они поджидали меня в машине у площади. Усадили на заднее сиденье, в серединку. Парень и девушка. Выспрашивали, зачем вы меня вызывали, какое отношение я имел к смерти Лоуренса Сильберта. Они даже решили, что я связан с русской мафией, представляете? А увидев их у своего дома, я просто запаниковал.

— Видимо, до вас они добрались через Томасину, — сказал Бэнкс.

— Что вы имеете в виду?

— В пятницу утром они обыскали ее офис. Забрали большую часть документов. Читать им пришлось много, а ваша папка, судя по всему, лежала в самом конце. Наверное, до этой папки очередь дошла только в воскресенье, и тогда же попытались вас найти — но безуспешно.

— Как они вышли на Том Сэвидж?

— Каюсь, этому поспособствовал я. Вы обронили ее визитку в гостинице Мохаммеда, а он ее нашел.

— Вы ездили к Мохаммеду? Во время предыдущего нашего разговора вы ничего такого не говорили.

— Я много чего не говорил. Вам это знать было совсем не обязательно.

— А теперь?

— А теперь все эти сведения, возможно, помогут вам разобраться, что и почему.

Ваймен молчал, обдумывая его слова, и отпил еще виски. Руки у него дрожать перестали.

— Они знали, что я ездил в Россию, — наконец сказал он.

— Это не так-то сложно выяснить. Как только они увидели, что я вами заинтересовался, наверняка стали вас проверять. А потом еще и Томасина им попалась. А когда вы были в России?

— Четыре года назад. Ездил в Москву и Санкт-Петербург. Черт возьми, обычным туристом! Я долгие годы копил деньги на эту поездку. И поехал один, потому что Кэрол такие путешествия не интересуют. Ей бы поваляться на пляже, где-нибудь на Майорке. А я… я в восторге от русской культуры. Обожаю Чехова, Достоевского, Толстого, Чайковского, Шостаковича…

— Понял, понял, — прервал его Бэнкс. — Можете не перечислять. Я вас понял.

— Они сказали, что им все известно о моей поездке, — продолжил Ваймен. — И потребовали список людей, с которыми я встречался и разговаривал во время путешествия.

— И что вы им сказали?

— Правду. Что я ни с кем не встречался и не знакомился. Вернее, встречался, конечно, но так… Я ходил по музеям, галереям. Был в Большом театре, в Кремле. Гулял по улицам.

— А они что?

— Не поверили мне. Сказали, что еще вернутся. И добавили — если выяснится, что я вру, мне не поздоровится. Я лишусь и работы, и семьи. В общем, это было ужасно. И когда в воскресенье я увидел их возле дома, то страшно перепугался. Но скоро у меня кончился бензин. Я зашел в бар, подумать и выпить пару стаканчиков. Сообразил, что в первую очередь они будут искать мою машину, потому и решил дальше идти пешком. С тех пор я, как дикарь, жил в пустошах. Потом вспомнил про вас — вы показались мне порядочным человеком. Честным. И я тогда еще подумал — если кто и сможет разгрести все это, так это вы. Мистер Бэнкс, я ведь не совершал никаких преступлений. Я ни в чем не виноват.