Школа суперменов - Сергей Гайдуков

Настя прошла мимо стойки администратора, потом помахала гостиничной карточкой перед лицом охранника, а потом...

Потом она развернулась, снова прошла мимо охранника, снова мимо администратора и остановилась у отгороженного стеклом закутка с надписью «Трансагентство».

«Зря я приехала, — подумала она. — Я все равно ничего не смогу ему сказать. И тем более не смогу ничего изменить. Слишком поздно».

— У вас есть билеты на сегодня? — спросила она крашеную блондинку по другую сторону стекла.

— Какие билеты? — не поняла блондинка.

— Билеты, чтобы уехать отсюда.

«Все это было ошибкой. Большой глупой ошибкой, которые случаются, когда насмотришься ночных кошмаров. С чего это ты решила, что здесь тебе станет легче? Даже если ты расскажешь то, что ты знаешь, — кому от этого станет легче? Тебе? Ему? Родителям Димки? Нет, легче никому не станет. Станет только тяжелее...»

— А, понятно, — сказала блондинка. — Поезд или самолет?

— Поезд.

Денег у нее осталось немного, хотя, конечно же, самолетом было бы лучше — тогда она покинула бы Волчанск с большей скоростью.

— Понятно. И куда?

— Извините?

— Ну, понятно, что вы уезжаете отсюда. А куда вы едете?

«Мне абсолютно все равно. Мне наплевать. Мне некуда ехать, но мне нельзя оставаться здесь...»

— Так что? Куда вы едете?

— Куда-нибудь.

— Девушка, ну так же нельзя. Вот посмотрите расписание поездов, там, на стеночке, выберите, определитесь. Тогда я что-нибудь смогу для вас сделать. А так...

Настя неохотно поворачивается к стенду с расписанием поездов («Ну что я там буду смотреть? Дала бы билет на первый попавшийся поезд — и дело с концом...») и видит:

Мимо администратора проходит несколько молодых парней...

Один мужчина в годах, он как будто главный...

Лотом идет девушка...

Настя узнает ее — это она подходила к ней в кафе и спрашивала сигаретку. А потом они болтали.

Девушка сейчас одета странно — желтые пижамные штаны, тапочки, свитер. Не слишком подходит для прогулок под дождем, а направляется вся эта группа людей именно к выходу.

Настя внимательнее смотрит на девушку — почему-то на ней нет очков — и видит у нее под глазом синяк, которого вчера не было. И еще она видит:

Здоровый мужик, который замыкает процессию, одной рукой держит девушку повыше локтя, а другую положил ей сзади на шею. Эта большая сильная мужская рука смыкается вокруг шеи, словно ошейник, словно удавка, словно...

Эта картина внезапно накладывается на другую картину — ненавистную, пугающую, невероятно реалистичную, хотя и вышедшую из ночного кошмара. Но сейчас перед глазами Насти она всплывает среди бела дня, и она реалистичнее, чем когда-либо...

Он приближается к девочке вплотную — большой темный человек с чужим запахом и сильными руками. Потом заходит ей за спину и кладет ладони на плечи. Его ладони — широкие и тяжелые.

Сцепленные вместе, они составляют надежный ошейник, сомкнувшийся вокруг детской шеи.

— Молчишь. Ничего не говоришь. И ничего не делаешь. Хорошо. Я подожду. Раз такое дело, я подожду.

И очередная темная капля бьет в пол...

Пальцы на плечах маленькой девочки сливаются с пальцами, обхватившими шею блондинки Лены...

И эти же пальцы Настя чувствует на своих плечах. Они жгут! Они впиваются в ее кожу, продавливают ее до костей...

И Настя вспоминает: девочка — это она. Мужчина за ее спиной — это Посланник. Мертвая старая женщина рядом — ее бабушка. Это никогда не было сном. Это всегда было частью ее, Насти, настоящей жизни.

Когда она это понимает, то ей на плечи словно падает гигантский груз, придавливающий ее к земле, вбивающий ее в землю по горло и не дающий подняться. Это уже слишком. Это уже слишком, с ней не имеют право делать такое, и тогда Настя начинает кричать...

— Вы не имеете права с ней это делать! Отпустите ее! Немедленно отпустите ее, сволочи! Гады!

И еще она кричит:

— Убийцы!!