Майор Ветров - Николай Чергинец

Все прекрасно понимали, что в этом доме даже стены могут слышать, поэтому дискуссий не было. Роман одобрительно подумал, что у каждого из его друзей давно готова легенда. Поэтому, устроившись у краешка стола, тихо пробормотал себе под нос:

— Стоит ли ассенизатору советовать окунуться в работу с головой?

Прошло ровно полчаса, и появился Васнецов. С ним была довольно симпатичная женщина лет тридцати пяти. При виде нее у всех прибывших вытянулись лица: дама была в форме капитана милиции. Она сразу поняла причину смятения и, сверкая своими голубыми глазами, весело произнесла:

— Ну, что приуныли, мужики? Живого милиционера не видели, что ли? Решили, наверное, что вязать сейчас будут? Не волнуйтесь, здесь все свои — одной веры. Думаю, что Василий Кириллович объяснит. Вы написали свои данные? Давайте их мне, а сами по одному спускайтесь в столовую, там вас ждет дама с фотоаппаратом. Она сфотографирует вас для паспорта.

Васнецов ткнул пальцем в Ветрова:

— Ты старший?

— Вроде бы, — хмуро ответил Роман.

Одного взгляда на этого здорового, с крепкой тренированной фигурой мужика Роману оказалось достаточно, чтобы понять, что перед ним готовый на все человек. Взгляд жесткий, ненавидящий и самоуверенный.

«Возможно, даже в десанте или спецназе служил».

— В армии служил?

— Довелось, а что? — несколько вызывающе ответил Роман.

— Иди, сделай фотку первым и заходи ко мне в комнату, тебе покажут, потолкуем.

Минут через пять Роман в сопровождении одного из тех, кто их обслуживал во время обеда, появился в дальней комнате. На диване у журнального столика расселся Васнецов. Он кивнул на одно из двух стоящих напротив кресел:

— Проходи, садись.

Роман, стараясь сохранять независимый вид, сел.

— Я не спрашиваю, кто ты на самом деле. Хочу знать, воевал ли ты?

— Конечно.

— У кого в отряде?

— Я был в нескольких отрядах, во многих боях участвовал и многих к Аллаху отправил. Думаю, тебе лучше у нашего общего шефа спросить.

— Уже спросил. А чего ты такой ершистый?

— А ничего… Мне было поручено работу сделать, оказать тебе помощь, а не сдавать экзамен или проходить детектор лжи.

— А здесь и нет никакого детектора лжи, — впервые чуть улыбнулся Васнецов. — Должен же я знать хоть минимум какой-то о людях, с которыми придется, возможно, жизнью рисковать. Не из этого журнала я все узнаю, — Васнецов со столика взял в руки журнал «Здоровье». — Читаешь этот интересный журнал?

— Нет.

— Почему?

— А потому, что не могу ответить на один вопрос.

— Какой вопрос?

— Почему журнал, который пишет только о болезнях, назван «Здоровье»?

— Да, это так, — опять улыбнулся Васнецов. — А ты наблюдательный, умеешь анализировать. Не любопытный…

— А я любопытным говорю: в Грозном кроме театра боевых действий других театров нет.

— Не совсем. Один рынок чего стоит.

Роман хорошо понимал, что ему удалось взять инициативу в свои руки и что Васнецов снизил накал настырности и стал вести беседу более уважительно. Поэтому Роман тоже чуть понизил уровень своей агрессивности. Васнецов уже вполне миролюбиво спросил:

— Как я понял, вам всем еще не удалось отдохнуть, побриться. Хотя, судя по блеску твоих зубов, можно подумать, что ты их уже почистил. Как сохранил их здоровыми?

— А я придерживаюсь трех основных правил для здоровья своих зубов, — тоже улыбнулся Роман.

— И что это за правила?

— Чистить зубы два раза в день, регулярно посещать стоматолога и не совать нос не в свои дела, — повторил Роман свой любимый анекдот.

Они оба хохотнули, и Роман добавил:

— Хотя, сам знаешь, в горах это делать, за исключением третьего правила, невозможно, — и Роман сразу же сменил тему. — Мне шеф сказал, что задачу ты поставишь на месте. Хочу сказать — мы готовы.

— Твои люди надежные?

— В деле проверены.

— Мусульмане?

— Двое — да. Я и два других, они из России, — пока нет. Возвратимся в горы — примем ислам.

— Это хорошо, — кивнул головой Васнецов. Он сразу же подумал о своем плане создать из славян свой отряд: «Может, и этих мужиков прибрать к рукам?» — Хорошо, — повторил он. — Давай о деле поговорим. Мы вашу пятерку оставим в этом доме, была у меня мысль поселить вас в другом домишке. Там мы оружие храним. Но ситуация в городе несколько обострилась. Поэтому я решил поселить вас на одной из дач Багдасарова. Стоит в лесочке, дом зарегистрирован несколько лет назад на человека, который переехал в другой город. Место тихое, спокойное, если понадобится, можно подходы надежно контролировать. Только что одна из машин повезла двоих бывших прокурорских работников, которые находились здесь же, где сейчас вы находитесь.

У Романа все внутри напряглось: «Не о тех ли перевертышах прокурорских, что меня пытались замочить, он говорит?» Но виду не подал. Спросил:

— А когда на дело пойдем?

— Евлаев не сказал?

— Я же говорил: мне было сказано, что задачу мы получим на месте.

— Да-да. Будем брать колонию особо строгого режима и освобождать пятьдесят пять — пятьдесят семь моджахедов — воинов Аллаха. По-моему, все подготовлено. Но надо еще и еще раз все просчитать. Это не просто колония — крепость. Надо все слабые звенья определить.

— Самое слабое место любой крепости — это ее защитники.

— Вот-вот, мы и решали эту проблему все последнее время, подобрали ряд защитников этой крепости, верных нам, но есть несколько вопросов, которые необходимо решить срочно, — и Васнецов рассказал о поджоге здания ОВИРа и о Соловьевой. — Понимаешь, эта баба в звании капитана милиции сделала свое дело и сейчас является слабым звеном в нашей цепочке. Я бы сказал, ненужным, опасным для нас звеном. Сейчас она в военном госпитале, язва разыгралась. Мы боимся, как бы не раскололась и не сдала Веру и Антонину, ты их уже сегодня видел. Они надежные люди, и нам нельзя допустить, чтобы они из-за этой Соловьевой погорели. В операции в колонии им отведена одна из главных ролей. Я принял решение покончить с Соловьевой. Сейчас думаю, кому поручить.

— Могу я или кто-либо из моих людей это сделать, — безразличным тоном предложил Роман.

— Спасибо, — искренне произнес Васнецов, — но у тебя, друг, еще нет надежных документов. Ксив нет и у твоих людей. Поэтому я поручу эту работу другому.

— Как решишь. Но мой Магомед умеет беззвучно и быстро отрезать головы. Опыт у него большой.

— Хорошо, посмотрим. Ты прав, на такое дело далеко не каждого пошлешь. Как ты назвался в справке для паспорта?