Траурный эндшпиль - RedDetonator

«В след раз маску нацепи, а то я не поняла сразу, что это ты»

«Что делал слон, когда пришёл Наполеон?»

«Сегодня видел, как „Бригада“ перестреливалась с красными на Большом проспекте! Прямо как в боевике! Йоу, у меня же видео есть! Пацаны, сейчас всё будет!»

«Чума! Просто чума! Я превращаюсь в твоего фаната, Маска!»

«Бригада дофига болтала и вот, нате…»

«Да, ГоПроха нужна, чел!»

«ГоПро, ГоПро, ГоПро!»

«Донаты подруби на ГоПрошку!»

«А, мой косяк, чувак».

«Извянки».

«Вали сук! Так и надо с этими обмудками!»

«Дмитрий, вы делаете хорошее дело!»

«Псих, ты даже не понял, как глубоко погрузил себя в жопу этим видосом».

«Теперь мы будем искать тебя и лучше тебе не попадаться нам живьём».

Идея с «ГоПро», конечно…

С другой стороны…

Нет, ну его…

Зазвонил телефон.

— Слушаю тебя, Вадим, — ответил я на вызов.

— Блин, крутяк! — раздалось из динамика. — Ты сейчас, наверное, дебаффнул всю «Бригаду»! Они полюбас сидят на твоём канале!

— На то и расчёт, — ответил я с усмешкой. — Долго я не касался инфополя, пора восстанавливать свою репутацию и позитивно влиять на Питер.

— Ты отлично стартовал! — заверил меня Вадим. — Уже шесть тысяч подписчиков! Меньше чем за шесть часов! Даже до Апока это было бы отличным результатом!

В Инсте у меня было около двухсот тысяч подписчиков. На моём ютубовском канале было около восьми тысяч, но зато видео с интервью на раскрученных каналах набирали стабильно по полтора-два миллиона просмотров. Тогда надо было лишь правильно реализовать мою популярность, может быть, сделать коллаборацию с известными блогерами и раскрутить канал. Хотя надо понимать, что известность в интернете не гарантирует новые роли в кино, но тоже не лишняя. Эх, как же всё просто было до Апокалипсиса…

Обидно, что я не успел. Просто не успел.

— А чего, реально ты этих всех завалил? — спросил вдруг Вадим.

— Ну, восьмерых положили ополченцы, а остальных я, — сообщил я ему. — Повезло, что суперы были слишком заняты, ну и слабосилками они оказались.

— Всё равно крутяк! — не согласился Вадим. — Ладно, мне пора, а то я же тут на стене караулю…

— Ладно, до связи, — ответил я.

Пока говорил с Вадимом, набежало уже семьсот комментариев, но читать я их не стал, а вместо этого надиктовал голосовое сообщение:

— Уважаемые подписчики и слушатели, сегодня вечером, к двадцати одному ноль-ноль, будет подкаст, в котором я расскажу о прошлых событиях и отвечу на вопросы слушателей. Вопросы задавайте сейчас, постараюсь ответить на самые интересные.

Закончив с самопиаром, пошёл искать майора Липина.

— Готовы продолжать? — спросил я, когда застал его в окружении сержантского состава.

Сейчас такая обстановка, что офицеров днём с огнём не сыщешь, а вот сержантов и рядовых хватает. Поэтому-то и не стоит удивляться тому, что целый майор в отставке стал командовать формированием численностью не более полуроты.

— Да, — ответил Липин. — Поступил приказ выдвигаться к сухому доку, встретиться там с «Красным-14» и вместе штурмовать сорок третье здание шестнадцатого корпуса. Туда приведут Рентгена, поэтому мы будем точно знать, где находятся враги. И, вот.

Он передал мне пенал, в котором лежат какие-то колбочки.

— Вот это нужно положить в карман, что Рентген видел, что это свой, — пояснил майор. — У моих у всех есть, а тебя он может принять за врага, что внесёт ненужную сумятицу.

Геннадий Павлович, ветеран Сирийской кампании, полноценно разобрался с «Рентгеновским зрением», которое заменило ему утраченное зрение, поэтому сейчас нехило так помогал с обороной и атакой. От него не скрыться, мимо не проскользнуть, поэтому граница, как говорится, на замке.

Вот и сейчас его отправили на важное направление и он помогает ополчению быстро выявлять засады и прячущихся противников, что должно делать вскрытие обороны бригадников комфортным и необременительным делом…

Полагаю, в колбочке находится рентгеноконтрастное вещество, чтобы Геннадий Павлович всегда знал, что это наши.

— Там цепочка, поэтому повесь на шею, — попросил майор. — Чтобы вопросов лишних не возникало. Хотя тебя, с твоими доспехами, не перепутать, конечно.

Делаю, как он говорит, потому что мне нетрудно и не хочется вносить неразбериху.

— В боевой ордер! — приказал Липин. — Смотреть по сторонам, сообщать о любых подозрительных вещах!

— Я буду впереди идти, — предложил я. — Так надёжнее.

— Давай, — разрешил майор после недолгой паузы. — Приложение рации есть?

— Есть, — киваю я.

— Тогда вот частота, — показал он мне экран своего телефона. — Наушники обязательно.

Пришлось снимать шлем и втыкать в левое ухо наушник, после чего подключаться к указанному каналу в приложении. Кто тот гений, что первым догадался использовать пока ещё не сдохший интернет в качестве средства оперативной связи?

Да, на ранних этапах для групповых переговоров использовался Дискорд, но он сдох вместе с европейскими серверами, поэтому кто-то разработал приложение на базе чего-то отечественного, что лежало на местных серверах и теперь вот есть нормальная и очень сложная для перехвата связь…

Иду по территории завода и с сожалением оглядываю всё это великолепие, которое неизбежно обречено на увядание. Здесь больше не будут делать ледоколы, потому что потребность в подобных судах появится очень нескоро, здесь не будут работать люди, потому что нужного количества специалистов не будет сотни лет. Думаю, мы «переварим» этот завод на металлолом и цветмет, потому что так будет хоть какая-то польза.

Подходим к сухому доку и видим «Якутию», ледокол, который не будет спущен на воду, хотя почти готов к этому. Но «почти» сегодня и до Апокалипсиса — это совершенно разные понятия…

— Вон они, — указал майор на группу ополченцев, после чего приблизил к себе микрофон наушников. — Красный-23, Красный-14 — вижу вас.

— Видим тебя, Красный-23, — услышал я в наушнике. — Подходите.

Приближаемся к отряду из, примерно, пятидесяти ополченцев. А они наблюдают за цехом, из которого поглядывают вооружённые люди. Дистанция слишком большая, между нами куча искусственных препятствий, поэтому перестрелку никто не затевает.

— Здоров, майор, — вышел к нам мужчина в форме ВС РФ и в тяжёлом бронежилете.

На голове его шлем К6−3, который с лицевой маской из титана и поликарбонатного стекла. Я специально не интересовался, но выглядит он так, будто способен удержать пистолетную пулю.

— Здоров, капитан, — улыбнулся ему Липин. — Дмитрий, это капитан Александр Филиппович Грабин.

— Да