Святое возмездие - Михаил Серегин

– Похоже, – согласился священник и только тут почувствовал, что его трясет.

Они прошли к исмаиловской «Тойоте», забрались внутрь, и мулла повернул ключ зажигания.

– Надо фээсбэшников предупредить, – произнес отец Василий.

– Ты что такое говоришь?! – развернулся к нему Исмаил. – Ты что, всерьез хочешь этим козлам стукануть?!

– Почему козлам? – не согласился отец Василий. – А кто еще, по-твоему, должен этим заниматься? Или ты хочешь, чтобы сомовская братва и дальше бал правила?

– Только не ФСБ! – решительно затряс головой Исмаил, тронул машину и вывернул на Северное шоссе. – С меня хватит одной попытки расстрела!

Он никак не мог забыть утреннюю погоню.

– Никто тебя убить не хотел! – раздраженно сказал священник. – Хотели бы, так убили!

– Вот говорит в тебе ментовское прошлое! – цокнул языком Исмаил. – Ты не обижайся, Мишаня, но мусором ты был, мусором и остался!

– Да ты на себя посмотри! – взорвался отец Василий. – Террористов покрываешь! С Ибрагимом этим подозрительным связи держишь! Понятно, что тебе менты не по сердцу! А кто людей будет от таких, как Махмуд, защищать?! Ибрагим твой?!

– Ой-ой-ой! – скорчил рожу мулла и дерзко обошел неторопливо едущий «BMW». – А то, можно подумать, много твои менты людей защитили! Где они были, когда я на цепи сидел? А?! Правильно! Они других граждан Федерации другим рабовладельцам продавали!

– А! – махнул рукой отец Василий. – С тобой не договоришься! Куда ты едешь?! Отвези меня к телефону!

– Я еду домой, а телефон в бардачке.

Священник пошарил в бардачке, нащупал мобильник и набрал номер приемной Карнаухова.

– Михаил Иванович? – сразу узнала его секретарша. – Вы извините, но Олег Николаевич велел с вами не соединять.

Отец Василий непонимающе тряхнул головой, и вдруг его осенило.

– Скажите, что это срочно и касается Махмуда.

– Хорошо, я попробую…

Священник шумно выдохнул и откинулся на спинку сиденья. Сейчас он узнает, имеет ли Карнаухов ко всему этому бардаку отношение. Если не имеет, то трубку не возьмет и говорить с ним не будет.

– Я слушаю, – прозвучал раздраженный голос главного чекиста района.

– Олег Николаевич, сомовская братва только что захватила торговца оружием Махмуда, – скороговоркой выпалил священник.

– Какого такого Махмуда?! Что вы мне голову морочите?! – заорал Карнаухов. – Я скоро с ума сойду от вашей мании конспирации! Дайте мне спокойно работать!

В трубке пошли гудки.

– Вот видишь, – усмехнулся мулла и еле успел уйти на свою полосу от идущего в лоб и отчаянно сигналящего «КамАЗа». – Козлы они эти твои менты да чекисты. Только поэтому мафия и бессмертна.

Отец Василий отвернулся. Его душили слезы обиды.

* * *

Мулла вывел машину на трассу и, посвистывая, помчался к Усть-Кудеяру. Оба молчали. Отец Василий прикрыл глаза и отвалился на спинку. Ему было тяжело от такой реакции Карнаухова, но еще тяжелее он переживал эту дурацкую ссору с Исмаилом.

– Ты не сердись, Мишаня, – первым нарушил молчание мулла. – Но только ты порой, честное слово, как ребенок себя ведешь. Как наивный десятилетний подросток.

– Куда ты так гонишь? – вздохнул священник. Он и сам знал, что это правда.

– Пробую Купона догнать. Он не мог далеко оторваться.

– А почему ты думаешь, что они в Усть-Кудеяр направились? По-моему, логичнее к Сомову.

– Не-ет! – засмеялся мулла. – От Ибрагима и сразу к Пал Палычу? Это вряд ли. Пал Палыч не такой дурак. И, кроме того, все концы все одно к нам ведут, разве ты еще не понял?

* * *

Они нагнали Купона уже в полной темноте, у самого въезда в Усть-Кудеяр. Сначала отец Василий сомневался, тот ли это джип, но когда они подошли ближе, сомнения рассеялись – за рулем сидел сам Купон-Вениамин. Мулла почти сразу же благоразумно отстал и спрятался за идущим в хвосте бандитского джипа «Опелем».

Некоторое время все так и шло. Впереди джип, за ним «Опель», а уж за ним Исмаил со священником на «Тойоте». Но на съезде в усть-кудеярский овраг джип притормозил и резко повернул на сбегающую вниз грунтовку.

– Дай-ка мне телефон, – попросил мулла.

Немного поуспокоившийся отец Василий протянул трубку.

Исмаил начал набирать номер.

– Але, – не своим, каким-то тоненьким голоском пропищал он в трубку. – Это Виктор Сергеевич?

«Кому он звонит?» – подумал священник. Он знал только одного Виктора Сергеевича – Бугрова, но нелюбовь муллы к патриотам была ему известна, так что вряд ли он звонит Бугрову…

– Господин Бугров? Это доброжелатель вам телефонирует… Тут эта… в овраге ваши ребятишки с чехами хотят сцепиться. Ну, что я, без глаз, что ли? Ваши на «уазике» приехали, а чехи на джипе…

– Ты что делаешь, гад?! – возмутился отец Василий. – Отдай трубку! Отдай, я сказал!

Исмаил увернулся, крутнул рулем, и священника отбросило к дверце.

– У чехов «Мерседес» номер шесть семь три… – сказал он и преспокойно отдал телефон священнику.

Отец Василий тут же принялся набирать бугровский номер. Но было уже поздно. Там постоянно шли короткие гудки. Виктор Сергеевич, видимо, времени не терял и собирал своих старших воспитанников. А потом Бугров со товарищи будут по всему оврагу искать набитый чеченцами джип, чтобы предотвратить или остановить несуществующую драку. А нарвется на Купона.

– Ты же столько людей только что подставил!

– С волками жить – по-волчьи выть, – парировал мулла. – А ты как поступаешь? Ах, Россия в опасности! – придурочным голосом спародировал он священника. – Ах, я спасу Россию! И стук-стук чекистам…

Отец Василий молча отвернулся к окну.

– Пойми, Мишаня, – уже совсем другим голосом сказал мулла. – Это, может быть, единственный шанс для меня вытащить Махмуда из этой мясорубки, представить его пред светлы очи старших товарищей и успокоить муфтия.

Отец Василий вздохнул и повернулся к Исмаилу.

– Это твой шкурный интерес. А Бугров-то здесь при чем?

Отец Василий уже с десяток раз пожалел, что подкинул мулле саму эту идею – представить посланцам муфтия Махмуда. Но камень был брошен, и теперь по воде пошли круги.

Они крались с погашенными фарами вслед за джипом, чтобы не привлечь внимания купоновских братков, но потом джип несколько раз мигнул, и мулла свернул с дороги в кусты и заглушил двигатель.

– Теперь пешком, – сказал он. – Ты как, со мной?

Священник вздохнул. Как бы они ни ругались, оставлять Исмаила одного он не хотел.

– Брось этого Махмуда разбираться самого, – тихо предложил он. – Сам наворотил, пусть сам и расхлебывает. А с муфтием как-нибудь договоришься. Не зверь же он, должен понять…