Игры шайтана - Александр Тамоников

Но огневой налет, проведенный перед атакой, дал лишь половинчатый эффект, разрушив лишь тыловую часть здания, разделенного надвое коридором первого этажа, подвал же не пострадал вообще. Поэтому часть живой силы противника уцелела и вступила в бой. Из третьего окна первого этажа ударил автомат, следом за ним – второй. Со второго этажа тоже велась стрельба. На время вышли из строя два бойца «Грома», получившие болевой шок от попадания пуль в бронекостюмы.

На огонь противника группа с ходу ответила еще одним залпом гранатометов. Стрельба из здания на мгновение прекратилась, и этого мгновения хватило, чтобы восемь бойцов Марканова прорвались к самому зданию. Отложив разряженные гранатометы, приведя в готовность автоматы «ВАЛ», бойцы «Грома» ринулись в проемы окон первого этажа, предварительно метнув туда гранаты «Ф-1».

Этаж встретил их сплошной дымовой завесой, гарью, стонами. Трое из группы поднялись на второй этаж, где их при выходе в коридор встретил длинной очередью автоматчик-одиночка. Видимо, раненый вел огонь неприцельно, и пули ушли в потолок, и все же бойцам Марканова пришлось вернуться из коридора в комнаты. Применив «Ф-1», одиночку заставили замолчать. В комнатах были обнаружены трупы четырех охранников-кавказцев и двух женщин, попавших под первый кумулятивный обстрел.

Марканова вызвал Цурман:

– Крайние дома заняты. Боевиков нет.

– Оставайся там. Контролируй подходы к дому со стороны аула.

– У тебя как, командир?

– Этажи зачищены, иду в подвал. Следи за обстановкой в ауле.

– Понял.

Марканов с четырьмя бойцами вышел к наглухо закрытой металлической двери в подвал.

– Командир, дверь сейфовая, – доложил один из подчиненных.

– Вижу. А ну-ка, попробуй пробить замок из «гюрзы».

Прапорщик достал бронебойный пистолет, сделал пять выстрелов. Пули пробили броневой сплав, сбили замок, но дверь осталась закрытой.

– Засовы, товарищ капитан.

– Засовы, – согласился Марканов, – давай-ка сюда сапера.

Вскоре прибыл лейтенант Мягков, штатный сапер подразделения. Во время штурма он находился в группе Топилина.

– Саша, – обратился к нему Марканов, – оприходовать эту дверь сможешь?

– Без проблем, товарищ капитан.

– Тогда работай.

Мягков достал из заплечного ранца магнитные мины направленного действия, прикрепил к углам двери. Вывел провода на единый пульт.

– Рвем, командир?

– Рвем.

Лейтенант выставил время на таймере в двадцать секунд.

– Уходим наверх, капитан.

Группа поднялась по небольшой лестнице на первый этаж. Мягков, включив таймер, последовал за ними.

Через двадцать секунд раздался взрыв, потрясший дом, и клубы дыма заволокли лестницу.

– Внимание! Пока не рассеялся дым, вперед в коридор. Я с Николаевым вправо, к рабам. Снимаю охрану, если она осталась. Колбин с Серегиным влево, к лаборатории. И по полу, по полу. Вдоль стен. Мягкову оставаться на месте. Все, пошли.

Марканов первым ринулся в дымовую завесу. Споткнувшись о бетонный бордюр, понял, что это вход в коридор. Рванулся вперед и вправо, упав на усеянный бетонной крошкой пол, откатываясь к стене. Следом его маневр повторил и прапорщик Николаев, откатившийся к противоположной стене достаточно широкого коридора. Колбин и Серегин прорвались на левую сторону, тоже заняв позиции у стен. Каждый выставил перед собой свой «ВАЛ», готовый в любой момент открыть огонь.

Тут по внутренней связи, вмонтированной в бронешлемы, Марканова вызвал пост с первого этажа:

– Командир, я – Сухов, первый этаж.

– Чего тебе? – тихо спросил капитан.

– Аул ожил. Наблюдаем из окна скопление вооруженных людей у мечети.

– Много их?

– Черт его знает. Около полусотни.

– Откуда столько взялось?

– Я почем знаю?

– Я не могу говорить. Свяжись с командирами групп, передай эту информацию. Пусть действуют по плану. Сам с ребятами поднимись на второй этаж, поддержишь наших при необходимости.

– Понял.

– Выполняй, меня не вызывай, сам вызову, если будешь нужен.

– Есть, командир. У вас-то внизу как?

– Еш твою за ногу, Сухов. Никак. Конец связи, – слегка повысил голос Марканов.

Противник среагировал. Со стороны лаборатории позади Марканова и Николаева ударил пулемет. Он бил очередями от стены к стене, от пола к потолку. Раздался вскрик, и ответный огонь «ВАЛа».

– Кого? – спросил Марканов через бронешлем.

– Меня, мать его, этого козла, прапорщика Серегина, ногу задел, сука. Применяю аптечку. Прикройте.

– Стас, – приказал Николаеву капитан, – огонь в противоположный конец коридора и следить за стрелком противника, надо засечь вспышки его выстрелов!

– Понял, командир.

Николаев развернулся, перекатился от стены, чтобы не задеть своего, дал очередь и вернулся в исходное положение.

– Серегин? – вызвал раненого Марканов. – Ты в бронекостюме?

– Да, – сквозь зубы, преодолевая боль, ответил прапорщик.

– Как же получил ранение?

– Несколько пуль в одно место. Пробили защиту, бля, кость повреждена, нога не слушается.

– Кровь останови.

– Вы за меня не беспокойтесь, валите этого пидора.

– Ползи к лестнице, сможешь?

– Смогу, командир.

Пулемет пока молчал, несмотря на данные по коридору очереди «ВАЛов».

Может, завалил пулеметчика?

И тут, как бы опровергая предположение офицера «Виртуса», пулемет снова ударил. Посыпался мелкий камень. Марканов вызвал раненого:

– Жив, Серегин?

– Жив, но эта тварь пристрелялась ко мне, не успею уйти.

– Гриша! Колбин! – вызвал капитан второго прапорщика из левого крыла.

– Я, командир.

– Серегину помощь нужна. Мы с Николаевым откроем шквальный огонь, а ты вытащи его к лестнице.

– Понял, товарищ капитан. Стреляйте выше сорока сантиметров, иначе меня заденете.

– Тебя мы увидим. Стас, готов?

– Готов.

– Огонь! Пошел, Гриша.

И все же пулеметчик успел рассмотреть в рассеявшемся дымном облаке силуэт Колбина и дал короткую очередь. Прапорщик уткнулся лицом в бетонный пол.

– Гриша?

Прапорщик молчал.