Кремлевский эндшпиль. Ликвидация Иблиса - Александр Полюхов

Пришла недолгая дрёма, в которой Матвей с кем-то беседовал. У собеседника лицо оставалось в тени, даже непонятно мужчина (Степан?) или женщина (Анна?).

– Почему ты хочешь именно его устранить?

– Враг задумал нечто чудовищное, пытаясь сломить волю народа, изменить истории страны. Он полагает, что верно выбрал направление атаки и надеется добиться нужного результата, нанеся мощный удар.

– И как ты, слабый и больной, сможешь помешать?

– Найти уязвимую точку противника, приложив к которой минимальную силу, можно перевернуть ситуацию. А у меня только и остался минимум сил и времени. Потому преследую ближайшую цель, уничтожение которой открывает далекую перспективу.

– И какую же?

– Только не смейся: сделать мир лучше.

– Всевышний не оставит тебя, его Архангелы придут на помощь.

Конечности спящего перестали поддергиваться, лицо вновь превратилось в неподвижную маску с приоткрытым ртом. «Что это было? – проснулся Матвей. – Вещее видение?». Своему подсознанию разведчик доверял, полагался на подсказки, которое оно порой подбрасывало. Только, уж больно в затейливой форме на сей раз. «Ладно, посмотрим, что день грядущий нам готовит».

Виктор Петрович лично явился осмотреть пациента, долго обменивался непонятными терминами с онкологом, рентгенологом, Шпагиной. Наконец, изрек: «Радиационная пневмония».

– Иначе говоря? – недоуменно поднял брови Алехин.

– Последствие лучевой терапии, убившей микрофлору в легких, что сделало их беззащитными для атаки болезнетворных микроорганизмов. Лечится антибиотиками.

– Откуда кровь в мокроте?

– Полагаешь, что членство в биологическом кружке МГУ и доступ к «Википедии» сделали специалистом в пульмонологии? Ты откашливаешь флегму, состоящую в основном из слюны. Сильный кашель вызывает спазмы в гортани, что ведет к разрыву мелких сосудов. Отсюда и кровь.

– А раковые клетки?

– Не найдены. Ремиссия, дружище. С осторожностью, но поздравляю.

– И как мне быть?

– Живи, набирайся сил. Спиртного много не пей, избегай простуд и стрессов.

– Хорошая новость! – разведчик покрутил на пальце итальянское колечко. – Только оставим её в тайне, знаешь, чтобы не сглазить.

– Семью-то порадуешь? Кстати, звонила Анна – не может с тобой связаться.

– Виктор, будь любезен, сообщи ей, мол, положение стабильное, а про ремиссию пока не слова. И, мол, у меня «скандинавская меланхолия», она поймет.

– Как скажешь, Матвей. Помнишь наш давнишний разговор про Божью помощь. Господь помог, хоть ты и неверующий. Мой совет: подумай, как дальше жить станешь.

– Уже подумал.

– Образ жизни поменяешь?

– Отнюдь. У меня есть просьба, в которой ни ты, ни Бог не сможете отказать.

– Для тебя что угодно. А что угодно?

– Необходимо провести сеанс экзорцизма, – нашло озарение на Алехина, спровоцированное ночным диалогом с неизвестным. – И не смотри на меня как на психа, я в порядке.

– Неужели чекисты верят в дурацкие ритуалы: темнота, свечи, заклинания, крестоналожение?

– Папа Римский разрешил в 1614, описал процедуру. Лично я не так формален, готов заменить святую воду более токсичным продуктом. Опишу клиента, а ты поставишь диагноз. Возраст 50–55; симптомы…

– Похоже, ты прав. Критическое поражение почек очень вероятно. Видимо, живет на диализе и лекарствах. Точнее сказать трудно. А кто он?

– Самый мерзкий из террористов, список жертв огромен. Прислужник дьявола, если не сам люцифер во плоти. Я ЭТО ЧУВСТВОВАЛ!

– Боже упаси, – анестезиолог-реаниматолог перекрестился.

– Ты же людям «ласты расклеиваешь», помоги этому «склеить». Благое дело, Всевышний не осудит, а осудит – отмолишься.

– Это задача для спецслужб, ты же имеешь там связи, – возразил старый врач.

– Мне санкцию не дадут и яд не дадут. Там одни бздуны остались. Нужен контактный препарат. Такое возможно?

– Теоретически. В советские времена мы с КГБ экспериментировали в целях защиты верхушки КПСС от подобных посягательств. Пришли к выводу, что подобные покушения сложны и ненадежны. К тому же сам исполнитель подвергается сильнейшему риску поражения. Ага! Понял, ты думал, что умираешь, и планировал стать камикадзе. Фу, Матвей, окстись!

– Нет! Ремиссия не меняет моих планов. Я готов рискнуть. Но без тебя исход непрогнозируемый и для шайтана, и для меня. Помоги мне остаться в живых. Ты же меня спас, так не дай помереть теперь.

– Я должен подумать.

– До завтра. Временное окно две недели. Возможно изготовить яд?

– Сложно сказать, – Виктор, сам не замечая, начал рассуждать в практическом плане. – Его же надо будет проверить на ком-то.

– Не зацикливайся на второстепенном. Завтра жду положительный ответ, а иначе, зачем меня Творец оставил жить? Поразмышляй, как себя будешь чувствовать, если откажешься, а подлая тварь продолжит убивать твоих товарищей по вере. Сможешь с великим грехом в храм войти?

Покидая кабинет друга, Матвей был почти уверен, что вербовочный экспромт завершится удачно. Подло втягивать Виктора в шпионские разборки, но иного выхода не видел. Грустно кивнул «шоферу», тот отвел глаза – стоявшая рядом Мария, видимо, доходчиво разъяснила мрачные перспективы смертельно больного пациента.

Руслан без удовольствия смотрел по сторонам: индустриальный город, распятый в степи и выгоревший на солнцепеке. Не мечта туриста. Зато волжанки привлекательны: надо бы вечером прошвырнуться по местным заведениям, снять телку или двух. Муса не одобрит, но кто ему расскажет? Раз в Волгограде сформировалась сильная ячейка, то братья должны обеспечить уважаемому боевику безопасность и развлечения. Но позже, сначала нужно проверить их базу, оценить людей. В любом случае придется задержаться – в Москву пока соваться не следует. Поднимая тучи пыли, машина ползла по разбитой дороге к комбинату отделочного камня.

«Тренер» накрыл поляну в убитом цехе подготовки гипса. Снаружи и внутри корпус покрывал толстенный слой белого порошка. Москвич пошутил: «Жаль, что это не кокаин!». Зато внутри имелся закрытый отсек, состоявший из спального помещения на дюжину коек, небольшой столовки и кабинета с табличкой «Мастер цеха». Температура оказалась приемлемой, китайские кондиционеры справлялись с августовской жарой.

– Выпьем вечером, – приказал Гафуров, – а сейчас подгони для беседы кандидатов, по одному.

– Люди проверенные, – заверил хозяин, – не сомневайся. Пока не в теме, но, думаю, подойдут. Честно говоря, я и сам не знаю, какая акция планируется. Расскажешь?

– Не тут. На Волге можно купаться?

– Вполне, перед закатом ходим плавать.