Кремлевский эндшпиль. Ликвидация Иблиса - Александр Полюхов

– Магомедов уже захватил часть периферийных фирм холдинга, договорился с китайцами о финансировании покупки мажоритарного пакета акций.

– А шпионство твое как продвигается?

– В «Старбакс» никого интересного не встретил.

– Тогда сходи в Международный валютный фонд и Всемирный Банк, посмотри на людей из числа иностранцев. В спецгруппе скажи, мол, хочешь ознакомиться в МВФ и МБ с досье по удобрениям в России и Китае. Пусть УПРО тебе организует пропуск. Только действуй по-тихому.

– «Старбакс» бросить?

– Ну, сделай еще два-три захода. Кстати, в самолете прочел занятную историю про Алехина. Оказывается, сотрудничал с нацистами, чтобы они разрешили ему выехать из оккупированной Франции в Португалию. Даже написал для их журнала статью «Арийские и еврейские шахматы». Запомни ссылку. Помести «сенсацию» на доску объявлений кафе, вдруг кто заинтересуется.

– Обязательно сделаю. Сегодня после обеда совещание спецгруппы в Вашингтоне.

– Вот и славно. Глядишь, к концу года тебя на оперподготовку отправим. Слышал про «ферму»?

– Курсы полевых агентов?

– Ага. На пятерку, принеси мне латте макиато, а то джетлэг замучил.

Трехметровый забор в лесу выглядел неприступным. Двое в черном приставили штурмовую лестницу, третий перемахнул за два вздоха. Прыжок вниз, ноги вместе, мягкое приземление с обязательным кувырком. Один, два, три на месте. Летняя темнота достаточно светла для приборов ночного видения: в саду никого, окна первого и второго этажей заперты, мансардное окно приоткрыто. По штурмовой лестнице на балкон, затем бесшумный бросок на крышу и внутрь. Четкий план, хоть и второпях разработанный. Четкое исполнение, хоть и не безошибочное.

В доме никого – из людей – слуги спят в квартире над гаражом. Но собаки ночуют в жилье хозяина. Пусть его нынче нет, пусть уехал и Чудов с Опером, а надо охранять. От кого? Да, от любого, кто посягнет, пусть даже и в офицерском звании. Не услышали пришельцев снаружи: профессионалы двигались тихо в мягких кроссовках и неритмичным шагом. Внутри это им не помогло, атака была молниеносной и без лая. Крики укушенных, хруст костей, беспорядочная стрельба. Жаль, у риджбеков нет пистолетов, а то бы они победили. А так обе собаки «двухсотые», два бойца ФСО «трехсотые».

К людям прибыло подкрепление, раненых перевязали и эвакуировали. Результаты обыска разочаровали: ничего оперативно значимого, правда, нашли, следы присутствия посторонних. Допросили перепуганных садовника и горничную.

– Матвея Александрович и его жена давно за границей.

– А кто есть?

– Игорь Дмитриевич и его помощник. Только они в Москве.

– Это всё, что вы можете сообщить?

– Да.

О ПСМ по кличке «Серый» слуги рассказать не могли – перед отъездом Алехин лично спрятал пистолет под трухлявым пнем в лесу, неподалеку от забора, герметически завернув в пластик.

Начальник СБП, не находил слов, глядя на старшего группы, задействованной по Алехину. Хотелось выругаться, сдержался с трудом.

– Да, товарищ генерал, с проникновением мы чуток оплошали. Времени на разведку не имели, увидели, что дом целый вечер темный, и полезли.

– «Чуток!» «Оплошали!» Обделались по самые не балуйся. Но есть хорошая новость, подполковник: Алехин прилетает из Каира ранним чартером.

– Ясно, примем в аэропорту.

– Тем же рейсом может лететь и кто-то из его сообщников. В аэропорту оцените обстановку, возможно, будет правильнее принять по домашнему адресу. Если приедет один. Да, собак не забудьте похоронить в лесу, уберите кровь и прочие следы.

– Сделаем.

– Уж расстарайся, а то без погон оставишь и себя, и меня.

Немного пораскинув мозгами, генерал набрал Чудова.

– Извините, Игорь Дмитриевич, что разбудил, вот какое дело…

Кабардинец тупо взирал на «Тренера», не улавливая логики в его словах. Она была, должна быть, только непонятно, в чем заключалась.

– Не догоняю: зачем мне бросать шоферскую профессию и идти в матросы? Зарплата – коту начхать, рейсы длинные, удобств никаких. И плавать не умею.

– Дослушай, придурок! Дело важное на мази, бабки охрененные светят. Тебе место теплое подберу – будешь моими ушами и глазами. Сколько получаешь?

– Полста плюс то, что вы от себя добавляете.

– Увеличу вдвое. И без базара, а то уволю по собственному желанию, – бандит заржал. – Ты же помнишь, как я Коляна уволил. Второй месяц на больничном. До нужного рейса останешься у меня водилой.

Против ожидания куратор агента «Смирнова» не расстроился, велел выполнять указания «Тренера» и, естественно, сигнализировать. В областном управлении ФСБ два майора – агентурист и приехавший из Москвы руководитель операции – совместно подготовили докладную на Лубянку.

«В соответствие с Вашими указаниями нами осуществляется плотный контроль за «Спортсменами», в том числе через надежного агента «Смирнова».

«Тренер» предложил «Смирнову» войти в экипаж одного из судов Волгоградского пароходства в качестве его личного соглядатая для «важного дела». Планируем использовать ситуацию для выяснения преступных планов.

В целях поощрения просим увеличить выплаты агенту».

Вчера Красько принял многовато, серьезно превысив максимальную дневную дозу = 0,75 вискаря. Подташнивало, хотя ночью проблевался, пульсировало в висках. Настроение ниже паркета, по которому маятником ходил из одного конца кабинета в другой. Холдинг рассыпался: крохи ушли вымогателям, на основное точит зубы Мага. Виктория убита, Алехин пропал, Чудов на звонки не отвечает. Беспомощный Безопасник «принимает меры». КАКИЕ? Лена и Марк далеко, в безопасности, о, как их не хватает. Хотелось плюнуть на всё и уехать на Комо, поваляться под итальянским солнцем, потискать жену, подбросить в воздух сына.

Нельзя: бизнес под угрозой, и пришло официальное приглашение поучаствовать в Сельскохозяйственном форуме. До его даты оставались считанные недели, а заведующий пиар-отделом ничего толкового до сих пор не придумал. Работать не хочет, зажрался халявщик! «Морда що й возом необ’iдиш. А щоб moбi повилазило!». Но потом, после форума. Представил, как он пинками гонит по лестнице завотделом, невзирая на протесты Безопасника, его дружка. «Он, де, креативный и предложил речную тему, как главный элемент программы». Только бы бабла побольше поднять, креативщик хренов».

Матвея раздражал паспортный контроль на прилете. Во многих странах достаточно показать национальный паспорт и пожалуйста. В России пограничники и компьютеры обнюхивают документ, бросая подозрительные взгляды на владельца: «Чего это ты вернулся на Родину? Чего не сиделось за границей?» Даже не удивился, что приставленный Иблисом сопровождающий провел у окошка минуту, а ветерану пришлось ждать три или четыре. Получив штемпель, прошел к выходу. Сопровождающий крепыш кивнул в сторону авто, возле которого ошивался черноволосый мужчина. Алехин уже знал, что теперь везде и всегда придется ходить под ручку с кавказцами: «Понятно, не доверяют». Уставший после перелета неизвестно откуда через Каир, плюхнулся на заднее сидение счастливым: «Родина!». Пробравшись через пробки, машина шустро бежала по Рублево-Успенскому шоссе, приближаясь к его концу. Вот знакомый лес, ворота, дом. Где риджбеки? «Что-то случилось!»