Разрешение на штурм - Сергей Москвин

Шах побледнел. Ковровые бомбардировки всегда были в духе американцев. А он совершенно не учел их вмешательства, хотя должен был догадаться, что русские не решились бы на боевую операцию в Афганистане без ведома американцев. О, шайтан! Пока не поздно, нужно заставить полковника отозвать бомбардировщики. Тогда можно будет разобраться с ним.

– Останови их! Верни обратно на аэродром, и ты получишь свою девчонку! Клянусь Аллахом!

Егоров не слушал террориста, так как хорошо знал, какова цена подобных клятв, и даже не глядел на него. Он смотрел в лицо Ирине, мысленно умоляя девушку взглянуть на него. И она это сделала.

– Хорошо. Я могу по рации связаться с пилотами, – произнес Егоров предназначенную для террориста фразу и, перехватив взгляд Ирины, отвел зрачки в сторону.

Давай, родная. Отойди... И Ирина поняла его. Шевельнувшись, она сделала шаг вправо, открыв левый бок стоящего за ее спиной террориста.

С демонстративной неторопливостью Егоров подтянул правую руку и сунул ее под себя.

– Но после того, как я переговорю с пилотами, ты немедленно уберешься отсюда.

Эта фраза тоже предназначалась террористу, и она достигла цели – Агджа не заметил, как отодвинулась Ирина.

Просунув руку к левой подмышке, Егоров обхватил рукоятку вставленного в разгрузочный жилет пистолета. В следующее мгновение он перевернулся на спину и, вскинув руки над головой, направил выхваченный из кобуры пистолет на террориста. Ирина по-прежнему стояла слишком близко, чтобы стрелять на поражение, но Егоров и не собирался этого делать. Поймав на прицел коленную чашечку открывшейся ноги террориста, он нажал на спуск.

– Бах!

Лопнувшая на колене штанина Агджи брызнула кровью.

– А-а!!! – с диким воем Шах схватился за простреленную ногу.

Вырвавшаяся из его захвата Ирина отпрянула в сторону. Перекатившись через спину, Егоров снова перевернулся на живот и, направив оружие в грудь террориста, еще дважды нажал на спуск. «За Пашку Кислякова! За Вадима!»

– Бах! Бах!

Звериный вой оборвался. Террорист опрокинулся на спину, скалясь в небо перекошенным болью и ненавистью ртом.

Вскочив на ноги, Егоров подбежал к Ирине и обхватил ее руками за плечи:

– Ты как?! В порядке?!

Ответа не последовало. Ирину била нервная дрожь. Она вообще не могла говорить, лишь открывала рот в безмолвном крике.

– В порядке, – раздался сзади голос Лобанова. – Черт возьми! Вы вовремя. А то я уже решил, что нам всем хана.

Егоров взглянул на часы. До бомбардировки оставалось менее пятнадцати минут.

– Быстро в машину! Сейчас сюда действительно прилетят американцы!

Распахнув двери «Хаммера», Егоров помог пленникам погрузиться машину. Агджа или кто-нибудь из его подручных, наверняка, имели при себе ключи от наручников своих пленников, но на их поиски уже не оставалось времени. Егоров сдернул с джипа маскировочную сеть и прыгнул за руль. Двигатель завелся с пол-оборота – террористы держали машину в отличном состоянии. Егоров нажал на газ, и мощный джип-вездеход сорвался с места.

Обогнув гору, Егоров затормозил у подножия скалы, где приземлились десантно-транспортные вертолеты. Оставив освобожденных заложников и Ирину на попечении пилотов, он бросился обратно в карьер. Оттуда уже выбирались «альфовцы», ведущие к вертолетам освобожденных ученых, но Ватутина и бойцов первого отделения среди них не оказалось. Егоров нашел их в подземелье, где те продолжали поиски заложников.

Увидев перед собой Егорова, Александр облегченно выдохнул:

– Вас только за смертью посылать, Андрей Геннадьевич.

– Это точно, – вспомнив недавнюю схватку с Шахом, ответил Егоров. – Сейчас здесь будут бомбардировщики американцев. У нас есть пять минут, чтобы убраться отсюда.

– Убраться?! – Ватутин изумленно вытаращил глаза. – А как же Ирина, Лобанов?

Егоров улыбнулся:

– Они уже в вертолете.

– В вертолете?! – Ватутин удивился еще больше. Несколько секунд он восхищенно смотрел на Егорова, потом обернулся к своим бойцам и громко свистнул: – Все, парни! Уходим!

* * *

В десантном отсеке военного вертолета было очень тесно. Везде, куда Ирина ни поворачивала голову, она видела усталые лица солдат. «Офицеров», – мысленно поправила себя Ирина, вспомнив объяснение Андрея. Она сидела на жесткой скамье, плотно прижавшись к нему. С другого бока ее подпирал своим телом Саша Ватутин. От обоих мужчин исходили жадно впитываемые Ириной биоволны защиты и надежности, от чего на душе с каждой секундой становилось легче и спокойнее. В том страшном месте, откуда забрал ее Андрей, еще продолжали греметь взрывы, слышимые даже сквозь рев вертолетных двигателей. Но эти взрывы, как и то, что с ней случилось, являлись частью жуткого, ужасного, но уже прошедшего кошмара, который она постарается забыть. А Андрей ей в этом поможет. Улыбнувшись, Ирина еще теснее прижалась к Егорову, положив голову ему на грудь, и закрыла глаза. Сейчас ей просто хотелось спать.